Первая империя

– Не так давно случай был. Аки хотел уйти ночью на озеро. Он не один шел, там много кого было. Последний курс его университета на следующий день забирало УБВК на службу, и вот они решили повеселиться последний раз. В непринужденной обстановке выпить, костры пожечь, просто поговорить, ты знаешь… И вот, Аки приходит ко мне и говорит, что ночью собрался с ними. То есть ночью, на озеро, с алкоголем, с людьми старше него, которых я не знаю, на озеро, на котором я ни разу не был! Естественно, я сказал «нет», но этот мелкий проныра всё же сбежал. Я ему кричал вслед с балкона, что ему несдобровать, когда он вернется, но хорошо, что рядом была Софи, которая объяснила, что в этом нет ничего такого страшного… На озере они, как и хотели, жгли костры, играли на гитарах, пели… Кто‑то купался. Аки, понятно, был с Лией. И вот с озера донеслось «Тону!» Аки и еще пара человек рванули к воде, но один, пока бежал, споткнулся о корягу, упал, подвернув ногу, второй плыл за Аки, но повернул назад из‑за холодной воды! Аки быстро добрался до утопающего, подобрал его и поплыл с ним к берегу. И вот, как знать, что было бы, если бы Аки там не оказалось?..

– А ведь в какой‑то из мультивселенных, если они существуют, исход получился драматический.

– Да уж… А у вас с Марией как дела? Сколь я помню, вы детей хотели?

– Да. Были такие идеи. Да и сейчас ничего не поменялось! Она опасается за здоровье. Двадцати трех лет ждет.

Мы продолжали наш разговор, а тем временем дорога шла в гору. На середине пути я заметил легкий дымок, выходящий откуда‑то из‑под капота локомобиля. Я сразу понял, что это какая‑то неисправность, и сказал Марку. Тот, выпрямившись в сиденье, присмотрелся и тоже заметил дым, который уже перерастал в клубы. Быстро остановив машину на обочине дороги, он выскочил наружу и открыл крышку капота. Я проследовал за ним и осторожно поинтересовался, в чем дело.

– Уплотнитель расплавился – паропровод отошел, – ответил он, сняв толстые перчатки и бросив их на какой‑то подкапотный элемент.

– И что теперь?

– Надо пар стравливать. Потом ремонтировать. Такое бывает, ничего серьезного… В багажнике есть железный ящичек, сходи за ним.

Быстро разобравшись, как открыть дверь багажника, я нашел там нужный железный ящик. Он оказался тяжелее, чем выглядел. Я подал его Марку, он поставил его на дорогу и достал из него что‑то вроде кусачек и кусочек небольшого резинового шланга – уплотнителя. «Отлично», – загадочно произнес он и, скомандовав «отойди», надев перчатки, повернул как‑то вентиль. Из пробитого паропровода начал, шипя, выходить столб белого пара. Дождавшись, пока весь горячий воздух выйдет из паромагистрали, Марк быстро поставил кусочек нового уплотнителя на место испорченного и насадил на него паропровод – путем забивания небольшим молотком.

– Думаю, доехать туда‑отборно мне хватит, – глядя на свою работу, отметил он. – Потом надо будет заехать на СЗЛТ, чтоб мастера отремонтировали. А сейчас… Сейчас надо толкать машину вон до того гидранта, заправить бак, подкинуть дров и ждать, пока образуется нужное количество и давление пара. Идем же!

До гидранта было что‑то вроде ста или чуть более метров. Упершись в силовой каркас, каждый со своей стороны, мы принялись толкать локомобиль. Под колесами захрустели камни.

