Невеста смерти
– Мы у меня дома, – он указал рукой куда‑то влево. Переведя туда взгляд, Алиса увидел большой … замок, дворец, особняк? Она недостаточно хорошо разбиралась в архитектуре, чтобы сразу четко подобрать слово. У белого, сверкающего строения были башенки, как у готический замков, и в тоже время – колоннада, как у многих красивых строений девятнадцатого века.
– Теперь ты будешь жить здесь, – продолжил мужчина. Помолчал и добавил: – Меня зовут Доминик.
Глава 3
«Так он не русский…», – подумалось Алисе. Впрочем, и внешность свидетельствует об этом. Только вот говорит совсем без акцента…
Он, наконец, встал, и теперь смотрел на Алису сверху вниз, на то, как она лежит. Блуждал взглядом от лица до кончиков ее пальцев.
Новая волна тревоги охватила Алису. Она ведь в коротком халате, лежит перед ним, ноги вытянуты на скамейке, да и сверху видно не только шею… Хорошо еще халат не распахнулся, когда этот псих нес ее сюда.
Или распахнулся, просто он завязал пояс обратно…
О Господи! Да за что же ей вся эта ситуация! За что ей этот псих с хищным горящим взглядом? Казалось, что он касается ее даже, когда просто смотрит. Сложное, страшное ощущение…Пикантное. И от этого чем‑то странно‑привлекательное.
Полностью в его власти. Захочет – и изнасилует ее прямо тут, на скамейке. Захочет – потом. Захочет – убьет или будет пытать… При этом мысли Алисе стало плохо. К горлу подкатила тошнота.
Она судорожно потянула друг на друга полы халата, и, наконец, села. На этот раз он не препятствовал. Спустила ноги со скамейки, подняла голову и посмотрела в сторону, чтобы скрыть страх и смущение от похитителя.
Ей показалось, что Доминик едва уловимо усмехнулся, видя ее тревогу
«Еще и усмехается гад!» – подумала Алиса. И ее вдруг взяла досада, даже гнев. Да что же это такое?! Должны были быть пары, веселые перерывы с кофе и друзьями, потом ответственное собеседование. А теперь она неизвестно где в руках психопата. И пока что никаких возможностей выбраться.
Неужели он действительно хочет, чтобы она осталась здесь? Может удастся как‑то договориться… Ну он же человек! Не сказочный персонаж, а человек. У него горячее тело, человеческие черты… У него есть имя, в конце концов.
– Зачем я тебе? – тихо спросила Алиса. Это «тебе» вырвалось само. К тому же, с чего ей называть на «вы» этого ненормального?
Доминик пристально посмотрел на нее. И Алисе вдруг показалось, что на его лице дергаются желваки, что он катает языком во рту, раздумывая.
– В общем‑то незачем, – неожиданно ответил он. Как всегда – серьезно. – Просто хочу, чтобы ты жила.
Что это значит? Хочет, чтоб жила… Это радует, доказывает, что убивать ее он не собирается. Но как‑то странно звучит. Даже фантастично.
– Может быть тогда… мне можно вернуться обратно? – так же аккуратно и тихо спросила Алиса.
Он снова долго молчал, прежде, чем ответить. Потом четко, раздельно произнес:
– Ты не можешь вернуться.
– Почему?! – Алиса вскочила на ноги. Ее вздернуло, словно пружину, и страх окончательно уступил место гневу. – Почему?! Ты меня похитил! Вколол что‑то … Или загипнотизировал, переправил сюда! Значит, ты можешь вернуть меня и обратно! – она резко замолчала и выдохнула, неожиданно осознав, что рискует. Нельзя орать на странного психопата, в чьи лапы ты попала. Твой гнев может рассердить его, и неизвестно, чего ожидать тогда…
Он молчал в ответ, только желваки все так же ходили по лицу. Уфф… Хорошо, что не рассердился на ее вспышку. Но повисшая тишина была какой‑то слишком напряженной, дышала неопределенностью. Алисе хотелось как‑то прервать ее.
– Доминик, послушай… – она подняла на него глаза. Красивый, гад. Мужественный, твердый, как скала. Как такого сдвинешь… Как сдвинуть с мертвой точки мужика‑психопата? Алиса не знала. Но стоило хотя бы попробовать. – У меня вечером собеседование, это очень важно. Может быть, ты отпустишь меня? А потом будем с тобой общаться, дружить, если хочешь… Просто, понимаешь, если я не попаду на него, то у меня не будет работы… И вряд ли еще раз предложат что‑то такое же хорошее…
– Тебе больше не нужно будет работать, – совершенно спокойно ответил Доминик. – Здесь у тебя будет все необходимое. Пойдем в дом, – он подошел к скамейке, поднял свою косу, а другую руку вновь предложил Алисе. – Тебе нужно поесть, ты не завтракала. А мне нужно поработать. У меня сегодня много работы… – в уголке губ мелькнула странная усмешка.
Сердце медленно стекло вниз. Ну кто бы сомневался, что ничего не получится. Он непробиваемый. И откуда‑то знает, что она не завтракала…
Несколько мгновений Алиса смотрела на него, спокойного, твердого, с невозмутимым лицом. «А что еще мне делать? Ну буду слушаться – все может стать намного хуже…Так он, по крайней мере не убил и не изнасиловал меня», – подумала она.
И снова вложила руку в его ладонь.
Он повел ее по дорожке к дому.
Они огибали высокие кусты, усыпанные ароматными цветами, миновали несколько полянок с фонтанами, прямо возле ступеней особняка был бассейн.
«А псих неплохо живет», – подумалось Алисе. Это благостное, ароматное место – красивые особняк и уютный шикарный сад – совершенно не вязались со зловещим черным плащом, оружием‑косой и похищением. Впрочем, кто сказал, что маньяк не может любить красоту, комфорт и удобство?
Ладонь у него снова была горячая. И большая, она словно держала Алисину ладошку в плену. Да в сущности, так и было… Но сейчас Алиса вдруг почувствовала себя ребенком, которого ведут, допустим в садик, а вовсе не похищенной девушкой в опасности.
Так, хорошо, поймала она сама себя на этих мыслях. Я перестаю его бояться, значит… Значит мои шансы найти с ним контакт, разузнать все, и кто знает – может, все‑таки договорить – растут.
Похоже, он молчалив. Или молчалив со своими жертвами. Не хочет отвечать на прямые вопросы и объяснить произошедшее. Но попробуем по‑другому…
– Доминик, скажи пожалуйста, у тебя необычное имя… Ты приехал из другой страны? – как можно непринужденнее прочирикала она.
– Нет, – односложно ответил он.
«Ладно…» – вздохнула про себя Алиса. Непрошибаемый, так непрошибаемый. Но вода камень точит… По крайней мере так говорят.
