Мастодония

– Но вы тоже здесь – вернее сказать, скоро будете на месте. И эта ваша женщина, Райла, она же на ферме! Зачем вам понадобился Бен?

– Дело в том, что мы здесь больше не живем, – сказал я.

– Да ну! И где же вы живете?

– В Мастодонии.

– Будь я проклят! – воскликнул он. – Да, слышал что‑то краем уха. А где эта Мастодония?

– В прошлом. Примерно сто пятьдесят тысяч лет назад. Там обитают мастодонты. Отсюда и название.

– Ну и как, приятное место?

– Не знаю, – сказал я. – Еще не видел.

– Как это – не видели? Вы же там живете…

– Пока я был в Европе, туда переехали Райла и Хирам.

– Хирам? – изумился Элрод. – Он же лентяй. Сколько его помню, всегда был туповат. Какое он имеет отношение к вашей Мастодонии?

– Самое прямое, – сказал я.

Стоянка сияла в свете утреннего солнца. День был прекрасный. Куда ни глянь – ни облачка.

Элрод уселся за руль и сдал назад.

– Бен велел высадить вас на парковке возле фермы, – сказал он. – Чтобы вы смешались с толпой туристов и подошли к воротам. Их караулят заместители шерифа. Заодно и за порядком присматривают. Представитесь, они вас ждут и впустят. У меня тут старые рабочие штаны, джинсовая куртка и поношенная фетровая шляпа. Можете надеть. Если сделать все по‑быстрому, вас не узнают. Сойдете за любопытного фермера. Но я все‑таки советую приклеить усы.

Миль через пять мы свернули на дорогу, ведущую к Уиллоу‑Бенду, и вскорости затормозили на парковке. Я переоделся, но усы приклеивать не стал. Не смог себя заставить.

 

Глава 20

 

Меня ждали Райла и Бен, а Герб Ливингстон маячил на заднем плане. В зале офисного здания пахло свежими опилками, а за рабочими столами сидели человек шесть бездельников.

Райла бросилась мне навстречу, я поймал ее и стиснул в объятиях. Даже не припомню, когда я был так рад встрече.

Картина снаружи была пугающая: тесный ряд машин на обочине, забитая под завязку парковка Бена, ларьки с хот‑догами, гамбургерами и всевозможными сувенирами, кто‑то продает воздушные шарики; повсюду люди, по большей части группами, таращатся на ограду, и всех переполняет необъяснимое возбуждение, как на деревенской ярмарке или на карнавале.

– Я так за тебя волновалась, – сказала Райла. – Только посмотри на свой наряд. А где нормальная одежда?

– В машине у Элрода, – ответил я. – Он заставил меня напялить эти тряпки.

Бен торжественно пожал мне руку:

– За последние дни тут много чего изменилось.

Подошел Герб, тоже с протянутой рукой.

– Как дела у специалиста по связям с общественностью? – спросил я. – Читал о тебе в лондонских газетах.

– Ну, – сказал Бен, – потребовался человек, чтобы поскорее разобраться с ордой журналюг, и наш выбор пал на Герба. Он неплохо справляется.

– С нас требуют пресс‑конференцию, – подхватил Герб, – но мне не хватило смелости выйти за ограду. Решили ничего не делать, пока ты не вернешься. Я тем временем выдал несколько пресс‑релизов. Так, по мелочи. Никакой информации, лишь намеки для новостных колонок. Что сказать насчет твоего возвращения?

– Скажи, – предложил Бен, – что Эйза вернулся и тут же отправился в Мастодонию. Надо из раза в раз подчеркивать, что их с Райлой тут нет. Они живут в Мастодонии.

– Как увидишь ее, обалдеешь, – пообещала Райла. – Там так красиво! Девственное местечко. Позавчера мы отвезли туда передвижной дом, и все уже готово для жизни. Включая два внедорожника с полным приводом.

– Хирам? – спросил я.

– Они с Бубликом уже в Мастодонии.

– А Чешир?

– Перебрался вместе с ними. У вершины холма есть роща диких лесных яблонь, и Чешир обосновался там. Хирам сказал, ему нравится в Мастодонии. Он даже удивляется, почему все это время торчал здесь и не путешествовал во времени.

– Пойдемте ко мне в кабинет, – позвал Бен. – У меня там удобные кресла и бутылка, которая так и просится, чтобы ее открыли. Надо обмыть это дело.

Мы расселись по креслам – действительно удобным, – и Бен наполнил стаканы.

– Нормально съездил? – спросил меня Герб.

– Вроде да, – ответил я. – Французский мой слегка запылился, но не смертельно. В Цюрихе проблем не возникло. К такому я непривычный, но все прошло гладко.

– Эти швейцарцы, – сказал Бен, – никогда от денег не откажутся.

– Но хотелось бы узнать, – продолжил я, – кто дал наводку прессе. Новости появились гораздо раньше, чем я рассчитывал.

– Это Кортни, – сказала Райла. – Вернее, не сам Кортни, а его знакомый. Специалист по новостным утечкам. На самом деле все произошло из‑за «Сафари». Они надавили на Кортни. Им не терпится прощупать перспективы охоты на динозавров. Хотят все выяснить, а потом уже вести переговоры. Ясно, что мало какой охотник упустит шанс добыть динозавра, но ребята из «Сафари» хотят быть уверены на все сто, собрать очередь из желающих, а потом уже обсуждать с нами вопросы лицензирования.

– Предположу, что пока все вилами по воде писано.

– Кортни уже пару дней как не звонил, но с ним свяжутся.

– Двое уже приходили на разведку, – сказал Бен. – Утром один спрашивал, нельзя ли закинуть его в империю инков до прибытия конкистадоров – мол, надо бы изучить древнюю культуру, – но я сразу понял, что его интересуют сокровища, и прогнал в шею. Еще заходил горный инженер: просился в Блэк‑Хилс Южной Дакоты – понятно, до золотой лихорадки – и не скрывал своих намерений. Хочет снять сливки с золотых жил. Денег у него нет, но обещал поделиться золотишком. Мне он понравился, и я велел ему подождать. Сказал, что сам ничего не решаю, но с тобой переговорю.

– Ну, не знаю, – покачал головой я. – Именно таких ситуаций мне и хотелось избежать. В прошлом надо вести себя крайне осторожно, иначе такая каша заварится, что вовек не расхлебаем.

– Ты же понимал, что эти проблемы неизбежны? – спросил Герб.

– В том‑то и дело, – сказала Райла. – Поэтому наш ценник мало кому по карману. А туристов надо отгонять, даже если они готовы заплатить, иначе у нас добавится проблем.