Полюбить злодея

Сначала показалось, что педагог на этом остановится и отпустит меня. Но он начал задавать дополнительные вопросы. А я почему‑то на них не могла ответить, хотя вопросы были по реферату, тему которого я изучила очень хорошо.

И если первая часть моего ответа прошла неплохо, то вторая – это бесконечные «не знаю». Стыдно до жути.

– Думаю, недели вам хватит для подготовки к пересдаче, – холодным тоном произнёс профессор, – ограничимся архетипом Тени.

Нет! Он что, специально? Я больше всего «плаваю» в этой теме. Завалить – пара пустяков. Здесь и со второго раза не сдать. Я ушла, чуть не плача.

Позже выяснилось, что из нашей группы никто не сдал.

 

Я с Лилией сидела в столовой, Чернава к нам не подсаживалась. Зато пришёл Ираклий:

– Чего такие грустные? – вечно улыбающийся маг одним своим видом мог поднять настроение.

Но не в этот раз.

– Завалили теорию и историю магии, – убитым голосом ответила я.

– Слышал про вашего зверя. Хорошо, что он у нас ничего не преподаёт.

– А у вас другие предметы? – поинтересовалась я.

– Разумеется: боевая магия, защитная, магия стихий, ритуальная магия, шаманская…

– У нас тоже было бы интересно, если б не теория с историей. Чего только не проходим…

Да, изучать защитные и наступательные тонкие воздействия круто. Мы же это вскользь проходим и то, в качестве теории. Сдали реферат и забыли.

Пролетела самая страшная неделя моей жизни. Об архетипе Тени я уже знала столько, сколько, наверное, никто не знал. Измучилась невозможно как: ложилась поздно, вставала рано, ела на ходу. Зато результат был достигнут: к пересдаче готова.

– Может, хватит? – переживал папа, – ну, не сдашь и не сдашь. Мы же за оценки не ругаем.

– Вы не ругаете, а из универа отчисляют. Уж я‑то точно вылечу.

 

В день пересдачи все хотели идти последними, но группу распределили по времени, и последняя оказалась почему‑то я. Нет! Ещё и мучиться в ожидании… Этого я выдержать уже не могла, поэтому после первой пары, её никто не отменял, пошла в столовую подкрепиться, а потом в библиотеку.

Наконец, дождалась своего часа.

– Разрешите войти? – тихонечко постучала и приоткрыла дверь.

Валериан Викторович кивнул и жестом пригласил усаживаться на злополучный стул, сидя на котором я в первый раз завалила зачёт.

Профессор перекладывал какие‑то бумажки на своём столе:

– У вас архетип Тени. Рассказывайте.

Ого! И как он это помнит?

Только я открыла рот, как вошла декан:

– Валериан Викторович, прошу прощения, непредвиденная ситуация: очень необходима большая аудитория. У вас тут пересдача? Может, вы перейдёте в свой кабинет?

– Разумеется, – профессор направился к выходу, а я поплелась за ним.

Мы поднялись на этаж выше. Кабинет был небольшой, но содержал всё необходимое: книги, какие‑то колбочки с отваром, стол и стул.

– Присаживайтесь, – учительским тоном произнёс Валериан Викторович, указывая на единственный стул.

– Как, а вы? – растерялась я.

– Может, вы всё же будете ко мне прислушиваться? – холодно произнёс профессор.

Да, поспорить я люблю. Но не с преподавателями же. Просто мне показалось странным: я сижу, а он будет стоять во время моего ответа.

Я присела за рабочее место Валериана Викторовича, положив среди книг и свой доклад об архетипе Тени. Профессор Ледяной взял его, мельком просмотрел и отдал обратно:

– Я вас слушаю.

В моём положении не смотреть на педагога было удобнее, но я всё равно чувствовала на себе его пристальный взгляд. Тем не менее, это не помешало рассказать всё, что я знала по теме. Что я, зря готовилась? Однако и в этот раз Валериан Викторович умудрился задать вопрос, на который я мямлила, мямлила, и в итоге не нашла ответа.

Не может быть! Неужели опять пересдача? Сколько же раз? Вот точно зверь, а не педагог.

Я посмотрела на профессора, он ухмылялся. Мне показалось, он прочёл мои мысли. Стало стыдно. Да, он точно умеет читать мысли. Или нет? Ведь далеко не все педагоги универа владеют этим умением.

– Вы можете идти. Зачёт я поставлю, – эти слова очень удивили и, в то же время, несказанно обрадовали.

Вылетев из кабинета, побежала домой – ни секунды больше тут.

 

Я вернулась домой, родители уже пришли с работы.

– Ты что так поздно? – обеспокоенно спросила мама.

– Ну, как, наша умница всё сдала? – вышел с кухни папа, жуя бутерброд с колбасой.

– Ваша умница всё сдала, – радостно подплясывала я в коридоре, – теперь хочу есть и спать.

 

С этого момента учиться стало гораздо проще, по крайней мере, без сюрпризов.

Профессор Ледяной при сдаче курсовой ещё раз помотал всем нервы, но мы этого и ожидали. Я чуть было не пошла на повторную пересдачу, однако в последний момент он смилостивился и произнёс:

– В следующий раз готовьтесь лучше.

Да он что, издевается? Лучше меня вообще никто не готовится. Я старалась, правда. Но меня всё равно заваливали, будто бы специально. Да, постоянство тоже неплохо. Удивительно, что ещё не отчислили. Было бы обидно… из‑за какой‑то там теории и истории магии.

 

На втором году у нас добавилась магия символов. И тут оказалось не всё так просто. Не повлияло даже то, что профессорша, Шанайра Давидовна Кэлэрдайн, была очень милой женщиной. Она вечно приходила на пары в излюбленной фиолетовой мантии с капюшоном, очках с роговой оправой и пучком на голове.

Если сами символы выучить было несложно, то передавать адресату информацию, сосредоточенную в них, у меня пока не получалось.

– Не переживай, девочка, – твердила мне Шанайра Давидовна, – у тебя ещё четыре года практики впереди.

А на безмятежные отношения Зоремира и Лилии в это время в прямом смысле надвигалась чёрная буря:

– Знаешь, что, братик? – Чернава ворвалась в комнату Зоремира, – кто‑то обещал мне в мужья Ведомира Смородского.