Midian

– Или вы пройдёте со мной, или я вызову полицию. Сюда. Думаю, вам не хочется, чтобы о вашем шабаше узнали посторонние. И я найду, кому ещё раскрыть ваши тайны, – Керт почувствовал власть и, шантажируя, не заметил, как увлёкся и сказал лишнего. Он понял, что стоит на стороне огромной силы в лице Вуна – главного человека в Мидиане. А под его покровительством можно позволить себе больше.

Авилон готов был испепелить его разъяренным взглядом, тут же предположив, что Керт манипулирует именем Андерса. Более он никак не мог пояснить его поведение и смысл последней фразы. Об этом же подумалось и Даниэлю, но также он заметил, что с минуты на минуту главарь подполья выйдет из себя и взорвётся. Поэтому Дани обратился к Керту:

– Да, хорошо, ведите нас!

Они пошли в комнату с камерами. Адели ждала возвращения дяди и знала, что он прибудет не один. Она привела лёгкий макияж в порядок, выправила кудри. На книгу дяди, так и оставленную на краю стола, она предусмотрительно накинула свой шарф.

– Сюда! – скомандовал охранник и протиснулся в дверь первым. Даниэль и Скольд вошли и тут же заострили внимание на милейшей Адели и заулыбались.

– Как на расстрел! – расхохотался пуще прежнего Дикс.

– Да таких можно и расстрелять. Вредители общества! – приосанившись, выдал хранитель порядка. И с драматической напыщенностью обратился к племяннице: – Аделаида, ты знаешь кого‑нибудь из них? Это они прибрали твою драгоценность?

– Ты же не так понял, я её случайно обронила! А они, значит, нашли её просто‑напросто. И спасибо им за это! Не делай им ничего плохого, а просто отпусти! – виновато проговорила девушка.

– Какие рыцари!.. Где это видано, чтоб эти переносчики смуты были благодетелями? Это несчастные больные люди!.. Идиоты! У них нет ума! – краснел охранник.

Друзья переглянулись, сдерживая смех за спиной Флоренца. Скольд засунул в свою ноздрю палец и, закатив глаза, предположил, как в этом случае он должен выглядеть. Даниэль театральным жестом смахнул со своей щеки несуществующую слезу и понимающе похлопал его по плечу. И так же понимающе выдал Керту:

– О, Вы правы! Мы болеем клептоманией.

– А это ещё что?.. – мрачно спросил у Дани охранник.

– Это когда у человека есть болезненная тяга воровать. Вот Вы смотрели такую передачу, где обсуждалась эта психологическая проблема? Там один зашёл в хозяйственный магазин и понял, что он хочет своровать швабру. И он её спрятал в штанину и пошёл вот так, вот т‑а‑ак, – он продефилировал, как это могло смотреться со стороны. Получилось крайне реалистично. Действо сопровождалось заразительным хохотом Скольда. Адели прикрыла рукой озарённые улыбкой губы. Грозный Керт хмыкнул как‑то доброжелательно и уточнил у Адели:

– Ты точно их видишь впервые?

– Да!

– Надеюсь, что в первый и последний раз. А теперь возвращайте находку.

Скольд обречённо достал из кармана подвеску, прощально на неё посмотрел и нагло всучил Даниэлю:

– Я не смогу. Давай ты лучше.

Дани взял тёплую серебряную цепочку с заледенелым кулоном и приблизился к девушке. Она стояла перед ним, робея.

– Ничего больше не теряй, Адели. И пошли воровать швабры Вместе! – растроганно улыбнулся он, когда с его ладони искрящимся тонким ручейком в её ручку заструилось украшение.

Но внезапно дверь громко распахнулась, и в комнату ворвался Авилон, который тут же взял охранника за грудки:

– Керт, а кому бы ты рассказал ещё о существовании «Лимба»? Не Вуну ли?.. Может, ты с ними?! Как хорошо прятаться под тень чужой власти! Не так ли?

– Ещё только одно слово!.. – испуганно вырвалось у Флоренца.

– Ещё только одно слово и я позову сюда толпу, которая тебя на клочья порвёт! Побеседуете?! – Авилон кричал ему в лицо.

Адели быстро выбежала, а Даниэль сначала рванул за ней, но трезво понял, что ему необходимо остаться.

– Ты и подобные тебе разрушают всё!.. Безмозглое стадо! Стадо! – надрывался Рейн, готовый стереть Керта в порошок. Даниэль схватил Авилона перед тем, как тот замахнулся, и начал оттаскивать, пытаясь достучаться до него:

– Не надо насилия! Чем мы будем лучше Андерса?..

Рейн отпрянул. Задыхаясь, он пошёл взрывной волной уже в сторону Даниэля:

– Так, значит, будем жалеть их? Будем подставлять другую щёку? Ты не видел, как умирают те, кого ты любишь! Ты ничего ещё в этой жизни не видел! Идиот!

И он вышел из комнаты. И вслед за ним её покинули Даниэль и Скольд, всё это время стоявший в дикой растерянности. Так они оставили Керта в одиночестве.

Флоренц сел на своё место и продолжил чтение через какое‑то время.

Пахло сыростью. На потолке образовались грязные подтёки. Лета в том сезоне была особенно полноводна.

 

В ночь

 

Артур стоял на крыльце особняка. Был почти час ночи, но ему не спалось. По завершении этого дня он ощущал, что сделал нечто огромное, отведённое ему. Он не мог понять, откуда сошла такая милость, но покой и наполненность были в его сердце. Он ничего не хотел, кроме как смотреть на звёзды. Но они лишь блёкло мерцали сквозь зарево, исходящее от Мидиана. В безветренном воздухе послышался звук подъезжающей машины, возникли столпы света фар, которые погасли, как только Даниэль припарковался у ворот.

Он энергично вбежал на крыльцо и обратился к Артуру:

– Ты всё ещё не спишь?

– Такая ночь! Сколько тишины и свободы! – приободрился старик.

– А я приехал прямиком из места, где громко. Более того, там явно чувствуется угнетённость и несвобода. Я хотел спеть «Боже, храни королеву», но мне не дали. Я бы им показал! Но я им ещё спою! Они меня все услышат! Сегодня у меня был насыщенный вечер с новыми, разнообразными знакомствами. Надо обдумать и переварить… А как насчет рвануть за город? Покататься.

– Сейчас? – встрепенулся Артур.

– Сколько ты не покидал поместье?

– Ох!

– Неужели тебе хочется оставаться здесь? Это же скучно!

– Дивная затея, сын! Вези! – согласился Артур. Для него это казалось сродни сорваться в головокружительную авантюру. Но в тот момент он был только рад.