Хроника миров Багрониума. Книга 1. Скитальцы. Возвращение
Шуня сидел с выпученными глазами и не мог проронить ни слова. Молох тоже протянул руку к своему шару и, подняв его, услышал послание от хранительницы Лауры. Оно было такое же, только просили его, могучего великана Молоха.
– Чего делать то будем, Шуня? Видно, в родном доме и впрямь всё плохо.
– Ты прав. Адон никогда бы не стал просить о помощи, если бы мог обойтись без нас. Значит, всё так хреново, что и представить нельзя. Предлагаю не спешить, а сперва замутить весточки ребятам. Пусть всё бросают и мигом несутся в нашу пещеру. Соберёмся да порешаем, стоит ли помогать тем, кто нас предал. Молох закивал головой в знак согласия. Шуня, почесав лысину, решительным голосом произнёс:
– Вот и ладненько! Давай заберём провизию, отойдём подальше от деревухи и с помощью портала отправимся в наше укромное местечко. Поднявшись, они живо потопали к харчевне. Вдруг Шуня остановился и стукнул себя легонько в лоб.
– Погоди! Вот мы недотёпы! Надо понадёжней спрятать письма. Молох, дайка сюда свой шар. Тот, не раздумывая, протянул его братану.
Шуня, повертев головой, заметил, что на изгороди висит какая‑то тряпица. Он быстренько подбежал и, сняв её оттуда, осторожно завернул шары. Подойдя к лежащей на земле котомке, Шуня высыпал из неё яблоки, которые нарвал по пути. Опустив на самое дно свёрток, тот шустро уложил фрукты обратно. Молох поднял котомку, развернулся и почапал к дверям харчевни.
– Эй, Ванёк! – Крикнул он.
Не прошло и минуты, как на пороге появились Иван и его дочка Дуся. В руках у них были огромный кусок жареного мяса, большая бутыль медовухи, запечатанная сургучом, и каравай тёплого хлеба. Молох молча забрал эту ношу и запихнул всё в котомку. Присев, он похлопал хозяина харчевни по плечу и сказал:
– Будь молодцом, Иван. Дочь и жену береги, они у тебя хорошие. А нам с братишкой пора в дорогу. Дуся, подойдя к Молоху, встала на мысочки и поцеловала его в щёку.
– Вы тоже берегите себя. Не лезьте на рожон. Буду надеяться, что встретимся ещё. Спустившись с крыльца, она подбежала к Шуне.
– Позаботься о большом брате. И себя в обиду не давай.
– Постараюсь. Ну а ты веди себя прилежно. Помогай отцу да матери. Будь им всегда надёжной опорой. Он посмотрел на Молоха и, махнув рукой, пробухтел:
– Давай потопали. У нас куча дел. Тот подошёл к Шуне, и они отправились к воротам, через которые попали в эту дивную деревушку. Оказавшись возле них, ребята увидели сторожа, который, сидя на лавке, громко храпел. Молох покачал головой и крикнул:
– Просыпайся, батя. Открывай ворота. Услышав дикий ор, дедок вскочил как ошпаренный и, схватившись за топор, встал в грозную позу. Моргая сонными глазами, он разглядел тех, кто посмел его разбудить.
– Да чтоб вас черти задрали, супостаты этакие. Чего орёте? Разве можно вытворять такое? Я же старый, сердце больное.
– Прости, отец. Не серчай. Мы ведь не со зла. – Извинился Молох. Мужик злобно сплюнул и обиженно махнул рукой.
– Ладно, валите отсюда. Вынув засов, тот распахнул ворота. Ребята молча отвесили поклон и вышли.
Решив не идти тем же путём, они свернули вправо и побрели вдоль высокого забора, который окружал это поселение. Протопав метров сто, Шуня вдруг пихнул Молоха, привлекая к себе внимание. Тот остановился и посмотрев на братишку, увидел, как он, вытянув руку, на что‑то указывал.
– Чего толкаешься? Голос, что ли, пропал? Куда тычешь своими карявками? Я хоть и высокий, но всё равно не вижу то, что тебя тревожит.
