Не наследник, которому по…

Почему я считал, что там будет именно так? Ну так, если рассуждать логически, факультет управления, это для людей коммуникабельных, инициативных и амбициозных, подозреваю, там большинство дети аристократов. Общей магии, скорее всего для умных и склонных к получению знаний, ну а боевой – для тех кто и звёзд с неба не хватает и вообще живёт по принципу – сила есть – ума не надо. Таких явно будут занимать различной тупой деятельностью, лишь бы те не начали страдать ерундой. Впрочем, они ерундой не страдают, они ей наслаждаются, что ещё опасней.

– Будешь выбирать, – шепнул я Анюре, – выбирай факультет общей.

Та кивнула. Распределение как раз закончилось и ректорша вызвала нас к кафедре.

– Ну что, хитрецы, – посмотрела она на нас прищурившись, – признавайтесь, мухлевали на испытаниях?

Анюра тут же побледнела, открыла было рот, но я ей сказать не дал, ответил сам:

– Мухлёж предполагает знание заранее условий игры, а испытания были для нас совершеннейшей неожиданностью. Боюсь, госпожа ректор, вас разочаровать, но мы прошли его самым честнейшим образом.

Светлана Иосифовна поджала губы, но кивнула:

– Ладно, сделаем вид, что поверила. Так на какой факультет планируете поступить?

Я незаметно толкнул Светлову и та скороговоркой произнесла:

– Факультет общей магии.

– Пожалуй, тебе подходит, – кивнула Кладенец, перевела взгляд на меня.

– Тоже факультет общей магии, – чуть склонил голову я, улыбнувшись одними губами.

– Хм, – нахмурилась женщина, – я бы, лучшим для тебя видела факультет управления, всё‑же старший сын благородного рода, к тому же у тебя все задатки стать хорошим управленцем.

– Я уже не наследник, – ответил я, сохраняя на лице вежливую улыбку, – поэтому мне нет нужды учиться управлению.

Ректор посуровела, затем скупо молвила:

– Да, я слышала про эту неприятную историю, но, мальчик мой, – тут она коснулась моего плеча, – это не повод отчаиваться. История знает множество чудесных примеров того, как из безвыходной ситуации появлялся выход.

Что‑то мне почудилось в её голосе, этакое, словно она пыталась показать своё сопереживание, будто бы я не безразличный для неё человек. Вот только я был уверен, что род Рассказовых никогда не пересекался с родом Кладенец, если такой род вообще существовал.

Анюра тоже изумлённо посмотрела на Светлану Иосифовну, и та поспешно руку убрала, вновь переходя на официальный тон:

– Так какое ваше решение, студент Рассказов?

– Факультет общей магии, – повторил я.

– Что ж, ладно, – вздохнула та, – но если вы решите перевестись, то в любой момент можете подать документы.

– Я непременно обдумаю ваше предложение, – кивнул я, – и обязательно его приму, если это будет отвечать моим интересам.

– И всё‑таки, твоё место среди управленцев, – ответила Кладенец, а затем махнула головой в сторону бокового выхода из зала, – идите, там вас уже ожидают кураторы и старосты.

Небольшой коридор окончился ещё одним залом в котором все новоприбывшие уже успели разбиться на три неровные кучки, окружив стоявших с табличками кураторов и студентов старших курсов.

Больше всего было будущих боевых магов чей факультет имел красный опознавательный цвет, несколько поменьше общей магии с жёлтым флагом и ещё меньше, где‑то вдвое по сравнению с боевиками – будущих управленцев гордо стоявших под зелёным стягом. Натуральный светофор и кто только придумал.

– Дрейк, иди быстрей! – услышал я знакомый голос.

Затем увидел призывно махающего мне младшего брата – Иоганна, который, похоже, был старостой управленцев. Но только покачал головой и вместе с Анюрой пошел к кучке в жёлтых цветах.

– Дрейк, не тупи! – брат подбежал ко мне, хватая за рукав, – факультет управления там.

– Я не на управление, – вновь покачал я головой, глядя в глаза опешившего от такого заявления парня.

– Тебя отправили на общую? – прошептал он, округлив глаза.

– Нет, я сам выбрал.

– Брат – ты идиот! – вспыхнул Иоганн, – совсем со своими книжками рехнулся. Ладно, хочешь жить с заучками и ботаниками, твоё право, но даже боевой факультет лучше желторотых.

Махнув рукой, он отправился к своим, разочарованный в выборе старшего брата.

– Кхым, – кашлянул длинноволосый парень, с жёлтым бантом на метле, проводив взглядом Иоганна, – так значит ты брат Рассказова?

Был он примерно моего возраста, но, судя по нашивкам, успел перейти на третий курс академии. Значит болдаром стал пару лет назад, лет в пятнадцать.

– Брат. С этим какие‑то проблемы?

– Нет, никаких, – мотнул тот головой, – ладно, пойдёмте к коменде, будем вас заселять.

Дальше были хозяйственно‑бытовые вопросы, потом общение с ушлой престарелой женщиной, тут же распределившей всех в самые убогие комнаты общежития по четыре человека в каждую. Понятное дело такой расклад меня не устраивал, поэтому я поступил в лучших традициях мажора – сунул незаметно от остальных даме несколько крупных купюр.

В итоге поселили на этаж выше и одного, что меня вполне устроило.

Поставив метлу в угол, а одежду закинув в шкаф, я улёгся на кровать и снова раскрыл квантмех. Ужинать, почему‑то не позвали, но у меня было ещё пол поросёнка и разогрев его на медленном огне с обеих рук, я с удовольствием похрустел запёкшейся корочкой, утоляя голод. А потом снова углубился в чтение. Так и заснул.

 

Глава 6

 

С утра коридор наполнился ряжеными бородачами от тринадцати лет и старше, и барышнями в здоровенных кокошниках и сарафанах в пол. С непривычки ноги девушек постоянно в сарафане путались и они поминутно падали, и кокошники с них слетали. Девушки со вздохом подымались, заново нахлобучивали головной убор и так до следующего падения.

Большинство парней почти те же проблемы имело с мётлами и бородами. И те и другие в силу длины, постоянно во всём запутывались. Метла норовила подставить подножку, а борода зацепиться за мимо проходящего.

Я посмотрел на посмеивающихся старшекурсников – кураторов. Если в средней школе малдар кошмарили унижениями напрямую, то здесь продолжали делать то же самое, но создавая искусственные трудности. И только перешедшие на более старший курс, получали право укоротить на пятнадцать сантиметров метлу и на пять сантиметров бороду, а девушки, соответственно – обрезать сарафан и кокошник.