Магсон. К силе через сон

Улицу озарила мощная вспышка белого цвета, и я уже стоял перед дружинниками. На мне снова была белая, плотная оболочка, окутывавшая все мое тело. Мои глаза светились желтым, и были обведены светло‑желтыми метками. В своих руках я держал «Духовный меч» с белым клинком, который пульсировал.

Когда я повернулся лицом к врагу, то внешняя оболочка монстра уже распалась. Это я нанес такой быстрый удар, что никто не успел отследить его из‑за мощной вспышки белого света. Когда оболочка исчезла, дружинник, подвергшийся воздействию чар того талисмана, снова стал собой. Он был сильно ослаблен, и мог упасть, если бы его не поймали дружинники.

Я подобрал по дороге сувенир из этой лавки, и тот, который висел на шее у Мали. Потом я снял свой барьер, которым я окружил ту лавку с одеждой и платьями, в которой пряталась девочка.

Я сбросил свою силу, и снова вернулся в обычный, человеческий вид. Мали подбежала ко мне, и обняла. Она плакала, и радовалась, что со мной все хорошо. Я попросил ее больше не носить ее талисман: «Мали, давай пока скажем маме, что он потерялся, а мой дух временно спрячет его».

Итак, мы просто решили сходить в торговую зону деревни, но получили очередную битву с монстром. Одно хорошо. Мы продали овощи, купили мотыгу для огорода, и остались живы.

 

 

Глава 19. Великий волшебник Ионарии

 

Очередной день моего пребывания в мире Ионарии подходил к своему финалу. Было много приключений, эмоций, переживаний. Финал нашей прогулки по торговой территории деревни выдался жарким. Мы с Мали приняли решение, что больше задерживаться тут не будем. Нас просто вымотала последняя битва с монстром, в которого превратился один из дружинников, когда на него подействовали чары талисмана, купленного у торговца сувенирами. Я сражался, а Мали переживала.

Вот я посадил девочку снова на широкую жердь нашей телеги, и повез ее к выходу. Нам сейчас хотелось только одного, быстрее вернуться домой. Мы с Мали уже подъехали к пропускному пункту, но людей в нем не было. Остался только усатый сборщик платы за проход, но он сказал, что сегодня нам можно уйти домой бесплатно. Мы бы точно ушли, ведь мы свое дело сделали, а остальным пусть занимаются местные власти, но у нас не получилось.

Издали дороги, из‑за поворота направо, выехала огромная повозка. Она двигалась в сторону пропускного пункта, рядом с которым мы стояли. Эту повозку тащили пять черных коней черного цвета, от них исходила какая‑то легкая дымка. Сама повозка была просторной, с открытым верхом. Она изготовлена из черного дерева, подлокотники были темно‑красные, а корпус украшен золотыми полосами по бокам. Сразу видно, что это представитель правящей элиты.

В какой‑то момент из повозки вышел мужчина, которому было за сорок лет, судя по виду. По росту он такой же, как я. Отличия были во внешнем виде этого мужика. Его волосы были выкрашены в черно‑оранжевый цвет. Он был одет в черный балахон. Нагрудник был не из стали, похоже, что он состоял из плотных волокон, и чем напомнил мне кевлар, который используется для производства некоторых бронежилетов в нашем мире. Сапоги тоже были черные, но прошитые золотыми нитками.

Мужчина из повозки подошел ко мне и спросил: «Путник, ты не видел, что здесь произошло? Великий староста деревни Старро Оссин обеспокоен шумом, который доносился от торговой территории до самой цитадели. Мне сообщили, что на вас напал монстр, и Старро Оссин попросил меня разобраться с проблемой на месте».

Я ответил мужчине: «Вы правы, тут действительно был монстр. Похоже, что кто‑то применил темные чары, и один из дружинников попал под их действие, превратившись в монстра. Нам удалось победить его, и когда тело монстра исчезло, дружинник снова стал собой».

Мой собеседник слушал внимательно, но задал вопрос: «О каких чарах вы говорите?»

В качестве ответа на этот вопрос, я вытащил из кармана один талисман, и отдал его в руки мужчины. После этого я сказал: «Этот дружинник хотел купить эту штуку, чтобы подарить жене. Он не знал о том, что талисман зачарован. Именно он стал причиной превращения дружинника в монстра».

Мужчина внимательно выслушал меня, подумал, и сказал: «Я вас понял. Думаю, нам нужно будет встретиться снова, так как вы важный свидетель. А пока вы можете идти домой, мы здесь сами разберемся».

Мужчина уже пошел в сторону торговой территории, но я окликнул его, и спросил: «Дядя, а кто вы такой?»

Он, улыбнувшись, ответил мне: «Меня называют Великим волшебником Ионарии».

Вот так я и познакомился с очередным новым для меня жителем этой деревни, но нам пора. Мы с Мали выдвинулись, и примерно через три часа мы уже были дома.

 

 

 

Глава 20. Плотный ужин перед сном

 

Четвертый день летнего месяца подходил к завершению. Была уже первая половина вечера, и многие жители деревни Ионария уже собирались ужинать. Я, Денис Сергеевич Магсонов и моя маленькая подруга Мали Нейя, которая уже давно воспринимала меня как старшего брата, шли домой по дороге, которая ведет подальше от торговой территории. Я думал, что этот мир и особенно этот остров, красивый только днем, но я впервые вижу его ночью. Небесный купол над нашей головой, был усыпан звездами и созвездиями.

Вот мы с Мали наконец‑то подошли к ее дому, в котором я теперь тоже живу. Я постучал в дверь, и когда она открылась, нас с улыбкой ждала Али Нейя. Девочка сразу бросилась к своей маме, чтобы обнять ее, а я скромно стоял в сторонке, и одновременно с этим успел убрать телегу и новую мотыгу во двор. После этого я тоже подошел к моим двум девочкам, чтобы обнять их обеих.

Мали пошла в комнату, чтобы переодеть платье, а мы с ее мамой решили побыть наедине. Али была в моих руках. Левой рукой я обнимал, и поглаживал ее спину, плечи и длинные волосы. Правой рукой я исследовал большой животик женщины, ощущая каждое движение ребенка через ее тонкую, шелковую и нежную кожу. Сил сдерживать чувства уже не было. Я поцеловал эту женщину в щеку, и она тоже поцеловала меня в ответ.

Потом мы пошли ужинать. Али сегодня перестаралась, и приготовила целую гору разных вкусностей. На столе было десять тарелок супа, десять тарелок картошки с мясом, пять тарелок с пирогами и чай. Я даже удивился, что Мали не испугалась такого обилия еды.

Я спросил девочку: «Ты же не собираешься съесть все? Ты же лопнешь от такого».

Мали уже взяла первую тарелку супа, и сказала: «А вот я съем больше всех, и не лопну. Ты же придержишь мой животик?»