– Да смотри левее. Ты чё, идёшь с закрытыми глазами? Такой здоровый, а ни хрена не видишь.
Молох внимательно посмотрел в сторону, куда показывал Шуня. Заметив предмет беспокойства маленького брата, тот, затаив дыхание, быстренько присел. Там, на высоком валуне сидел огромный дракон. Широко растопырив крылья, он смотрел в сторону деревни, откуда недавно ушли ребята.
– Молох. Чуешь, чего задумала эта бестия? Наверняка мечтает о сладкой наживе. Смотри, как горят глазищи. Зубищами щёлкает, точно как чёрт голодный. Что будем делать? Тот, задумавшись, почесал затылок.
– Жалко убивать такого красавца, но в деревне остались Иван, Дуся и много хорошего люда. Может, спугнём с насеста? Глядишь, улетит восвояси.
– Да брось! Вот скажи, Молох. Если ты хочешь жрякать и видишь харчевню, то же будешь бежать от неё прочь? Очень в этом сомневаюсь! Мой прожорливый братишка. Но в одном ты прав –убивать такую животину негоже. Вот что надо сделать. Я постараюсь замутить ему взор и внушить мыслишку о том, что эта деревня пуста и вкуснятины для него там нет. Так мы и народ спасём, и живность не покалечим.
– Молодчина, Шуня! Правильное решение. Да ты и сам знаешь, не до ратных подвигов сейчас. Нужно спешить в пещеру, звать наших. Так что давай, начинай магию творить. И вообще, мне нравится, когда ты ладишь всякие волшебные штучки.
– Отстань, верзила! Нравится ему! Сам‑то что будешь делать? Наблюдать и в ладошки хлопать? Сиди здесь и не шевелись. Я подойду поближе.
Тихо ступая по тропинке, Шуня развязал свой волшебный кисет, висящий на поясе. Поковырявшись, он достал оттуда блестящий камень и, зажав его между ладоней, произнёс заклинание. Молох, не отводя глаз, следил за огромной зверюгой боясь, что тот учует неладное и тут же нападёт.
Вдруг дракон замотал головой и полыхнул огнём. Молоху стало понятно: Шуня затуманил ему взор, и тот перестал видеть деревню, в которой собрался поужинать. Дракон мощно замахал крыльями, поднимая свою тушу вверх. Зависнув над валуном, он резко развернулся и, набрав высоту, полетел в сторону «Одинокой» горы.
Молох долго смотрел ему вслед, пока тот не скрылся из виду. Убедившись, что опасность, угрожающая деревне, миновала, он с облегчением выдохнул. Немного погодя из‑за высоких кустов появился Шуня. Он шёл, ворча и ругаясь. Молох не мог понять, чем недоволен его братишка, и поэтому поспешил спросить:
– Шуня, ты чего такой сердитый? Всё же получилось. Как говорится, «и овцы целы, и волки сыты». Все счастливы и довольны. Тот подошёл к Молоху и, смахнув пот со лба, недовольно воскликнул:
– Вот тупая живность! Представляешь, этот паразит вздумал со мной спорить! Говорю ему: «Нет здесь никакой деревни», а тот на полном серьёзе талдычит: «Но ведь была?» Да сколько раз повторять: «Нет тут ничего!» А этот неугомонный спрашивает: «А где есть?» Ну, думаю, щас подскажу. Взял да и послал его к большой воде. Пусть летит подальше, пока чары не развеются. Я вообще удивляюсь. Здесь живность какая‑то странная. Вроде магия на них действует в полном объёме, а всё равно упрямятся. Что за мир! Ладно, Молох, пошли вон к тому лесочку. Мне позарез нужно отдохнуть и съесть пару сочных яблок. Чую необходимость восполнить силёнки, а то, пока спорил с упрямой живностью, потерял их целую кучу.
Пробираясь сквозь густой кустарник, Шуня, идущий позади Молоха, то и дело получал ветками по харе. В конце концов ему это надоело, и тот сердитым голосом крикнул:
