Саниэлла. Обещанная тьме

– Ну что, кустик, проверим этот состав? – тихо обращаюсь к растению. И, мысленно вознеся молитву, начинаю опрыскивать куст.

Спустя минуту, когда листья хворьки ярко‑красной приобретают ядовито‑желтый цвет, испуганно икаю и в страхе оглядываюсь по сторонам.

Я, конечно, обладаю уникальной разрушительной силой, но магистра Фьер боюсь так же, как и остальные.

Причем магистр Фьер единственный магистр, который до сих пор вызывает во мне разумное опасение на грани страха.

– Саниэлла! Что ты сделала? – словно из‑под земли за моей спиной появляется магистр Фьер и, узрев, что я сделала с бедным кустом, решительно отодвигает меня в сторону. – Боги, да ты только уничтожать и способна, – окатив меня гневным взглядом, от которого я ежусь, говорит магистр. А затем ласково обращается к пострадавшему кусту: – Потерпи, маленький, я сейчас все исправлю.

Быстро смешав нужные порошки с водой, магистр Фьер опрыскивает растение, которое прямо на моих глазах оживает, приобретая свой естественный окрас.

Ура, куст спасен. Значит, я буду жить.

– Ты чем слушала, когда я объясняла, что хворька очень привередливое растение и опрыскивать его можно только одним составом? Одним, Холтэн. Не могла запомнить всего один состав? – убедившись, что драгоценный куст в безопасности, магистр Фьер, повернувшись ко мне, начинает воспитательную работу.

Вот если бы требовалось запомнить всего один состав, я бы запомнила! Да только один состав – это для хворьки, а для других растений? Их, этих полезных составов, не меньше ста. Как все запомнить?!

Если бы я знала, что на практическом занятии мне попадется куст хворьки, то да, именно этот, нужный состав, я бы выучила. А так… я вспомнить не смогла.

Поэтому сейчас вместо оправданий просто покаянно произношу:

– Простите, магистр Фьер.

– У хворьки прощения проси. Это её ты чуть не погубила. Чтобы к следующему занятию написала мне подробный реферат по уходу за хворькой ярко‑красной.

– Напишу, магистр, – даже не думая спорить, покладисто отвечаю.

Бросив последний взгляд на бодрый и довольный жизнью куст, магистр направляется проверять других студентов, тем самым давая мне возможность расслабленно выдохнуть.

Можно сказать, пронесло. Обычно магистр Фьер долго и поучительно нудно отчитывает провинившихся.

Так как делать мне больше нечего, всю работу за меня выполнила магистр Фьер, решаю понаблюдать за трудящимися одногруппниками.

Всегда приятно смотреть, как страдают… точнее, трудятся другие.

Мой взгляд сам находит Килана и останавливается на нём.

Темному ведьмаку досталось капризное растение под названием «игольчатая физалия».

Один из подходящих составов для этого растения легко всплывает в моей голове. Всё‑таки к занятию я готовилась, хоть и не выучила все.

А вот Килан, судя по хмуро‑сосредоточенному лицу, нужных составов не знал.

Поддавшись порыву, убедившись, что магистр занята пересадкой асмирского дерева, крадусь к ведьмаку.

– Смешай шимирский порошок с вытяжкой из гуалы и добавь пару капель бархийского масла. Тщательно все перемешай и раствори в горной воде. После чего можешь опрыскивать физалию, – подсказываю ведьмаку.

– Уверена, что это правильный состав? – с сомнением поглядывая на меня, потом на физалию и снова на меня, спрашивает Килан. Его даже не удивляет, что я решилась ему помочь.

Собираюсь оскорбиться за недоверие, но, вспомнив, что только что по моей вине чуть не погиб куст хворьки, передумываю.

Вместо этого говорю:

– Состав точный. Я его знаю.

– Для чего он? – все еще сомневается ведьмак.

И винить его сложно. Случись что с физалией, влетит ему.

– Этот состав поможет физалии вырабатывать яд на иголках. Также улучшит насыщение кислородом. В общем, одна польза. Делай давай.

Глянув на меня и убедившись, что я уходить не собираюсь, Килан начинает готовить состав. Когда он заканчивает, нерешительно замирает, крепко сжимая распрыскиватель в руке.

– Если я убью физалию, наказание будешь отрабатывать со мной, – тихо шепчет мне ведьмак.

– Не трусь, все с твоим растением будет нормально. Опрыскивай давай.

Решившись, парень распыляет полученный раствор на растение.

Задерживаем дыхание мы, не сговариваясь одновременно. С ожиданием смотрим на растение.

Вот игольчатая физалия поднимает лепесточки, и вся влага тут же втягивается внутрь.

Хороший знак.

– Вроде все хорошо, – не отрывая глаз от физалии, облегченно выдыхает Килан.

– Ага, – соглашаюсь с ним и, заметив, как опасно задрожали ядовитые иголки, хмурюсь.

Это еще что такое?

Последующие за дрожанием события происходят так быстро, что я еле успеваю утащить Килана под стол.

Если бы не моя реакция, мы на собственном опыте узнали бы, как действует яд игольчатой физалии.

– Какого… Это еще что такое?.. – изумленно спрашивает у меня ведьмак, глядя на воткнутые в стены зеленые иглы.

– Может, физалии не понравился составчик? – делаю предположение.

– Наоборот, студентка Холтэн, физалия состав оценила. Поэтому и подарила вам несколько драгоценных иголочек, – раздается над нашими головами голос магистра Фьер.

Вот как у нее получается так бесшумно появляться? И, главное, всегда вовремя.

Ей не магистром нужно работать, а наемницей. От заказов отбоя не было бы.

Обреченно переглянувшись, выбираемся с ведьмаком из укрытия.

– Если это такая благодарность, то лучше бы не благодарила. Мы ведь могли пострадать… – бурчит под нос Килан, и мне приходится толкнуть его в бок, чтобы замолчал.

– Если бы вы, студент Вилс, потрудились внимательнее изучить информацию по игольчатой физалии, то знали бы, чего следует ожидать, – бережно вытаскивая иголки из стены, говорит магистр. – За состав ставлю вам твёрдую пятерку, – добавляет она. Но не успевает Килан расплыться в улыбке, как следует наказание: – А за незнание, в каких случаях физалия сбрасывает иголки – реферат. Всё ясно?

– Да, магистр… – посмурнев лицом, отзывается ведьмак.

– Что ж, товарищ по несчастью, увидимся в библиотеке, – стоит магистру удалится к своему столу, я тоже спешу попрощаться с одногруппником и вернуться на место.