Прощай, корона одиночества!

– Размазня да и только, – подумала она.

– Жениться Андрюше надо, – вздохнула его мать. – На хорошей девушке. Сейчас непросто такую найти. Вот я и решила помочь. Присмотрела одну хорошую девушку, – она выжидательно посмотрела на Снежану. – Выйдешь за Андрея?

От неожиданности Снежа поперхнулась.

– Я же его совсем не знаю!

– А чего его узнавать, он у меня хороший мальчик. Это я тебе как мать говорю. Вот поженитесь, тогда и поближе узнаешь. Выходи, не пожалеешь! Все будет хорошо, тебе осталось только полюбить моего сына!

– Мне нужно подумать, – ответила Снежа, понимая, что если она сейчас откажется, то может оказаться за дверью.

– Подумай, подумай, – кивнула мать Андрея, радостно думая, что свадьба не за горами. А чего девчонке делать? Деваться‑то некуда!

По мнению Снежаны Андрей был чересчур изнеженный и избалованный.

– Андрюша, иди кушать! – ежедневно раздавалось в квартире.

Это Клавдия Аркадьевна старалась угодить сыну, наготавливая всякие вкусности. Она часами не отходила от плиты и таскала из продуктового магазина огромные сумки. А ее сын, великовозрастный мальчик, и пальцем не пошевелил, чтобы хоть как‑то помочь матери по хозяйству. При этом деньги зарабатывала Клавдия Аркадьевна, а Андрюша полностью сидел у нее на шее. Ну, конечно! Он же большой талант! Творческая натура! Ему все помогать должны!

Но тонкой творческой натуры Андрея Снеже не дано было понять. Вспомнить только, как приходилось ходить на цыпочках, когда Андрей писал свои картины.

– Тихо! Мальчик работает! – Клавдия Аркадьевна постоянно одергивала Снежану.

Снежа недоумевала. Чем Андрею мешает то, что она стирает? Оказалось, мешает! Мешает звук льющейся воды! И шелест страниц реферата тоже. И звук ложки, размешивающей суп. И сам запах супа. Все мешает! В такие дни Снежа старалась лишний раз не высовываться из своей комнаты. Благо рисовал свои ужасные картины Андрей нечасто. Гораздо чаще он валялся на диване перед телевизором или сидел за компьютером, тупо уставившись в экран.

– У меня творческий кризис, – хныкал он и ждал, когда мать пожалеет и посочувствует.

Так у Снежи возникла новая забота – избавиться от нежеланного жениха.

– Ты мне тоже не нравишься! – откровенно сказал Андрей, когда она поведала о разговоре с его матерью. – Посмотри на себя – кожа да кости. А я пухленьких люблю. Но жениться мне и вправду надо. Мать совсем запилила. Могу и на тебе. А чего? Раз матери понравилась – женюсь! Вообще вы бабы – странные существа. Чем младше, тем больше замуж хотите. Хочешь замуж? – спросишь 16‑летнюю девчонку. Хочу! – отвечает она. А баба чуть постарше уже что‑то гнет из себя. Футы‑нуты. Вот ты – чего из себя строишь? Обычная кладовщица!

– Ты готов на мне жениться, зная, что я тебя не люблю?

– Готов, если мама так хочет.

– А тебе не противно?

– Что противного?

– Ведь не маме твоей с женой жить, а тебе.

– И чего? Моя мама – святой человек. Она мне добра желает. И я готов ей угодить. Самая сильная любовь – это любовь матери к сыну. И я ее люблю. Поэтому я готов пойти на любые ее условия. Лишь бы ей было хорошо.

– Ты просто по настоящему никогда не влюблялся и поэтому так рассуждаешь. Вот полюбишь, тогда посмотрим.

– Все это глупости. Любовь‑морковь и все такое. Мое сердце всегда будет принадлежать одной только маме. Только она меня по‑настоящему понимает, ценит и любит.

Снежа поняла, что от этого маменького сыночка помощи не дождешься.

– Что же мне делать? – поделилась Снежа своей проблемой с Анжелой‑продавщицей.

– Прорвемся! – заверила та.

