Провокатор

Сеанс черной магии с последующим разоблачением я счел удавшимся, даже слишком – все время, пока я держал спич, Наташа не сводила с меня глаз.

Закруглить я попытался пассажем про молодой американский империализм, про «Доктрину Монро», согласно которой САСШ намерены заправлять всеми делами в Латинской Америке и что они непременно будут к этому стремиться.

– И как, по вашему мнению, они этого добьются? – раздался вопрос от двери, откуда, пока мы толкали речи, незаметно вышел сам хозяин.

Генерал‑лейтенанту Белевскому было под шестьдесят, был он невысок, широкогруд, с хорошим русским лицом и густой бородой – переодень в армяк, ни за что не отличишь от крестьянина центральных губерний. По его появлении возникла суета, знакомые поспешили засвидетельствовать почтение, незнакомые вроде меня были представлены, но через несколько минут вихрь затих и все вернулись на свои места, уступив генералу одно из кресел. В этой суматохе Михаил успел мне шепнуть, что Семен Аркадьевич сейчас ведает одним из отделов в Главном штабе и вообще интересуется «вестями с полей».

– Так как же Североамериканские Штаты намерены устанавливать свою гегемонию на континенте, мистер Скаммо?

– Методы проверенные – подкуп правителей, если они готовы продаться, или устройство переворотов, если не готовы. По необходимости применение военной силы, от посылки канонерок до полномасштабной войны.

Общие слова генерал‑лейтенанта не устроили, и он затребовал конкретики:

– С кем же? С Канадским доминионом прекрасные отношения, с Мексикой последние сорок лет тоже все спокойно, Испания Америке не враг…

– Вот как раз с Испанией, и в самое ближайшее время.

– Это довольно оригинальное суждение, на чем же оно основывается?

– В первую очередь на экономических интересах, – начал я курс политэкономии. – Страна вышла к Тихому океану и обустраивается на его берегах, ведет экспансию, как уже было сказано, в Латинскую Америку и развивает торговлю в Азии. Оттого жизненно важна стала достройка Панамского канала. Но для прочного владения каналом требуется контроль над Карибским бассейном, а для торговли в Азии – опорная база у ее берегов. И война с Испанией позволяет убить этих двух зайцев разом, отняв Кубу, Филиппины и, может быть, Пуэрто‑Рико.

Белевский хмыкнул в усы и повернулся к сопровождавшему его капитану, с моей точки зрения идеально подходящему под определение «гвардейский хлыщ» – затянутый, прилизанный, в щегольских сапогах и мундире из дорогого сукна. Повинуясь кивку генерала в мою сторону, офицер представился собранию как барон Зальца 3‑й и немедленно кинулся в бой, тем более что ему явно не понравились взгляды Наташи в мою сторону.

– Полагаю, что вы ошибаетесь, мистер Скаммо. Во‑первых, у Америки недостаточная армия для войны с европейским государством такого масштаба, всего несколько десятков тысяч штыков. Во‑вторых, на Кубе и на Филиппинах имеются крупные армейские силы, которые Испания сосредоточила там для борьбы с инсургентами, – барон излагал методично и четко, вероятно, он был из корпуса офицеров Генерального штаба. – В‑третьих, у Америки нет и вряд ли будет повод для нападения на Испанию, а сама Испания никогда не нападет на Америку. В‑четвертых, если Соединенные Штаты совершат неспровоцированное нападение, это вызовет возмущение европейских держав, и Америка окажется в положении изгоя.

– Все это верно с позиции европейской военной мысли, однако должен отметить, что отношение к боевым действиям в Штатах несколько иное. Там воюют за деньги, если так можно выразиться, в любом конфликте Америка преследует свой финансовый интерес. И сейчас этот интерес высок как никогда. Если вы прочтете американские газеты за последние полгода, то легко увидите, что обвинения в адрес Испании нарастают и что за это же время армия увеличена с тридцати до ста тысяч человек. На мой взгляд, это несомненный признак близкой войны – зачем тратить деньги казны на федеральную армию, если не воевать?

– Это какой‑то торгашеский подход! – возмутился фон Зальца.

– Именно. Знаете, есть злая поговорка: «Чтобы договориться с американцем, надо договориться с его кошельком».

– Но у Испании все равно больше сил, сейчас в колониях свыше 150 тысяч штыков.

– Да, но у них устаревшее оснащение и, что гораздо важнее, крайне уязвимое снабжение, испанский флот слаб, а у американцев много новых современных кораблей. Так что первая часть войны будет морская – блокада, разгром испанского флота и только потом высадка десантов. А помянутые инсургенты будут только рады помочь американцам – впрочем, они и сейчас получают оружие и снаряжение от Америки.

– А как же casus belli? Я уверен, Испания его не даст, и это обесценивает все ваши построения!

– Если гора не идет к Магомету… – я сделал легкую паузу, – значит, Америка создаст этот повод. На кону стоят миллионы долларов, американские денежные мешки не замедлят заказать и оплатить любую провокацию.

– Знаете ли, это совсем из ряда вон! – картинно воскликнул фон Зальца.

Честно сказать, я уже сам пожалел о том, что влез в спор, но отступать было поздно, поэтому пришлось гнуть свою линию до конца.

– Да, таковы реалии, американские миллионеры, если не сами разбойники с большой дороги, то сыновья или внуки таковых.

– Ну… если вы так уверены, хотите пари? – барон галантно поклонился. – Я предлагаю…

– Победителю достанется мой поцелуй! – внезапно перебила его вспыхнувшая Наташа.

Публика ахнула, Белевский‑старший каким‑то образом обратил это в шутку, а я настолько обомлел, что повелся. Мы хлопнули по рукам в присутствии арбитров – Семена Аркадьевича и того самого инженера‑путейца.

– Смотрите, не подведите! – не упустил поддеть меня капитан, – Значит, в ближайшее время?

Вот чего я полез, а? Вроде в 1898 году, вроде где‑то весной, но точно я не помню… да и бог весть как тут идут события, сам‑то я наворотить не успел, но мой перенос вполне мог быть частью какой‑нибудь большой встряски. Ладно, двум смертям не бывать.

– В пределах трех‑четырех месяцев. Сперва морская фаза, потом сухопутная, потом оккупация. Ну а позже можно ожидать очередной революции в Колумбии с установлением проамериканского режима или, того проще, провозглашения независимости Панамы от Колумбии. Мелкое государство будет нуждаться в защите, и тут добрый дядя Сэм, исключительно из‑за приверженности идеалам свободы и демократии, поможет маленьким, а взамен попросит какую‑нибудь мелочь, вроде бессрочного пользования зоной будущего канала.

 

* * *

До Спасской заставы я доехал на конке, а дальше по сложившейся привычке решил пройтись пешком. До Симоновой слободы, где меня ждали несколько дел, было километра три, полчаса скорым шагом.