Саниэлла. Обещанная тьме

– Тогда вам нужно быть изобретательней. Пока ваши ловушки не впечатляют. И кроме скуки, ничего не вызывают, – бью по больному. Мне хорошо известно, что за время нашего «детского» противостояния парни в процессе создания и усовершенствования ловушек перерыли всю библиотеку. Более того, их создание дается им с такой легкостью, что все трое автоматом получают высший балл по ним.

Вот уже который год мы устраиваем с этой тройкой ловушки друг для друга. Это стало что‑то вроде традиции. Вся школа с азартом и неиссякаемым любопытством следит за нами.

И пока по очкам с огромным отрывом лидирую я.

Решив на этом завершить привычную пикировку, одарив всех троих ядовитой улыбочкой, ухожу по своим делам.

Точнее, отправляюсь на тренировку.

И даже на произнесенные с восхищением и легкой досадой слова Кайла: «Вот же стерва», – никак не реагирую.

Благодарить за комплименты я не привыкла.

 

****

Войдя в кабинет ректора, привычно забираюсь в широкое кресло с ногами. И только после этого всем видом показываю, что готова к диалогу. А то, что диалог будет, догадаться не сложно. Не просто так ведь он вызвал меня.

– Как твои дела? – со скрытой улыбкой наблюдая за мной, спрашивает наставник, сидя за широким столом, на котором небольшими стопочками лежат папки с документами.

– Досье на новеньких? – любопытствую, пропуская мимо ушей вопрос.

– Личные дела на каждого студента по обмену.

– Есть интересные экземпляры?

– Каждый из прибывших интересен по‑своему. Тебе ведь известно, что по обмену учиться отправляют лучших и самых одаренных.

– За исключением меня, – когда собирали группу от школы темных искусств, моя кандидатура даже не рассматривалась. А ведь я отлично учусь. Несправедливо. Как почти всё в моей жизни.

– Ты знаешь почему, – откинувшись на спинку кресла, спокойно отвечает ректор Штейн.

– Знаю, – да только все равно в глубине души обидно. Я тоже хотела бы поучиться в других магических учреждениях. Но и это мне недоступно.

К чему иметь огромную силу, из‑за которой я ограничена практически во всем?

Будь моя воля, предпочла бы быть средним магом. У тех и то больше возможностей и свободы.

– Ты так и не ответила. Как твои дела? – напоминает о своем вопросе наставник.

Приходится перестать мысленно сокрушаться на доставшуюся мне судьбу, чтобы ответить.

– Отлично. Магия под контролем. Веду себя тихо и незаметно, – скучающим тоном отчитываюсь.

И тут же, вспомнив о сегодняшнем инциденте с участием оборотня, попавшего в мою ловушку, еле заметно морщусь.

Вот же невезенье… Надеюсь, он не из тех, кто любит жаловаться. Иначе мне достанется от наставника.

– Сани, о твоей силе не должны узнать… – мгновенно подбираясь, словно почувствовав, что я успела начудить, произносит ректор.

– Я понимаю.

– Уверена, что понимаешь? – буравя меня серьезным взглядом, спрашивает глава школы темных искусств. И смотрит так пронзительно, требовательно, что я проникаюсь.

– Да, наставник. Я всё понимаю. Если о моей силе станет известно, меня попытаются устранить.

– Именно. Тогда ни я, ни Раф не сможем тебя защитить. Поэтому я прошу тебя еще раз. Старайся не пересекаться со студентами по обмену. Держись от них подальше.

«Да я с радостью, только и им не забудьте сказать держаться от меня подальше», – мысленно бурчу.

– Хорошо, – прикрыв глаза, устало отвечаю вслух. – Буду изо всех сил избегать чужаков.

Сегодняшняя тренировка выдалась непростой. Держать магию под контролем отчего‑то было сложнее обычного. Так что я выдохлась. И до кабинета наставника доползла на чистом упрямстве, коего у меня с избытком.

– Как там… отец? – спустя время, чувствуя, что могу уснуть в любой момент, спрашиваю.

– Он занят. Его отряд отправился на границу с проклятыми землями. Как вернется, обещал тебя навестить.

Снова проклятые земли… Почему именно его отряд отправляют в самые опасные места?! В последнее время они туда зачастили.

– Рафаэль сильный маг, Сани. С ним все будет хорошо, – словно зная, о чем я думаю и что меня тревожит, успокаивающе произносит ректор Штейн.

– Каким бы сильным он ни был, это не гарантия его безопасности, – говорю, о чем не раз думала. Мой отец сильный маг, но не всемогущий.

– Такова его работа. Он не может отказаться.

– Знаю. Поэтому и ненавижу его работу, – вновь прикрывая глаза, тихо бурчу.

Какое‑то время я просто сижу в кресле с закрытыми глазами, а наставник занимается работой. Шелест бумаги, скрип от пера и царящее умиротворение усыпляют.

Сама не замечаю, как глубоко засыпаю.

 

Глава 3

Рикстан Деброк

Захлопнув за спиной дверь комнаты, которую делю со своим другом, шумно выдыхаю. Сжимаю и разжимаю кулаки, пытаясь успокоить внутреннего зверя.

Тваркова* школа темных искусств!

– Ты чего такой злющий? – не скрыв удивления, спрашивает Люк, только что вышедший из душа. – Что‑то случилось?

– Попался в ловушку, – хмуро отвечаю другу, и именно в этот момент иллюзия, наведенная темной магичкой, исчезает.

Узрев, в каком виде находится один из сильнейших оборотней‑выпускников, Люк закашливается. Его лицо вытягивается от изумления. А потом, не в силах сдержаться, он начинает ржать.

– Ничего смешного, – раздраженно бросаю, открывая шкаф.

– Смешно. Очень, – не соглашается друг, продолжая давиться смехом.

Не выдержав глумления, хватаю первую попавшуюся под руку вещь и швыряю ею в наглого и совсем потерявшего страх лучшего друга.

– Только попробуй кому‑нибудь рассказать. Убью, – угрожаю на полном серьезе.

– Буду молчать, – утирая выступившие слезы, клянется Люк. – Но не забуду. Увидеть тебя в таком виде – незабываемое зрелище.

– Заканчивай давай, – уже куда спокойнее говорю. Знаю, что Люк не из тех, кто станет сплетничать за спиной.