Горчаков. Коммандер

Тяжелая машина здесь могла бы и не пройти, а вот малолитражка задорно прыгала по кочкам, пока не выскочила на более‑менее укатанный грунт: параллельно шоссе к городу шла еще одна дорога. Неровная, с гигантскими колеями, явно подходящая скорее трактору или грузовику с большими колесами, нежели легковушке, – и все‑таки дорога. До ближайших домов оставалось каких‑то триста метров, не больше, – и я снова гнал изо всех лошадиных сил, насилуя мотор.

И снова не успевал: в зеркале мелькнула алая искра, затрещал пулемет – и поле справа от дороги ожило, выплевывая фонтанчики земли.

– Да чтоб тебя! – выругался я.

И вдавил тормоз. Это мало напоминало план или хотя бы осознанное решение – действовал я уж точно куда быстрее, чем соображал: остановил машину, подставляя аэроплану железный бок, выскочил наружу и схватил пистолет – достаточно быстро, чтобы успеть разрядить весь магазин в промчавшееся надо мной красное брюхо.

Попал?..

Попал!

Аэроплан не рухнул на землю, не вспыхнул и даже не выплюнул черный дым… И все же что‑то явно случилось: вместо захода на очередной вираж он продолжал лететь прямо, чуть приплясывая в воздухе, словно пилот пытался хоть как‑то сманеврировать, дергал за штурвал, но уже не мог вернуть контроль над взбунтовавшейся машиной. То ли одна из пуль, которые я всадил в алый фюзеляж, каким‑то чудом отыскала по‑настоящему важную деталь – то ли снова повезло, и госпожа удача решила заклинить «красному» рулевое управление именно тогда, когда я в этом больше всего нуждался.

– Попался, зараза. – Я нырнул обратно в машину. – Теперь никуда не денешься.

У судьбы определенно прорезалось чувство юмора: мы с «красным» поменялись ролями. Теперь уже он будто бы удирал, летя по прямой над дорогой, а я – преследовал его. Малолитражка натужно ревела, прыгала на ухабах, тем не менее уверенно набирала скорость, и расстояние между нами не увеличивалось – а потом и вовсе начало сокращаться.

Похоже, летун отчаялся справиться со штурвалом, уже смекнул, что падение неизбежно, и пытался хотя бы сбросить скорость перед ударом. В какой‑то момент он, кажется, вообще выключил двигатель – как раз перед тем, как скрыться за ближайшей крышей. Я в очередной раз вывернул руль, снес радиатором какой‑то низенький заборчик и, едва не раздавив метнувшуюся в сторону собаку, выскочил на асфальт.

Ехать пришлось недолго – мой враг «нашелся» буквально за следующим поворотом. За ревом машины удара я так и не услышал, хотя он явно был – и еще какой! Обломки разлетелись чуть ли не на полсотни метров. Аэроплан влетел в торец длинного двухэтажного здания, лишился крыльев и ушел в черепичную крышу так, что наружу из огромного вытянутого пролома торчал только алый хвост фюзеляжа.

Уцелел бы после такого приземления разве что сам Дьявол. Впрочем, он‑то мне, похоже, и противостоял – так что я без особых раздумий бросил машину прямо посреди дороги и помчался к воротам, на бегу перезаряжая «кольт».

Дверь распахнулась, когда я уже мчался через двор, – и навстречу хлынула вопящая толпа ростом мне примерно по пояс: подбитый аэроплан угодил на чердак то ли школы, то ли детской больницы, то ли еще черт знает чего. Взрослых я насчитал всего двоих или троих – и все они были перепуганы до такой степени, что даже не обратили внимания на парня со здоровенным пистолетом, который пробивался ко входу сквозь нестройные ряды их подопечных.

Когда я оказался внутри здания, визг вокруг стал еще громче – аж уши закладывало. Мелюзга верещала и неслась к выходу со всех сторон. Будь они хоть на пару лет постарше – пожалуй, и вовсе затоптали бы меня насмерть. Я даже подумал пальнуть в воздух для острастки, но все же кое‑как справился своими силами: сначала пробрался наискосок через холл к лестнице, а потом и наверх – на второй этаж.

Здесь народу было примерно впятеро меньше: похоже, учителя уже успели согнать ребятишек из классов и даже кое‑как очистить коридоры. Воплей все еще слышалось достаточно, но теперь детские голоса хотя бы не резали по ушам. Искренне надеясь, что никого из них не задело во время крушения аэроплана, я пробежал еще один пролет и оказался перед входом на чердак.

С люком наверняка пришлось бы возиться магией. Или просто разнести замок пулей из «кольта». Однако наверх вела самая обычная дверь – запертая на ключ, но, похоже, не слишком прочная. Не останавливаясь, я врезался в нее плечом, и хлипкие доски не выдержали: хрустнули на всю лестницу, жалобно выплюнули на пол винты – и осыпались обломками, освобождая мне путь.

На чердаке было почти светло: падая, «красный» оставил за собой огромную продолговатую дыру. Искореженный винт застыл всего в паре шагов передо мной, явно перед этим пропахав по полу не один метр. Аэроплан лишился колес и крыльев – зато теперь казался чуть ли не вдвое больше, чем тогда, в небе: даже изрядно обломанный фюзеляж занимал буквально все пространство под крышей.

Впрочем, меня мало интересовала техника – я пришел сюда добраться до кабины… и ее содержимого.

Стекло кабины разлетелось вдребезги, а стойки от удара скрутило и загнуло к хвосту. Обычного человека падение непременно угробило бы или оставило инвалидом. А вот летун не только выжил, но и, похоже, даже успел прийти в себя и теперь неуклюже ворочался в кресле, явно пытаясь выбраться. «Глушилка» все еще защищала его от магии – зато и у меня в руке имелся весьма увесистый аргумент немногим хуже.

– Вылезай оттуда, – скомандовал я, поднимая «кольт». – И держи руки так, чтобы я их видел.

Возражений не последовало: летун послушно поднял вверх ладони в длинных кожаных перчатках, кое‑как вывернулся из кабины, ступил на обломок крыла – и через несколько мгновений стоял передо мной. Не то чтобы я действительно ожидал увидеть Дьявола с рогами и копытами, но зрелище оказалось даже слегка разочаровывающим.

Летун оказался довольно рослым, немногим ниже меня, – зато худощавым: видимо, плечистых здоровяков в авиацию рейха попросту не брали. А перетянутая ремнем на талии черная форма и вовсе заставляла парня выглядеть чуть ли не подростком. Впрочем, он вряд ли был намного старше меня – судя по гладко выбритому изящному подбородку. Единственной массивной деталью в его облике казалась голова, скрытая под круглым кожаным шлемом со здоровенными очками.

– Снимай. – Я махнул вверх стволом «кольта». – Хочу посмотреть на твою рожу.

Летун молча кивнул, осторожно взялся обеими руками за очки снизу – и потянул, стаскивая шлем. Шумно выдохнул, отступил на полшага, тряхнул головой…

И по его плечам рассыпались длинные светлые волосы.

 

Глава 6

 

 

За последние полгода я почти разучился удивляться. Даже когда события совершенно не соответствовали ожиданиям. За штурвалом красного аэроплана, конечно же, не мог оказаться сам враг рода человеческого – Дьявол с рогами и хвостом. Скорее уж матерый авиатор с седыми висками, повидавший не один десяток, а то и сотню с лишним воздушных боев. Или хотя бы самородок возраста покойного Кости – чуть меньше тридцати…

Но такое?!

– Guten Tag, Arschloch, – усмехнулась девчонка.