«Гидрант» – обобщенное название. На самом деле это небольшой выделенный участок возле дороги, где, помимо, собственно, колонки с водой, имелась небольшая поленница и пара топоров. Это были общественные места, где каждый водитель водителю помощник: если у кого‑то что‑то, как в нашем случае, ломалось, то тут всегда можно было остановиться и отремонтировать машину, заправить бак водой или подкинуть дров в топку. Однако, в свою очередь, негласно, надо было сделать что‑то взамен, скажем, отремонтировать дровницу или нарубить крупные поленья на более мелкие. Иногда здесь появляются машины дорожных служб и пополняют запасы поленьев, меняют сломавшиеся топоры (если водители их не успели заменить), ремонтируют гидрант, если тот того требует…

Марк взял заготовленную кем‑то щепу и начал разводить огонь в топке. Кода пламя окрепло, мой друг забросил пару более крупных деревяшек, после чего попросил меня залить воду в бак, а сам в это время взялся за топор…

– Я как‑то раз, – начал он, – когда едва научился водить первый локомобиль, договорился с одногруппником, что приеду к нему на некоторое время погостить. И вот вечером я выехал, а посреди дороги у меня кончилась вода в баке – я забыл ее залить. Вышел на дорогу, уже спустилась ночь, было холодно, и я быстро замерз и задрожал. Но, взяв себя в руки, я осмотрелся: через поле, что было возле дороги, стояла деревня. Делать нечего, и я пошел за помощью. Ночью. Через поле. Один. Дошел, объяснился, и какой‑то местный паренек взял пару ведер, и мы направились к колодцу. Заполнив ведра, мы уже собрались пойти обратно, к машине, но юноша забежал в дом и вышел с винтовкой наперевес. «Приехал», – подумал я. Он рассмеялся, но тут же умолк, когда откуда‑то со стороны поля завыло какое‑то существо. Волк? Волки так не воют. Вой похож, но нет. Паренек сказал, что мне очень повезло, что хозяин этого рева на меня глаз не положил или он был сыт. Вот тогда‑то меня затрясло по‑настоящему. Уже не от холода. Кое‑как, озираясь на каждый шорох, мы добрались до локомобиля, быстро заправили, а парнишка, попросил довезти его до деревни. Конечно, я согласился! Быть может, это была своеобразная шутка, а может, и нет. Слишком уж много в этой истории деталей, которые я так и не смог сам себе объяснить. Уверен, что в этом мире есть то, что мы объяснить не можем.

Когда он замолк, я рефлекторно окинул взглядом раскинувшиеся возле дороги поля. Не верить моему старому другу было очень сложно. Он был совершенно серьезным человеком, зачастую не понимал даже самые простые шутки – и вдруг он рассказывает эту историю!

Марк поставил топор возле поленницы, и мы уже вот‑вот собирались поехать дальше, но я заметил в небе черную точку, быстро приближавшуюся к нам.

– Чего ты? – поинтересовался Марк.

– Гляди, кто летит, – указал я на «Смотрящего За Край», силуэт которого сразу признал по паре отличительных особенностей.

– А, «Смотрящий»? На другой фронт перелетает? – уточнил Марк, уперев руки в бока.

– Совершенно верно… Едем?

– Да, давление уже поднялось… Что еще?

– Оказывается, где‑то есть небо, не затянутое тучами? – спросил я, посмотрев на оставшиеся внизу столичные дома.

– Слушай, романтик, поехали уже!

Оставшаяся часть пути прошла без проблем и происшествий. Спустя час езды локомобиль съехал на грунтовую дорогу и, поднимая за собой осевшую пыль, медленно продвигался к видневшемуся на холме двухэтажному зданию. Подъехав к воротам, Марк дважды нажал на клаксон, и откуда‑то появился привратник, странно покосившись на нас. Мой приятель приоткрыл окно и скомандовал, чтоб тот открывал, но получил отказ, обоснованный тем, что ему не было известно о нашем визите. Зная характер и поведение Марка, я был уверен, что он тут же бы вышел из транспортного средства и крепкими словами прояснил ситуацию. Сделать он это не успел – открылась парадная дверь дома, и оттуда в домашней одежде выскочил Николай, подняв руку и велев дать нам ход на участок. Локомобиль медленно начал движение, а Марк неодобрительным взглядом окинул привратника, лицо которого тут же сделалось виноватым.

 

Глава III