Инг-Мари. Виртуоз магического сыска
– Ты мальчик или девочка? – спросило это женоподобное существо, после того как с его колен спрыгнула и с визгом унеслась куда‑то в глубь дома полуголая пышногрудая девица. Такого приема Эбби не ожидала, к щекам мгновенно прилила кровь, стало жарко и стыдно. Фэйри понятливо хмыкнул, и это разозлило Эбби еще больше. А ведь она хотела по‑хорошему, как надо, но нет! Подопечный взбесил ее буквально с первых секунд знакомства.
– Эбби Лерой. Помощник инспектора отдела миграционного контроля Департамента магического надзора, – представилась она, с трудом подавив непрофессиональные эмоции. – А вы Реми Инг‑Мари?
– Йон Инг‑Мари, – поправил ее фэйри с раздражающей снисходительностью. – Что же вас привело в такую рань?
И таким небрежно элегантным жестом откинул волосы, какой не дался бы Эбби и после долгих тренировок.
Они не сработаются, поняла она с мрачной безысходностью. Точно не сработаются. Еще одна попытка…
– Я пришла помочь вам стать сыщиком, – выпалила Эбби и уставилась на фэйри в ожидании реакции. Если он засмеется или что‑то в этом духе, она развернется, придет к шефу и швырнет в него этой дурацкой папкой. Она на такое не подписывалась!
Фэйри странно поджал губы, потом улыбнулся, фыркнул забавно и, наконец, хлопнул в ладоши.
– Прелестно! «Сыщик» звучит довольно интересно, что бы ни натолкнуло вас на эту странную мысль.
Эбби смутили его слова, но уходить она раздумала. После небольшой пикировки он все же пригласил ее войти и даже налил воды в чистый стакан. После бури эмоций, что Эбби успела пережить за это утро, прохладная вода просто дар богов. Фэйри отошел назад, встал на середине комнаты и церемонно раскланялся:
– Реми Инг‑Мари к вашим услугам, прекрасная госпожа, будьте гостьей в моей конторе… эээ, неопределенного назначения.
И улыбнулся, пряча хитрую улыбку за упавшей на лицо длинной прядью.
Эбби обреченно вздохнула и сделала долгий глоток. После чего поставила стакан и попробовала снова перейти к работе.
– В деле сказано, что вы открываете бюро магического сыска. Разве это не так?
– Пусть будет сыск! – поспешно согласился Инг‑Мари. – С чего начнем?
– Это вы у меня спрашиваете?
– У вас. С этой самой минуты мы с вами компаньоны.
Эбби порадовалась, что загодя поставила стакан, иначе непременно разбила бы его о беловолосую голову, склоненную перед ней в издевательском поклоне.
– Что значит компаньоны?
Фэйри выпрямился и бросил на нее хитрый взгляд льдисто‑голубых глаз:
– Разве инспектор не обязан все время проводить с подопечным? Следить за ним, контролировать его, вносить пометки в личное дело? Способствовать социализации в городе людей?
И ведь специально использовал ее собственное, так удачно подобранное выражение. Точнее, вчера оно казалось удачным, а вот сегодня уже нет.
– Это действительно входит в мои обязанности, – пролепетала Эбби постыдно неуверенно, – но не настолько…
– Так отлично! – Он схватил ее за плечи и наклонился к лицу. – Тогда что ждать? С сегодняшнего дня и начнем.
Он был подавляюще высок в сравнении с маленькой Эбби. А еще от него пахло мятой и морожеными ягодами. И лицо, если присмотреться, уже совсем не казалось женственным.
Именно этот не самый подходящий момент выбрала незнакомая девица, чтобы покинуть укрытие и выйти к ним.
– Ах! – выдохнула она картинно, схватилась за грудь и, залившись слезами, бросилась к выходу.
– Айя! – Фэйри бросился к ней и получил такую смачную пощечину, что Эбби вмиг почувствовала себя удовлетворенной за все свои ночные бдения и утренние переживания и даже немного посочувствовала незадачливому соблазнителю.
– Кайя! – прошипела девица и, вдруг прижавшись к нему губами в страстном поцелуе, убежала прочь, только дверь хлопнула.
– Я знал, – пробормотал он и потер щеку. – Так и знал, что не Айя.
Эбби очень постаралась изобразить, будто не видела пикантной сцены. Было неловко и досадно, но ей придется как можно скорее привыкнуть к поведению и характеру Реми Инг‑Мари, если она желает доказать свой профессионализм. От того, как она будет с ним работать, зависит в буквальном смысле все ее будущее.
– Может, позавтракаем? – внезапно предложил он. – Тут по соседству отличное кафе, у них есть столики на улице.
Звучало очень… по‑приятельски. Эбби решила, что и третья попытка не пытка, и согласилась.
Кафе «Настурция» и впрямь оказалось милейшим местечком и как раз собиралось открываться – Эбби с таким рвением отнеслась к заданию, что пришла совсем уж неприлично рано, даже чаю не попила. К Реми тут отнеслись душевно, у него даже имелся любимый столик в тени полосатого навеса. Скоро перед ними обоими возникли подносы с горячим какао и булочками для него и крепким чаем и сэндвичем для нее.
– Люблю сладкое, – пояснил фэйри и разломил булочку, из которой тут же потек густой клубничный джем. – А вы?
– Нет. – Эбби покачала головой.
– А что вы любите?
Эбби посмотрела на свою тарелку.
– Ну… Всякое. Мясо люблю, сыр.
Реми засмеялся, и Эбби тут же обиженно насупилась.
– Что? Что не так?
– Это ведь люди придумали, да? Класть кучу всего между двух кусков хлеба. – Он протянул руку, схватил ее сэндвич и смачно надкусил. От возмущения у Эбби даже слов не нашлось, чтобы его остановить.
Реми долго жевал, потом сделал большой глоток своего какао и констатировал:
– Гадость.
– Зачем было пробовать именно мой?! – отмерла Эбби, глядя, как на тарелку возвращается ее испорченный завтрак. – Можно же было заказать второй!
– Я знал, что будет невкусно, – спокойно объяснил фэйри. – И оказался прав.
В голову к Эбби прокралась мысль, что он над ней издевается, только и всего. Наверное, хочет избавиться от «надсмотрщицы», которая ему явно пришлась не по душе. Ну и пусть старается. Эбби от него тоже не в восторге, но готова потерпеть ради общего дела. Зло уставилась на сэндвич, потом нехотя взяла в руки и откусила кусочек. Дальше дело пошло веселее, благо ни ужина, ни завтрака у нее не было, и голод давал о себе знать недовольным шевелением в животе. Фэйри внимательно за ней наблюдал, потягивая какао.
Когда с завтраком было покончено, Реми с готовностью вскочил из‑за стола.
– А теперь за дело, мисс Лерой!
Так начался первый день на должности исполняющей обязанности инспектора миграционного контроля, как про себя назвалась Эбби. Инг‑Мари потащил ее на другой конец города, где без промедления заказал новую вывеску. Правда, текст для нее пришлось придумывать на месте.
– Как будем называться? – спросил он, терзая в тонких белых пальцах карандаш. Эбби пожала плечами:
