Инг-Мари. Виртуоз магического сыска

Эбби все это знала, осознавала и помнила. Но Реми… Она и сама не понимала, что в нем такого, что заставляет ее верить ему. Не магия точно, от нее Эбби была защищена.

– Им не обязательно быть нами, Ройс, – сказала она. – Спасибо за адрес мага, мне пора.

– Эбби, – позвал он. – Обещай, что не будешь вести себя… неосторожно.

Скорее всего он имел в виду что‑то вроде «обещай не влюбляться в фэйри». Ведь все девушки склонны к этому, такова природа волшебных существ, она очаровывает всех.

Всех, но не Эбби.

Инг‑Мари ждал в конторе, а возле него стоял практически пустой двухлитровый кувшин из‑под воды. Выглядел фэйри неважно и при появлении Эбби даже не пошевелился.

– Жарко, – пожаловался он лениво. – Я сейчас растаю.

– Не растаешь. – Она подошла к столу и налила себе остатки воды. – Брр! Да она же ледяная! Ты так заболеешь.

– Я снежный эльф, мне нужен холод для выживания.

Он ныл и стонал, пока Эбби из жалости закрывала шторы на окнах солнечной стороны и меняла кувшин на новый из холодильника.

– Я думаю, тебе стоит знать, – сказала она, когда страдающий фэйри залпом осушил стакан.

– Ничем хорошим такие слова у женщин не заканчиваются.

– Я серьезно. Сегодня утром в городе фэйри обнаружили почти полностью обескровленный труп. Убийство произошло фактически одновременно с нашим перемещением.

Усталость Инг‑Мари как ветром сдуло. Он выпрямился, глаза загорелись.

– Вот как! Совпадение из разряда невероятных.

– Я тоже так подумала, – призналась Эбби. – Я была в кабинете следователя по магическим преступлениям в тот момент, когда ему сообщили эту новость. Но ведь это не мог быть тот же маг, что поставил телепорт? Иначе мы бы его заметили.

– Или он быстрее нас.

– За кем ты тогда погнался? – вспомнила Эбби странное поведение Реми после перемещения. – Это мог быть он?

– Я не знаю. Мне вообще могло показаться.

Эбби не очень в это верилось. Она рассказала заодно и про человека, которого ей посоветовал Харви, мага на пенсии. Он жил за городом в собственном коттедже и занимался садоводством. В прошлом он специализировался на создании телепортов.

– А у тебя что?

– Походил по нашим. – Он, вероятно, имел в виду фэйри‑переселенцев. – Никто ничего не слышал, правда, не со всеми удалось встретиться, многие из нас не любят дневной свет и эту проклятую жару. Вечером надо бы наведаться к одному моему знакомому, он всегда в курсе всего.

Эбби отметила это в блокноте.

– А чем мы займемся сейчас?

– Раз ты уже поела, пойдем к дому миссис Дэвиш и узнаем, не хотела ли она чего‑то от нас скрыть.

Под фразой «пойти к дому миссис Дэвиш» Инг‑Мари подразумевал ни много ни мало мусорный контейнер в конце улицы. Мусор вывозили раз в день, и время еще не подошло. Реми достал из кармана две пары резиновых перчаток.

– Начинаем, Лерой.

– Что?

Эбби взяла перчатки, но надевать не спешила. Еще надеялась, что Реми шутит.

– Что непонятного? Эта со всех сторон достойная госпожа все возможные улики сгребла и выбросила в мусорку. Так что давай искать их вместе.

– В мусорке? – Эбби перевела взгляд на два больших металлических контейнера, у которых крышки едва закрывались от переполняющего их содержимого. Реми закатил глаза и бодро зашагал к ближайшему, довольно смело принявшись перебирать отходы.

Эбби готова была провалиться сквозь землю, но раз даже фэйри не побрезговал…

Так вышло, что первая же более или менее ценная находка выпала как раз на ее долю.

– Что это? – Она показала Реми обугленный кристалл. На бытовой мусор он не был похож, так что Эбби сразу решила, что находка может оказаться полезной. Инг‑Мари поднес кристалл к лицу и тщательно обнюхал.

– Ну? Чем пахнет?

– Гарью.

– Ну это и я чувствую. А магия? Магией пахнет?

Реми досадливо поморщился.

– Гарью пахнет. Все перебивает.

Эбби забрала у него кристалл, завернула в платок и убрала в карман. Больше ничего интересного обнаружить не удалось, и Эбби пошла домой, чтобы принять душ и кинуть провонявшие вещи в стирку.

Миссис Маккензи как раз собиралась пить чай на кухне, пройти мимо нее незамеченной было невозможно. Эбби едва показалась в дверях, как хозяйка позвала ее составить компанию. Эбби сослалась на срочное дело и поспешила принять ванну, не хватало еще вопросов – так и мерещилось, что от волос исходит мерзостная вонь. Эбби быстро ополоснулась, переоделась и уже спустя полчаса спустилась.

– Намерения вашего молодого человека достаточно серьезны, милая? – спросила миссис Маккензи, разливая чай по второму кругу. Эбби дернулась от неожиданности.

– Вы все не так поняли. Реми, он…

– В мои времена, если появились на людях вместе, будьте добры жениться. Мой Барт, чтоб ему на том свете не чихалось, так после второго свидания и сказал. Сказал: Дора, так нельзя продолжать. Твои соседи уже проверяют почтовые ящики, ждут приглашения.

Эбби улыбнулась. Ну конечно, со стороны все всегда кажется так просто.

– Вот вы улыбаетесь, – с пониманием покачала головой старушка, – а меж тем молодость проходит. Работа приносит женщине удовольствие лишь тогда, когда есть еще что‑то, кроме нее.

– Мне достаточно того, что у меня есть, – ответила Эбби и взглянула на часы. – Простите, но мне уже пора. Скорее всего сегодня задержусь, но не так, как вчера.

– Уж будьте так добры, – проворчала миссис Маккензи, но совершенно беззлобно. Все‑таки она была очень милой старушкой.

После обеда жара достигла пика. Эбби подходила к сыскному бюро Инг‑Мари под палящими солнечными лучами. В этом году погода поражала своим непостоянством. Не так давно закончились проливные дожди, как тут же начала жечь рекордная для этого периода жара. В тонкой хлопковой блузке с укороченным рукавом Эбби было ничуть не легче, чем в строгой рубашке и пиджаке. Волосы не успели толком просохнуть и вдобавок к прочим неприятностям некрасиво завивались в разные стороны.