Останься со мной

Тар щелкает выключателем и заходит в комнату. Я жмусь к спинке кровати и натягиваю одеяло до самого подбородка. Мне немного неловко, потому что до этого момента я никогда прежде не разговаривала с мужчинами об отношениях. Мы ведь будем говорить о произошедшем?

Тарас садится на край кровати лицом ко мне. Я в этот момент готова провалиться сквозь землю. Чувствую себя ужасно, потому что не понимаю, как он ко мне относится. Сожалеет, что мы едва не поцеловались?

– Завтра выезжаем ранним утром, – сообщает Тарас. – Часов в пять. Я попробую помочь тебе.

Его слова настолько расходятся с тем, что я ожидала услышать, что несколько мгновений я просто глупо моргаю, а затем, как китайский болванчик, активно киваю.

– Я так понимаю, кто‑то в курсе, что ты планировала побег?

– Да, подруга.

– Будет лучше, если ты не станешь предпринимать попыток связаться с ней.

– Хорошо.

– И, пожалуйста, подумай над тем, что ты еще можешь мне рассказать.

– О чем?

– Обо всем. О ваших отношениях, о том, почему ты приняла решение сбежать, и как отреагирует Тагаев, по твоему мнению.

– Сейчас? – выдыхаю, осознавая, что вовсе не готова сочинять все это на ходу.

Единственное, что я знаю: папа будет в ярости. Соберет всех своих охранников и прикажет искать меня. Это будет приоритетной задачей для всех, в том числе и работающих на него программистов. Именно поэтому на мне ни единого украшения. Ничего, через что меня можно отследить. Вся одежда куплена специально для побега.

– Можешь подумать, если не можешь собраться с мыслями.

– Хорошо. Я точно знаю, что Тимур будет недоволен.

– Только недоволен? – с усмешкой замечает Тар.

– Зол, он точно будет зол.

Я сглатываю и закусываю губу. Мне очень хочется рассказать Тарасу правду. Признаться, что никакая я на самом деле не любовница, а дочь Тимура Тагаева. Но я не могу ему довериться. Любовница не так важна, как дочь, которую он оберегает как зеницу ока. Многие его партнеры даже не знают, что я существую. Не знаю, как отцу удается это скрывать, но я помню, как удивился мужчина, который назвался лучшим другом папы. Он был обескуражен и шокирован. О моем старшем брате Демьяне знали все, а обо мне так… единицы.

Я вела скрытую жизнь, со мной постоянно ездил Костик, и я никогда, ни одного раза не участвовала во всяких приемах и встречах, куда родители постоянно ходили. У меня даже фамилия была маминой девичьей – Рахманина.

– Пока у меня стойкое чувство, что ты многое недоговариваешь, – признается Тар.

Он проницателен и рано или поздно узнает, кто я на самом деле. Только лучше это будет поздно, чем сейчас. Тогда… тогда у меня может быть шанс уговорить его не возвращать меня отцу.

– Предлагаю поужинать, – переводит тему.

Я растерянно киваю. На кухне, стоит бросить взгляд на стол, где не так давно я сидела, меня бросает в жар. Щеки определенно заливаются румянцем, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Все потому, что я вспоминаю, как Тарас меня трогал. Как его горячие ладони скользили по моему телу, а взгляд… господи, как он на меня смотрел!

Отмираю от резкого щелчка. Это чайник вскипел и отключился. Сглотнув, подхожу к плите и раскладываю уже разогретое рагу по тарелкам. Себе совсем немного, потому что аппетита по‑прежнему нет. Когда занимать руки больше нечем, приходится сесть за стол и взяться за вилку. Мне неловко, хотя Тарас совершенно непринужденно поглощает рагу и не скупится на комплименты. Ведет себя так, словно между нами ничего не произошло, словно это не его член вдавливался мне в промежность.

Я все же заставляю себя поесть, а потом…

Потом оказывается, что нам все‑таки придется лечь спать вместе. В доме становится слишком холодно, а у нас одна кровать и одно одеяло на двоих.

Глава 13

Изабелла

Пока Тар казался абсолютно спокойным и невозмутимым, меня захлестывало волнение. Стрелка часов неумолимо тикала, оставляя все меньше времени на бодрствование. Еще чуть‑чуть, совсем немного, и мы окажемся в одной постели. Облизнув губы, пытаюсь увести мысли в другую сторону. Подумать о том, что буду делать дальше. Потом, когда останусь одна. Без поддержки Тараса.

– Можешь ложиться, – его голос возвращает меня в реальность. – Я сделаю пару звонков и приду.

Он выходит из кухни, а затем и из дома. Аккуратно прикрывает дверь, но я слышу негромкий, едва различимый скрип стальных петель. В этом доме даже двери словно из прошлого. Да и сам дом… В таком находиться непривычно. Я знала, что многие так живут, но ни разу, ни разу не была в таком месте. Всё мое окружение – дети богатых родителей. Мажоры, которым, в отличие от меня, было позволено почти все.