Кошмариус и его непридуманные истории

– Что вам угодно? – едва слышно спросил молодой человек.

– Я плутал… ищу трак… первый раз зд… – пытался сказать что‑то более‑менее внятное Саймон, но язык заплетался.

– Простите, я не понимаю, – всё так же монотонно молвил бледный хозяин двухэтажного особняка.

– Я… я… заблудился! – наконец истерично воскликнул фальцетом Саймон.

Юноша немного поёжился. Он был в домашнем халате. Или даже скорее в мантии. Иссиня‑чёрной, до пола. Она была бы красивой, если бы не подозрительные пятна на рукавах. Саймон был готов поклясться, что это кровь. От этой мысли у него закружилась голова. От страха он едва мог пошевелиться.

– Вы куда‑то шли? – спросил юноша без особо интереса.

– Нет… То есть да… Но задумался и заблудился, – скороговоркой пробубнил Саймон, опуская глаза в пол, но невольно поглядывая на пятна на рукавах мантии незнакомца.

Заметив это, молодой человек поспешно убрал руки за спину.

– Вам что‑то нужно от меня? – снова спросил он альрауна.

– Если бы вы показали мне дорогу… – еле слышно сказал Саймон, понимая, что лучше поспешить оставить этот дом с плачущем колокольчиком и его бледным хозяином.

– Если вам на кладбище, то это туда, – махнул рукавом мантии в сторону тумана юноша.

– Да! Да, мне туда! – выпалил перепуганный альраун, отходя от порога и изо всех сил сдерживаясь, чтобы не побежать прочь без оглядки. – Да! Спасибо! Всего вам наилучшего!

Юноша продолжал смотреть на Саймона. В глазах его по‑прежнему ничего не отражалось. Совершенно никаких чувств или эмоций, кроме всепоглощающей печали. Наконец он шагнул обратно в дом, не убирая рук из‑за спины. И дверь сама собой закрылась. Колокольчик от этого ещё раз жалобно звякнул. А мгновение спустя погас мерцающий свет на первом этаже, и дом снова замер, как и прежде.

Саймон же в самом деле побежал навстречу туману. Таинственный незнакомец помог ему преодолеть тонкую грань между сковывающим страхом, который не даёт ни пошевелиться, ни что‑либо предпринять, и ужасом, побуждающим собрать оставшуюся волю в кулак, чтобы убегать изо всех сил.

Во всю прыть он нёсся вниз по улице, начисто позабыв о страшных историях, в которых люди, попав в туман, пропадали и никогда из него не возвращались. Кривые тени домов всплывали на всём его пути, но Саймон уже не пытался понять, где он. Туман становился всё менее густым. Очертания домов – всё более чёткими. Наконец Саймон ворвался на улочку, где – о чудо! – стоял один из фонарей, освещающий небольшое пространство вокруг себя голубоватым газовым светом.

На радостях Саймон не заметил прохожего, дородного господина в помятом сюртуке. С разбегу альраун влетел в него и, наверное, сшиб бы с ног и сам бы упал, не окажись этот гражданин коренастым и стойким, к тому же в два раза больше самого Саймона.

– Эка ты несёшься, парень! – хохотнул он и отпустил Саймона, врезавшегося в него.

Альраун бешено завращал глазами, блуждая ими туда‑сюда и пытаясь хоть что‑нибудь разглядеть после столкновения.

Дородного господина всё это изрядно развеселило. Он положил свою массивную руку на худенькие плечи трясущегося Саймона и пророкотал:

– Ты чего так напугался? Пойдём‑ка пропустим по кружечке медового эля к старине Джо!

Не понимая, что происходит, Саймон не сопротивлялся – да он, в общем‑то, и не смог бы! – и двинулся в ближайший дом.

Постепенно придя в себя, он наконец услышал, что на улице, несмотря на поздний час, довольно шумно. Из домика, в который его тащил смеющийся гражданин, доносились весёлый смех и громогласные вопли. В воздухе пахло жареными колбасками и чесноком. От самого толстяка разило элем, но самое главное – Саймон понял, что каким‑то чудом он остался жив. Больше того, он оказался в том самом месте, куда так стремился попасть!

«У старины Джо» – было написано большими ровными буквами на старой деревянной табличке.

«Таверна» – следовала надпись ниже, буквами менее ровными и гораздо более мелкими.

«Заходи, прохожий, без лишних раздумий. У нас всегда свежий эль!» – это было приписано ещё ниже совсем уж скверным почерком, кривым и скачущим.

Были на табличке ещё какие‑то надписи, но Саймон их не разобрал.

– От кого убегал, парень? – дружелюбно осведомился дородный гражданин в мятом сюртуке.

– От страха и от тумана, – ответил альраун, переводя дыхание.

– К чёрту всё! Забудь и отдыхай! – посоветовал новый знакомый.

– А я как раз сюда шёл! – сказал Саймон и, подумав, уточнил: – Нет, скорее нёсся как проклятый!

– Это точно, – согласился дородный господин, – Будь я потоньше, вроде тебя, расшиблись бы насмерть оба! Спасибо элю, что не дал мне умереть! – С этими словами он стал весело хлопать себя по животу, которым, судя по всему, очень гордился.

Впервые за прошедший день Саймон позволил себе улыбнуться.

 

***

 

В таверне было душно. Посетителей было немного, и все они, сосредоточившись вокруг трёх сдвинутых массивных столов из чёрного дерева, играли в карты. То и дело раздавались те самые радостные вопли победителей и чертыхания проигравших, что слышны были даже с улицы. На кону стояли деньги. Весёлый толстяк, который завёл Саймона в таверну, уже и сам принимал активнейшее участие в игре. Альраун же опустился за соседний столик поменьше и смотрел на игроков.

– У тебя до большой партии две обычные дюжины! – кричал какой‑то смуглый верзила, обращаясь к тонкому человеку в камзоле. – Смотри не набери лишнего!

Тонкий в камзоле был спокоен. Очевидно, он не сомневался в своей победе.

– Не учи учёного, – сухо бросил он верзиле под одобрительные возгласы того самого толстяка, который, очевидно, был его закадычным приятелем и с интересом следил за ситуацией на столе, попивая эль из огромного двухпинтового стакана.

«Такой кружечкой можно запросто и пришибить», – подумал Саймон.

Игроки не обращали на него совершенно никакого внимания. Сам старина Джо разливал эль у барной стойки в углу таверны. Ему Саймон был также не особо интересен. Зато девушка на самодельных роликах, похожих на древние утюги с колёсами, то и дело внимательно посматривала на него одним глазом из‑под круглого монокля. Второй глаз у неё был закрыт длинной чёлкой. Волосы её были какого‑то неестественного грязно‑сиреневого оттенка. Девушка была ни высокой, ни маленькой и, по меркам Саймона, вполне симпатичной. Конечно, он плохо понимал в людской красоте, но тут его мнение разделяли и игроки за столом. Они постоянно подшучивали и заигрывали с юркой официанткой на странных роликах, но руки не распускали. Хотя фигура у неё была просто загляденье.

– Тебе что подать, котейка? – Сиреневоволосая официантка неожиданно оказалась у столика альрауна.