Руатарон. Проклятие зеркал

Ноги подкашивались, и в глазах темнело от большой кровопотери. Она помнила, что жгут нельзя долго держать. Но сколько по времени, не помнила. Может, час или два, а то и меньше, учитывая холод в лабиринте.

– Прелестно, просто прелестно, – с иронией прошептала Лис.

Монстр позади неё махнул хвостом и тысячи осколков взлетели, формируя зеркальный силуэт. И мгновения не прошло, как неизвестное существо предстало перед ней.

– Добро пожаловать, Беллатрис, в мой мир, – гнусаво произнёс он, будто голос шёл из‑под земли.

– Кто ты?

– Я тот, кто был, есть и всегда будет.

– Это не ответ.

– Я твоё проклятие, – он засмеялся, и пол под ногами задрожал.

Силуэт распался, и зеркальный лабиринт пришёл в движение, смыкая стены. Лис запаниковала, стараясь вырваться из ловушки. Но все пути спасения были перекрыты. С каждой секундой расстояние сокращалось вдвое, зеркала превращались в тиски.

– Какого чёрта ты делаешь?! – заорала Лис, с силой отодвигая от себя стены.

Давление умножилось, и она прижалась спиной к зеркалу, упёршись ногами в противоположную поверхность, едва удерживая натиск лабиринта. И за миг до того, как её силы иссякли, вдруг всё остановилось, точно ей померещилось. Стены возвратились на свои места, а Лис больно ударилась о пол.

Она осмотрелась, не веря глазам. Зеркальный лабиринт вернул своё прежнее обличие, и, казалось, не таил в себе угроз. Даже китообразное чудовище исчезло вместе с осколками и силуэтом, желающим её смерти.

– Что за игру ты ведёшь? И кто ты, легриф бы тебя разодрал?!

Тишина поглотила всё пространство, словно хозяин лабиринта передумал с ней играть. Боль в руке нестерпимо обжигала. И Лис не могла списать произошедшее на фантазии уставшего мозга. Кто бы это ни был, он что‑то задумал и точно знал, как достичь желаемого.

Чертовски неприятный факт, когда у врага все козыри на руках.

Зеркальные стены снова ожили, став мягче морской волны. Послышался шёпот океана, и Лис невольно отпрыгнула в центр коридора. Что‑то надвигалось. Неизбежно и свирепо. Оно было голодно и желало лишь одного… По полу прошла дрожь и, оглянувшись, девушка увидела, как стены с яростью сливаются, превращая белые брызги в туман.

Не успев осознать происходящее, Лис побежала в противоположном направлении. Под ногами хлюпала вода, и окружающие стены неспешно сужали коридор. Кое‑как проскочив развилку и нырнув в правый туннель, ей удалось вернуться в зеркальный лабиринт.

Шум волн стих, и даже шаги стали беззвучны. Многочисленные отражения тоже изменились и смотрели на неё с любопытством.

– Что тебе нужно?! – закричала она.

В ответ было лишь эхо, разбегающееся по лабиринту. Силуэт затаился. Лис чувствовала слежку и знала – он вернётся.

Замерев, она осмотрелась. Зеркальный коридор тянулся без развилок и поворотов, и складывалось впечатление, будто ему не было конца. Всё пространство от пола и до потолка вибрировало, меняло оттенки от небесного и до тёмно‑синего. Всё окружение мерцало подобно водной глади на солнце, и Лис невольно ощущала себя в безопасности. Однако и в этом чудесном пейзаже чувствовалась фальшь. Тревога вновь наполнила её сердце, и девушка внимательнее пригляделась к своим голубоватым копиям, мирно смотрящим на неё в ответ. Несколько долгих секунд они стояли без движений, пока одна из них плотоядно не улыбнулась. У Лис перехватило дыхание, и дрожь прошлась по венам. Кое‑как взяв себя в руки, ей удалось в последний момент отскочить назад, чтобы тень не сцапала её.

Это было ошибкой. Через мгновение она почувствовала, как ледяные руки вцепились в плечо, шею, бедро. Лис вскрикнула, пытаясь вырваться, но тени лишь глубже вонзили когти, а затем потянули за собой в стену. Под покрывалом зеркальной поверхности царил безбрежный океан. Холодное прикосновение воды подействовало ободряюще и девушка, собрав остаток сил, начала брыкаться похлеще бешеной кошки. Ничего не помогало и, обессилев, ей захотелось расплакаться и закричать.

Лис стало тошно от собственной беспомощности.

Арнес бы никогда не сдался и Миро тоже, – с горечью подумала она.

При воспоминании о мудром коте сердце больно ёкнуло, и перед глазами воскрес бой. Маленькая тень напротив огромного волка. Свет и мрак. Небывалая сила и позорный вопль. Враг убегает прочь, а Миро торжественно выпячивает грудь. Если он смог победить всепоглощающую тьму, то почему она не способна спасти себя?

Сердце забилось сильнее, и жар полился по артериям в солнечное сплетение. Энергия струилась и согревала всё тело. Как никогда Лис ощутила в себе силу Рероли и была готова рискнуть, позволив интуиции вести её. Не задумываясь, она вытянула левую руку и прикоснулась к плечу копии. Тень отстранилась, выпустив добычу. Её вытаращенные глаза налились кровью, и крик боли поглотила вода. В следующий миг девушке удалось обжечь ещё двоих. Другие копии ощерились, и, казалось, зашипели, но Лис не обратила на них внимания.

Она задыхалась. В глазах темнело, и каждое движение едва преодолевало сопротивление воды. Спасительный коридор был близко настолько, что можно было дотянуться рукой. Но время остановилось, надсмехаясь над тщетными попытками. Лабиринт не приближался и силуэт, вновь восставший из осколков, смотрел на неё.

– Смирись с неизбежным, Беллатрис. Мне нужна твоя смерть.

Как же ей хотелось плюнуть ему в лицо и накричать, выплеснуть всю ненависть, переполняющую грудь. Он был так близко! И при этом непреодолимо далеко. Лис мысленно взревела, и в ней проснулся хищник. Неведомая до этого момента энергия запульсировала по венам. Одним рывком она разрушила барьер зеркального лабиринта и оказалась лицом к лицу с хозяином всех бед. Всё тело горело, придавая сил, и злость, пробудившаяся в ней, окрепла, точно расправила крылья. Ещё тяжело дыша, она ощутила, как что‑то горячее легло на плечи, и руки охватил огонь. Ногти заострились и превратились в когти, а хрупкие запястья в мощные лапы.