Первая империя

– «Найдена проблема, из‑за которой мы терпим поражения на фронтах! В наших тылах полным‑полно преступников, предателей и изменников Родины! Эти преступники саботируют работу производств, деморализуют войска, тыловые части и народ, совершают действия, направленные на осложнения внутренней обстановки в империи. Отныне каждый гражданин и иностранец, кто будет уличен в противоправных действиях в отношении Первой империи, – будет оштрафован, помещен под домашний арест, арестован или ликвидирован, если его преступления…» – Дальше я это читать отказываюсь, – сказал я, посмотрев на сидевших за столом.

– О как! – воскликнул Николай. – И что? За любую провинность арестовать могут?

– Нас это не касается. Речь про лиц, целенаправленно вредящих государству. Мы ему помогаем. Тут надо понимать одну простую истину – идет война. Война тяжелая. И либо мы сейчас всеми возможными методами будем вести дело к победе, либо нас раздавит, поглотит и уничтожит Четвертая.

– Война, несомненно, вносит свои коррективы. Однако и вы, Марк, упускаете одну истину. Война идет более ста лет, от момента развала Мировой. Война крайне вялотекущая. Только в последние лет десять начались какие‑то серьезные боевые действия. Этой войне конца и края не видать! Возникает вопрос, сколько это всё продлится?..

– Я откуда знаю? Мое дело – организовать работу железной дороги. Я не военный.

В прихожей послышался женский голос – с утренней прогулки вернулась Ольга с детьми.

– Что случилось? Почему у всех поникшие лица? – поинтересовалась жена Никона, зайдя к нам.

– Я тебе потом расскажу.

Начался завтрак. Быстрее всех с порцией разделался Марк, так как он торопился в путь. Он время от времени поглядывал на остальных, а когда ему предлагали добавку, он отказывался. После трапезы все мужчины, включая юного Сашу, вышли на улицу разбираться с локомобилем. Марк и техник снова начали спорить. Их вариант решения проблемы, который они чертили на бумажном листе до завтрака, оказался невыполним на практике. С машиной мы возились около часа, и, наконец, какое‑то временное решение было найдено:

– Ездить будет, но недолго. Советую обратиться на завод изготовителя. Пусть там мастера осмотрят.

– Понятно.

Разведя огонь в котле, мы продолжили разговор о локомобильной технике. Саша ходил вокруг машины, то и дело прислоняя ладонь к какому‑то элементу – трактовать это можно было как: «Что это такое?» Следом за ним ходили и мы, ведя между собой разговор, – и каждый время от времени отвечал на «вопрос» Саши.

Тем временем из гаража был выведен резервный автомобиль Николая, и Саша мелкими шажками, вразвалочку направился к нему. Машина была крайне проста – как сказал техник, «там десять деталей, четыре из которых – колеса, ломаться там нечему».

Марк время от времени проверял на манометре давление пара, и, когда нужное значение было достигнуто, мы начали прощаться. Он обещал отзвониться Николаю, когда приедет. Я же поблагодарил его за помощь. Он посмотрел на меня суровым взглядом, но потом, улыбнувшись, ответил: «Ничего страшного. Обращайся в любое время». Машина начала движение задним ходом к воротам. Николай подал знак привратнику – и тот поспешил открыть. Развернувшись на небольшом пятачке за участком, силуэт черной машины Марка пропал за поворотом в тени деревьев.

Весь оставшийся день я провел в компании Николая. К вечеру он предложил давно ставшее традицией дело – сыграть бильярдную партию, и вот уже через десять минут после такого предложения из стойки мы взяли два кия. В ней оставалось еще два, а в углу стоял еще один, готовый к партии в любой момент. Именно этим кием всегда играл Кивец. Партия началась без слов, и только катание шаров и наши шаги не давали наступить полной тишине.

– Ты помнишь, как всё началось? – спросил Никон, сделав удар кием.

– Да…

 

Глава IV

 

Наверное, с этого и надо было начать? Вся эта история берет свое начало в небольшой комнатушке, находившейся в углу более крупной. Раньше в этом небольшом помещении, которое было, скорее, переговорной, на перерывах собирались руководители отделов дирижаблестроительного предприятия. Когда все, кто были старше нас по должности, покинули предприятие (кроме директоров), и комната стала пустовать, я, Хикс, Кивец и Николай приспособили ее под себя, сделав нерабочим кабинетом. К тому времени я уже занимал должность главного инженера, а мои друзья были руководителями отделов. Была сделана перестановка, притащена приглянувшаяся нам мебель: стол, стулья, шкафы, доска, диван (это был диван из офицерской каюты какого‑то «Императора». Его достал Хикс, но как он ухитрился это сделать, – он интригующе утаил), шкафы, стеллажи… Увы, пока мы не успели прорубить заложенное ранее кем‑то окно… Потом в нашей компании появился Оливер (о нем скажу чуть ниже). Мы быстро находили общий язык при решении каких‑либо рабочих моментов, сообща принимали решения о том, как поступить в той или иной ситуации. Слово каждого в этой компании ценилось. На работе мы были коллеги, а за ее пределами – старые друзья, помогающие едва ли не безвозмездно друг другу в трудных ситуациях.

Полутора годами ранее:

– И последним из эллингов вышел… Этот… Как его?.. Я снова забыл!

– «Смотрящий За Край», – протяжно ответил я, не отвлекаясь от читаемой книги.

– Точно! «Смотрящий За Край»… – проговаривал Хикс, чирикая название корабля под нарисованным до этого его силуэтом.

На небольшой доске были нарисованы силуэты всех дирижаблей класса «Император» и подписаны их названия. На этой доске уже никто ничего давно не писал, так почему бы хоть на результаты наших совместных трудов иной раз не взглянуть?

Хикс. Я давно обещал про него рассказать. Хикс – мой однокурсник, коллега и давний друг. Всегда хорошо одет, всегда отлично подстрижен, всегда готов биться за свои идеи до конца и всегда мыслит на несколько шагов вперед, поэтому ему не было равных в шахматах, шашках… Хотя и в азартных играх у него не обходилось без удачи, но именно там она вся и оставалась… Ему вечно не везло с женщинами! Хикс был весьма вспыльчив, его было легко вывести из себя, и видеть его дерущимся где‑то за углом или на заднем дворе университета было нередкое явление. Как‑то раз нам двоим поручили задание: набрать учебного материала для какой‑то из лекций. Мы быстро сработались и с тех пор работали вместе. После учебы сперва я, потом он устроились в УБВК.

– Ты что, не спал?

– Да‑а‑а… Снова со своей разругался.

– Что на этот раз?

– Бытовуха. Бытовуха, которая вылилась в проблемы взаимоотношений. Какой я плохой и все дела…

– Господа! Новое задание УБВК! – вломившись в кабинет, отрапортовал Николай.

– Так‑так, и что же от нас управление хочет теперь? – оторвавшись от книги, спросил я.

– А на сей раз оно хочет супердирижабль!