[RE]волюция. Акт 1

На последнем слове Делмар и Одлаф округлили глаза, и первый тот час же схватился за рацию. Не самый очевидный ответ, но вероятный, учитывая, как плохо изучена природа эмоформов, одаренных, чья сила заключается в материализации эмоций. Оставив на товарищей попытки достучаться до нужных лиц, Бин помчался к пожарной лестнице, запримеченной на противоположной от закутка стороне улицы.

***

Палатем стоял на краю крыши, глядя вниз, а именно на людей, некогда ещё живых, поверженных наземь невесть кем или чем. Лишь немногим повезло спастись. На вороте рубашки мужчины темнели багровые брызги – последствие казни Эрсола, который по удачному стечению обстоятельств оказался в нужном месте и в нужное время. Ценою своей головы тот выиграл время, и вся компания благополучно переместилась на крышу.

– Ты больше не плачешь. Полагаю, мне больше нет нужды беспокоиться? – Палатем повернулся к Китэ.

– С Вами я ничего не боюсь, – отозвался мальчик, крепко прижимая книгу и устало улыбаясь. – Хозяин, Вы бы смогли одолеть его?

– Я не всесилен. Посмотри вниз, – Палатем указал на дорогу, мальчик осторожно выглянул вперед, – Столица не встречала демонов около тридцати лет, её народ жил спокойно, даже не представляя, что такое может повториться вновь. Магическое искусство всё дальше от настоящего, и потому встреча с древним прошлым и вовсе оказалась непосильной для людей.

– Но Вы все равно сильнее других, – тихо проговорил Китэ, прижавшись к мужчине, – Разве нет?

– Нельзя недооценивать человека только за одну неудачу. Прийти к мудрости можно лишь путем проб и ошибок – к прозрению нет прямых дорог.

Позади послышался глубокий вдох. Палатем повернул голову вполоборота – пришедший на помощь Эрсола, наконец, открыл глаза. Молодой человек провел ладонью по пышным светло‑каштановым волосам и осмотрелся. Опираясь на выступающую в полу крышку люка, он выпрямился в полный рост, отряхнул замызганный кровью костюм и подошёл к мужчине. Бранд, сидевший на соседнем люке, поднялся следом.

– С очередным возвращением, – приветствует Палатем.

Эрсола потер шею. Нащупав справа незажившую до конца рану, парень с любопытством осмотрел свои липкие от крови пальцы.

– Я вампир, но воскрешать все‑таки чертовски неприятно, – непринужденно заключает он, растирая жидкость между фалангами. – Раз регенерация ещё в процессе, мне что, отсекли голову?

Китэ прижался к Палатему, стараясь не смотреть на окровавленного Эрсола (еще эти розово‑перламутровые радужки). Остановившийся в развитии на семнадцатом году жизни, молодой человек стоял над ним, как ни в чем не бывало. После зрелища на дороге, Китэ куда спокойнее реагировал на кровь и вскрытую плоть, но, так или иначе, привыкнуть к такому получится явно не сразу (лучше вообще не привыкать). Сочетание приторной сладости с вроде знакомыми нотками одеколона, исходившее от вампира, теребило детский нюх, вынуждая утыкаться носом в родное на ароматы пальто хозяина.

– Ты как раз был мне нужен, – сказал Палатем.

– С контактом возникли накладки – ближайшая электростанция каким‑то образом попала под раздачу. Впервые я наткнулся на демона где‑то час назад, в двадцать пятом районе, неподалеку от полицейского участка. Ух, – Эрсола присвистнул, – той части нехило досталось. Потом демон исчез, как вспышка, – изо рта вырвался звук, имитирующий взрыв. – А уже спустя минут двадцать объявился там, – парень указал на мост внизу, соединяющий два соседних района и находившийся не так далеко от переулка с баром, – Правда, об этом я узнал от какого‑то полицейского, принявшего сигнал по рации. Радиовышке, видать, повезло больше. Собственно, вот я и здесь.

– Очень кстати, – босс бросил взгляд на шею вампира.

– Бестиарий полон всяких тварей, но кто он такой… – Эрсола покачал головой, – Я слышал, ищейки называли его «объектом уровня А». Судя по всему, за дело взялись еще и военные, раз демон угодил под статус сверхважного объекта.

– Неудивительно, – подает голос Бранд. – Но Министерство, наверняка, поторопится засекретить информацию, чтобы расследовать всё тщательнее прежде, чем обнародовать факты. Хотя пресса не упустит возможности пустить парочку версий. Босс, что будем делать? Мы вроде как сошлись на мысли, что демон не связан с появлением чужака, однако вести поиск изменника сейчас… Лавтис и Эки – их нужно похоронить и кто знает, сколько своих мы еще потеряли за этот вечер.

– Лавтис и Эки погибли? Боже… Requiesce in pace⁴, – произнёс не без сожаления вампир, молитвенно касаясь указательным и средним пальцем губ, затем лба. – А чужак? Полагаю, это человек, с которым должен был прийти Канги?

– Он самый, – ответил хозяин.

– Канги привел наёмника, чтобы убить Вас?

– От части, – лукаво отозвался Бранд. – Ему нужен был Китэ, но сам же знаешь, чем оборачиваются попытки его забрать. Сейчас он там, где полагается.

– На пути в Ад, – почти пропел Палатем.

Китэ взбудоражило ужасающее название:

– Это плохое слово, – прошептал мальчик Палатему. – Вы же знаете.

– Оно сулит несчастье грешникам, а ты свят более, чем кто‑либо на этой нечестивой земле, – мужчина обнадеживающе улыбнулся.

– Хозяин, чужак – это тот большой человек, который приходил в бар? Зачем я ему? У него настолько черная душа, что он сам решил отправиться туда, ну, – Китэ замялся, – в Ад? – уже шепотом.

– Каждый волен сам избирать свой путь. А ты ему… это уже не важно.

– Так, что за изменник? – поинтересовался Эрсола, возвращая Палатема к основной теме разговора.

– В семье завелся предатель, причем неплохо осведомленный о… – Бранд прервался, бросив короткий взгляд на Китэ, – том, что знать не следует.

Эрсола кратко кивнул, уловив намек.

– Мне заняться его поиском? – спросил вампир. – С кого начать?

Беседа прервалась – у люка, где некогда сидел Бранд, показался Бернт, материализовавшись из облака ярко‑красных кристалликов праны. С ним был и Канги с совсем свежими порезами, алеющими на губах и щеках, и трещиной на красном стеклышке очков.

– Чего ещё? – возмутился охотник, харкнув кровью на землю. – Я думал, мы всё уладили!

– Я был вынужден применить соответствующие меры, – уведомляет Бернт, поясняя неблаговидный облик заложника.

Палатем бережно отстранил от себя Китэ, шепнув тому «Попробуй посчитать звезды», затем подошел неспешно к Канги. Тем временем братья‑подручные молча сменили позиции – теперь за спиной охотника встал Бранд, Бернт же отошел к мальчику – Канги заметно побледнел, вжимая голову в острые плечи, словно готовясь к очередной встряске.

– Встречался с нашим звероподобным пришельцем? – спрашивает Палатем.

– А? – удивился охотник. – Ты ж сам его грохнул!