Интеритум. Книга 2. Кукловод

Все началось с того, что он в первый раз в своей жизни выпросил лошадь у отца для самостоятельной поездки в город. Отец всегда переживал по поводу одиночных походов сына, особенно когда появлялась необходимость идти через пролесок и без надобности никогда не отпускал. Однако в этот раз он согласился, несколько раз объяснив, как управляться с лошадью, если она вдруг чего испугается. Напоследок отец привязал к его руке небольшой круглый фонарик, оптическая часть которого, казалось, заточена в клетку, покрывающую стекло снаружи, защищая от случайного удара. Это как‑то смогло успокоить мужчину, посчитавшего, что если мальчик и затеряется, то свет станет маяком в темноте. Выехав из дому, мальчик уже тогда обратил внимание, что за ним следят, но не придал этому значения, а зря. Надо было вернуться и сказать об этом отцу, но он решил, что глупо возвращаться, тем более, в другой раз отец его однозначно одного не отпустил бы в город. Нет, детей не похищали на Фикте. Дело было не в этом.

Он был другим, чем все остальные дети. У него с рождения полностью отсутствовало восприятие сил магии, а это позволяло любому Первому передавать через него свои силы без ограничения. Но даже не это было главным, потому что Первые свою силу никогда, ни через кого не передают. Главным было то, что любой маг в него мог вкачать свою силу, а затем в любое время применить ее в своих целях, находясь при этом на любом расстоянии. Сектанты слышали о существовании такого ребенка, но поиски обычного мальчишки, похожего на всех в округе, никак не приводили их к нему, однако, по‑видимому, не в этот раз. И вот по своей глупости он попал к ним в руки, а что они сделали и где он сейчас, уже никто не сможет сказать.

Вдруг его воспоминания оборвали чьи‑то легкие шаги, которые он услышал за своей спиной.

Мальчик оглянулся. Рядом с ним стояла очень привлекательная молодая женщина, которой было не более тридцати лет. В руках у нее была корзинка с фруктами, собранными в лесу, а надо сказать, фруктовых деревьев в этом лесу было очень много, на что обратил внимание даже ребенок.

То, что она была очень удивлена, говорил ее сорвавшийся голос, воскликнувший:

– Дите?! Что ты тут делаешь? Откуда ты появился? Здесь никого не должно быть!

Вставая на ноги, мальчик испуганными глазами уставился на незнакомку и сбивчиво стал рассказывать, что с ним произошло, затем запутался, вздохнул и уже коротко сказал:

– Я не знаю, как сюда попал! Меня какие‑то маги похитили, и я думал, что они хотят из меня сделать жертву при каком‑то обряде, с жертвоприношением.

Но я почему‑то оказался здесь и заблудился! – Глаза его снова наполнились слезами.

– Ну‑ну, малыш! Не плачь – она улыбнулась, с любопытством разглядывая своего собеседника. – У тебя смешно топорщатся волосы, как у одуванчика, но в отличие от него, они у тебя не белые, а смоляночерные. – Женщина провела рукой по его макушке.

– Пойдем со мной… мы с тобой вместе здесь заблудились.

Они пошли по той же, натоптанной за весь день мальчиком тропинке, однако она привела их совсем в другое место. Перед ними показался маленький бревенчатый домик, и это произошло довольно быстро. По крайней мере, даже маленький мальчик понял, что практически не прошло необходимого времени, чтобы его увидеть.

Они остановились, перед тем как подойти к домику.

– Как хоть тебя зовут, малыш? – спросила женщина, поставив корзину на траву.

– Меня зовут Адриан, говорят, это имя приносит удачу. А может разрушение? – И, повернувшись, посмотрев женщине в глаза, снизу вверх, спросил: – А как тебя зовут?

– Меня зовут Лариада, или же Лара. Правда, так меня никто, давно не называл. И вообще, я давно здесь живу одна.

– Лара! Ты тоже сюда попала по злому умыслу магов? Что это за место?

– Я не смогу тебе объяснить, ты должен все увидеть сам.

Она подняла ладонь вверх, а потом резко ее опустила, как бы срывая вуаль. По воздуху пошла рябь, как по воде, волнами расходящаяся от места взмаха ее руки, во все стороны. Затем перед ними началось движение то ли воздушных масс, то ли воды.

Лариада прошла через этот поток, проведя за руку Адриана. Пройдя это препятствие и оставшись сухими, они попали в какой‑то другой срез этого же пространства. Они были вроде бы там, где и раньше, но и в то же время смотрели на все со стороны, как будто только что поднялись на невидимый холм. Внизу был знакомый лес, озеро и домик с крышей, засыпанной листвой, с милой каменной трубой, из которой исходил дым.

– Что ты хочешь показать мне, Лара? – завороженный увиденной картиной и озадаченный, спросил мальчик.

– Это место, как я поняла, попав сюда, пространственно‑временной отрезок, вырезанный из моей детской памяти. – Лариада развела руками в стороны. – Здесь по кругу можно ходить вечно, все повторяется, и если даже не знаешь, куда идешь, все равно вернешься обратно. Здесь нет входа и нет выхода, и только Хранитель времени в состоянии меня отсюда вызволить.

Затем посмотрела в глаза ребенку, закончила вопросом:

– Но ты…, как я понимаю, сюда попал без его участия, а маги, направившие тебя сюда, противостоят Первым?

– Наверное, так… – пожал плечами Адриан и тут же спросил: – Может, Хранитель времени мне тоже поможет вернуться обратно? – В его голосе прозвучала надежда.

– Скорее всего, нет. То была воля моего любимого Веспера. Он договорился с Хранителем времени, чтобы тот создал мне временный уют, где я могла бы дождаться срока своего перерождения и снова вернуться на Фикту, пусть и в другом обличии. Но как ты сюда попал?! – снова задала интересующий ее вопрос Лариада.

Мальчишка хмыкнул:

– Ты какой уж раз задаешь вопрос, понимая, что я не смогу на него ответить. Но и ты не сможешь ответить на мои вопросы: «Почему именно я здесь?» и «Как мне выбраться отсюда?».

В глазах Лариады промелькнула жалость к Адриану.

– Пойдем, малыш, в дом, я думаю, тебя смогут вызволить отсюда только те, кто сюда прислал. Я уверена! Они заплатили большую цену, чтобы тебя заточить здесь. Но зачем? Вот вопрос, на который, я надеюсь, мы когда‑нибудь узнаем ответ. Ну а сейчас заходи в дом, в нем места хватит на двоих.

 

* * *

 

Лариаде еще было неведомо, что вскоре у нее появится еще один гость, предвестник великих трагедий. Она не знала, что в то время пока она общалась с Адрианом в своем маленьком мирке, вне пространства и времени начали разворачиваться события, которые будут определять всю дальнейшую судьбу Фикты.

На границе миров послышался чей‑то женский голос:

– Хранитель времени, тебе нравится картина пустоты, окутывающая тебя обманной пеленой величия?

– Снова ты! – отозвался Хранитель. – А я, услышав тебя в первый раз, подумал, что у меня в голове голоса раздаются от наступающего безумия, возникшего от одиночества.

– Нет! – продолжал вещать голос. – Ты, как всегда, здоров. Я не бред твоего воспаленного ума, я твой туз в рукаве, который позволит тебе играть со всеми по твоим правилам.