Полицейский

– У себя.

Бахтин прошел в кабинет Филиппова. Начальник сыскной полиции сидел за столом и разглядывал разложенные перед ним золотые монеты.

– Александр Петрович, посмотри, какие умельцы у нас объявились.

Бахтин взял империал, поглядел, даже на зуб попробовал, поставил на ребро. Потом чиркнул монетой по стене.

– Золото, убей меня Бог, золото.

– Ты смотри дальше‑то, на лупу.

Бахтин начал внимательно разглядывать монету и увидел, что буквы, идущие по кругу, чуть разного наклона. Но совсем чуть‑чуть.

– Кто же «монетный двор» открыл?

– Не знаю. А золото‑то пробы самой низкой. По первым признакам вроде империал, а на самом деле чистая туфта.

– Это кто‑то, я думаю, ворованное золото переплавляет, а может, и песочек приисковый мешает с чем‑то.

– Я одну монету специалистам‑металлургам отдал, – Филиппов сгреб монету в ящик стола, – они точный ответ дадут, как это жиганьё свое дело наладило. Ну, что у тебя?

Бахтин рассказал о беседе с Фроловым, о сегодняшней встрече.

– Так. – Филиппов закурил толстую папиросу. Он курил крепкий табак, запах которого был едок, как скипидар.

– Вот, значит, кто к нам пожаловал. Залетные из теплых краев. Что‑то начинают они Питер‑то скупать. Тебе небось Ирина‑то говорила, что театр их «Буфф», и варьете, и все кинотеатры на Невском покупает некто Рубин.

– А кто он такой?

– Да фукс темный. Но богатый. Его дела Усов ведет.

– Усов тоже человек со вторым донышком, как контрабандный бидон.

– Но это пусть у градоначальника голова болит да у Городской управы. Наше дело разбойников ловить. Да ты, никак, мне что‑то сказать хочешь?

Бахтин вынул из кармана бумажник и браунинг и положил на стол начальника. Тот вынул карточку охранного отделения и присвистнул.

– Где взял‑то?

– На Вяземском подворье. Федоровы ребята, видать, его глушанули.

– А как филер туда попал? – Искренне удивился Филиппов. – Там же политиков отродясь не было. Или сам шел в банчок перекинуться?

– Говорят, что меня пас.

– Тебя? Да ты, никак, в социалисты подался? Может, в заграницах этих сочинения господина Маркса читал?

– К сожалению, не читал.

– То‑то и оно. А я попробовал, да не осилил. Уснул. Видать, не по нашему разумению сочинения те. Ну что голову‑то ломать? Напиши подробный рапорт, да и отправим в Охранное их имущество.

– А может, лучше Белецкому.

– А что, это мысль. – Филиппов засмеялся. Он представил себе на секунду лицо директора Департамента полиции.

Ровно в три в дверь постучали. Бахтин повернул ключ. На пороге стоял Фролов.

– Заходи.

Фролов вошел, огляделся. Обычный номер в гостинице средней руки, в таких обычно любят останавливаться коммивояжеры и небогатые купчики. Бронзовая лампа в виде голой девки, держащей абажур, потертая плюшевая мебель, тяжелые шторы на окнах.

– Садись, Петр Емельянович. – Бахтин открыл шкаф, достал бокалы и бутылку ликера.

– Днем‑то не по‑людски вроде, – опасливо покосился на рюмки Фролов.

– А мы по одной, ты меня ромом, а я тебя ликером угощаю. Они пригубили по рюмке. Фролов поставил свою.

– Справил я это дело.

– Хвались.

– Пришел ко мне Красавчик. Я ему сказал, что согласен, мол, но сумму меньшую назвал. Он засмеялся, говорит, мол, главное – договоренность, а о деньгах и поторговаться можно. На том и порешили. Я ему своего извозчика подставил. Так он довез Красавчика на Суворовский проспект в седьмой номер. Там доходный дом Старкова Елисея Ильича. Зашел Красавчик в пятую квартиру на втором этаже. В ней проживает мадам Холопова Анна Семеновна. Дама красивая, образа жизни широкого и легкого. Ее в игорных домах хорошо знают.

– Он, что же, живет там или просто заходит?

– Отношения у них. Частенько его дружки ее посещают. Трое. Дворник сказал, что молодые, хорошо одетые господа. Почти каждый день мотор вызывают с Гончарной. Там таксомоторная фирма «Фортуна». Ну и едут или в «Медведь», или в «Виллу‑Родэ».

– Ясно. Спасибо, Петр Емельянович.

Бахтин достал сторублевку, положил перед Фроловым.

– Значит, расписочку написать надо? – спросил тот.

– Обязательно.

– А без нее нельзя?

– Порядок такой. Пиши, что обязуешься сотрудничать с нами, такую‑то сумму получил и псевдоним твой будет Макаров.

Фролов написал, протянул бумажку Бахтину.

– А для меня какая польза‑то будет?

– Живи как жил, только помни, что раз в неделю мы встречаться будем. Вот тебе мои номера телефонов: 32, 43‑880 это в присутствие, а дома 36. Если что срочное, звони.

 

Полковник Еремин вошел в кабинет Белецкого и сразу же увидел браунинг на столе директора департамента.

– Полковник, получите вещи вашего сотрудника. Занесло его в Вяземское подворье. Кстати, как он?

– Сильный удар по голове. Находится пока в больнице.

– Способный филер?

– Один из лучших.

– Жаль, можем потерять ценного сотрудника. Вещи его и оружие изъял у громил надворный советник Бахтин, так что можете поблагодарить его.

– Непременно.

– Кстати, полковник, это что, случайное совпадение или вы посадили за Бахтиным хвост?

– Чистая случайность.

– Я так и думал. Я вас не задерживаю.

Еремин ушел. А Белецкий захохотал, он смеялся долго до слез, вспоминая каменную рожу полковника. Потом вызвал секретаря.