Камень. Книга шестая

– Так точно, ваше императорское высочество! – протянули те.

Отец повернулся ко мне:

– Иди спать, Алексей. Вот тебе завтра точно надо быть в форме. И не переживай, перед Михаилом Николаевичем я обязательно извинюсь в твоем присутствии за свои недостойные слова.

– Очень на это надеюсь, – кивнул я.

И, уже поднимаясь по лестнице, услышал:

– Прохор, веди в погребок! И передай Трегубову, что мы вечером в баню пойдем, пусть веники готовит…

 

***

 

Ещё в понедельник брат с сестрой Долгорукие вместе с Ингой Юсуповой до последнего прождали на университетской стоянке как великого князя Алексея Александровича, так и Анну Шереметьеву. Не появились они и позже, во время занятий. Если великого князя они беспокоить по понятным причинам не стали, то вот Анне и звонили, и писали, но телефон девушки оставался недоступным.

– Да сбежали они вдвоём, как пить дать сбежали! – улыбался Андрей, глядя на сестру и её подружку. – Никаких других объяснений столь подозрительному, а главное, одновременному исчезновению Алексея и Анны я просто не нахожу.

– Не говори глупостей, Андрюша! – не очень‑то и уверенно возражала ему Инга. – Аня у нас умница‑разумница, а Алексею и так есть с кем сбегать. У него там целых две… дамы сердца. Может, Марии позвоним?

– Давай я наберу, – предложила Наталья.

После звонка великой княжне у Долгоруких и Юсуповой возникло ещё больше вопросов: со слов Марии получалось, что Алексей занят какими‑то семейными делами, а вот Шереметьевой и она сама дозвониться не может. Великая княжна даже попросила друзей сообщить, если они узнают про Анну что‑нибудь ещё.

Не явилась Шереметьева и на военку во вторник, не пришла на учёбу в среду, и Долгорукие с Юсуповой решили все‑таки обратиться к маме девушки, чтобы узнать, всё ли в порядке с Анной? Но тут с ними связалась великая княжна Мария и сказала, что Шереметьева болеет и до конца недели в университете точно не появится. На все уточняющие вопросы Мария отвечала, что и сама толком ничего не знает, а получила эту информацию от своего царственного деда, у которого в начале недели был на приеме по каким‑то там своим делам князь Шереметьев.

– Как‑то все это очень странно… – высказала вслух общее мнение Инга Юсупова. – Вот выйдет Анька на учёбу, она мне все расскажет!

 

***

 

В среду после обеда в кабинете императора собралось старшее поколение рода Романовых, вернее, его мужская часть. Однако присутствовала и Мария Фёдоровна.

– Коля, а ты с Алексеем не перегибаешь палку? – поинтересовался великий князь Александр Александрович у императора. – Да, молодой человек ни с кем не посоветовался, когда решил надавить на Святослава через его родичей, но это же в конце концов дало свои результаты?

– Да, результаты дало, – кивнул Николай. – Потому что мы его вовремя поддержали. А если бы что‑то пошло не так? Вы представляете, к каким последствиям это инициатива молодого человека могла привести?

– Но не привела же, – поморщился Александр. – Насколько я понял, Святослав предоставил доступ ко всей бухгалтерии и поделился всеми сведениями об этих колдунах, которыми обладал. Мы Алексею должны спасибо сказать за проявленную инициативу.

– Спасибо сказать? – начал заводиться Николай. – А теперь представь себе, Саша, другую ситуацию: на штурм особняка Карамзиных с этой же целью пошел не Алексей, а ваши с Петром родные внуки, Николай и Александр. Что бы вы сделали на моем месте? – Александровичи молчали. – Вот‑вот, и я про тоже!

– Но Алексей всё‑таки не Николай с Александром… – буркнул Пётр. – И зря ты, Коля, внука вместе с Александром в Бутырку засадил, мог бы отделаться и очередным устным внушением.

– А ты у Володи спроси, как этот Алексей себя в особняке Карамзиных вёл! – вскочил со своего места император. – Он вообще нам скоро подчиняться перестанет!

Александр с Петром посмотрели на Владимира.

– Тут Коля абсолютно прав, – вздохнул тот. – Я уверен, что, если бы Святослав не прилетел, Алексей бы Карамзиных… Если глава рода для молодого человека ещё хоть какой‑то авторитет, то вот мы с вами для него, похоже, просто пустое место.

– Ну, Вова, – протянул Николай, – тут ты на Алексея наговариваешь! Вот если его задеть, то да, а так… Вчера вон Сашка что‑то про князя Пожарского не то сказал, сразу в глаз от сынульки получил, – император оглядел улыбающихся родичей. – Смешно вам?

Через пару секунд он и сам не сумел сдержать улыбки.

– Коля, а действительно, ты зачем Сашку‑то посадил? – сквозь смех спросил Пётр. – Чтоб он с сыном лучше сошелся?

– Да, и это сработало, – кивнул император. – Как там говорят, бьёт – значит любит.

Тут уже никто смеха сдерживать не стал.

– А их совместный «побег» из Бутырки тоже был частью плана? – продолжал улыбаться Петр.

– Ага.

– Коля, раз у тебя тут все так замечательно продумано, зачем ты решил собрать совет рода?

– Хочу перевести Алексею на учёбу в военное училище.

В кабинете повисла тишина, пока тот же самый Петр не заявил:

– Я теперь даже где‑то начинаю понимать Алексея… – Он вздохнул. – Коля, ты же понимаешь, как молодой человек воспримет подобное решение? Прошлый совет это показал со всей очевидностью…

– Прекрасно понимаю, – кивнул тот. – Если у вас есть другие варианты по приведению молодого человека в чувство, я готов их очень внимательно выслушать.

И опять в кабинете на некоторое время повисла тишина. На этот раз её прервал великий князь Александр Александрович, который высказал витающий в воздухе общий вопрос остальных братьев:

– Значит, наше правило откладывается на неопределённый срок?

– Получается, так, – кивнул император. – И я вас очень прошу поддержать меня в этом решении, иначе с Алексеем не справиться, а дальше будет только хуже.

– Коля, мы‑то тебя поддержим, – покривился Александр. – Так сказать, в воспитательных целях. Но никаких провокационных высказываний от меня и от моих сыновей в адрес Алексея ты на совете рода не жди. Я с молодым человеком ссориться точно не буду.

– Как и я, – кивнул Пётр.