И действительно помогла. Анжела нашла женщину с ребенком, которая была совсем не прочь выйти замуж.

– Хоть за черта! – так выразилась она.

Женщину звали Катя. Ей было около сорока. Была она миловидная и пухленькая, как раз во вкусе Андрея. И ей были нужны постоянная прописка и жилье.

– А как же любовь? – недоумевала Снежана.

– Была любовь, да сплыла! – резонно ответила Катя. – Был у меня муж‑турок. Звали его Бурхан. Переводиться как «король ураганов». Метко сказано. Бурхан и пронесся по моей жизни ураганом. Я с ним в Турции на отдыхе познакомилась. Видный мужчина. Жгучий брюнет с пышными усами. Ухаживал красиво, нечета нашим. За мной в молодости редко мужчины ухаживали. Может потому, что я сильно комплексовала из‑за своей полноты. А Бурхан понял мою проблему и все в шутку обратил. Сказал, мол, лишь та женщина прекрасна, которой нужно боком поворачиваться, чтобы в дверной проем пройти. Он был со мной ласков и внимателен. Цветы дарил, подарки покупал, в рестораны водил. И я влюбилась. В ту пору я в Москве жила, квартира от родителей осталась. Работа у меня была хорошая, перспективы. Но все‑таки дома – рутина, комплекс неполноценности и одиночество. А на курорте – море, солнце, пальмы, романтика и, конечно же, любовь. Бурхан – шикарный мужчина. Мы с ним гуляли в обнимку по берегу моря, прыгали с разбега на волны, любовались закатами. А что он в спальне вытворял! Ни в сказке сказать, ни пером описать. И я решилась. Продала квартиру, и рванула к любимому в Стамбул. Приехала в чужую страну, не зная ни культуры, ни языка. Все свои сбережения Бурхану отдала, дурочка наивная. Так его любила, прям до дрожи. И он поначалу был нежен и заботлив. Мы расписались, сын родился. Но после этого мужа, как подменили. Я оказалась полностью в его подчинении. Он превратил меня в прислугу и секс рабыню. Стал поднимать руку за малейшую провинность. Заставлял обращаться к нему: «Мой господин! Я твоя раба!» и кланяться постоянно. Первое время я терпела и прощала. Старалась во всем ему угодить. Но чем больше я старалась, тем меньше он это ценил. Жизнь стала невыносима. И я сбежала, чудом забрав сына. Все мужу оставила. Лишь бы отстал. Но он еще долго преследовал нас. Хотел забрать сына. А меня угрожал зарезать. Верю, что Бурхан мог меня зарезать. А что? Он горячий и смелый. В Москву я побоялась вернуться. И решила затеряться в глубинке. Так оказалась в Сибири без прописки и крыши над головой. Раньше про таких наивных дурочек, как я, лишь в газетах читала. А потом сама вляпалась по самые уши!

– Ничего себе! Любовный роман с восточной изюминкой! – подивились Снежа с Анжелой.

– Мало не покажется, – вздохнула Катя. – А жить дальше надо. Ребенок подрастает, ему отец нужен. И для себя еще пожить хочется. И чем Андрей плох? Из этого маменькиного сынка может выйти отличный подкаблучник. Он послушный мальчик, хотя, конечно, ленив и самолюбив. Но если его правильно выдрессировать, то получится хозяйственный и исполнительный муж. С мужчиной поработать надо, а не готовеньким на блюдце ожидать. Наш мужик – как исходный материал, бери и лепи, что хочешь. Что посеешь, то и пожнешь! Это вам не восточный принц. А вы молодки зажрались, вам не поймешь кого надо. Есть рядом мужик – и ладно. И этим будь довольна. А если мужик еще и с трехкомнатной квартирой, то, считай, вообще крупно повезло. Почему вы это не понимаете, дурехи? Забыли, в какой стране живете?

Но Снежа решительно не могла понять Катю. А потому испугавшись, как бы та не передумала, пообещала заплатить за услугу, если все получиться. Катя хохотнула, сказав, что без сомнения у нее получиться окрутить маменькина сыночка, но от денег не отказалась. И вскоре Снежана подстроила Кате встречу с Андреем.