Соперница демона. Заколдованная леди

Саманта вздрогнула, услышав имя. Не от Люцифера ли оно образовано? Если есть женская версия его имени, то, наверное, да. В этом случае, Люцифериной можно назвать лишь королеву ада. Смотря, на бесплодное поле, Саманта готова была поверить, что ад находится прямо под ним. Лучше отсюда убираться. А то вдруг земля разверзнется прямо сейчас?

– Стой, куда ты? – запищало крохотное существо, выбравшееся из норки под шестом. – А монетку нам не пожертвуешь за советы чучела?

– Но ведь советы мне дало оно, а не вы. Кстати, сколько вас таких на этом поле?

– Нас тут адская прорва, и если мы не сделаем вид, что утратили бдительность, то не одно местное чучело с тобой не заговорит.

– Я от этого немного потеряю.

– Стой, я раскрою тебе один секрет! Если посеять монетку на этом поле, то из нее вырастет монетное дерево.

Саманте захотелось это проверить. Одна монетка у нее в кармане нашлась. Она вложила ее в когти странного существа. То подскочило от радости. Наверное, сейчас его слова окажутся обманом, и оно воровато убежит, но существо действительно бросило монету на землю. Монетка тотчас прошла сквозь землю, будто семечко, брошенное в ямку. Земля дрогнула, а феи насторожились.

Под ногами Саманты раздался мощный толчок, и трещинки побежали о почве. Сейчас из земли вылезет великан и всех передавит? Вместо этого появился черный росток. Он потянулся вверх и вырос в деревце.

– Но оно без монет! – Саманта решила, что ее обдурили. Вдруг на ветках сейчас вырастут драконьи зубы? Однако раздался тихий звон, и черные ветки покрылись золотыми монетками. Саманта не стала удивляться, а нарвала столько, сколько могла. Даже если по пути монеты обратятся в комья земли или листики, она хотя бы попыталась разбогатеть.

Затем на дерево налетели феи.

– Стойте! Воровки! – вопил обитатель поля, но феи ободрали всё деревце и улетели. На черных ветках осталась сиять лишь одна монетка.

– Наверное, я должна с тобой поделиться, – решила Саманта. Она поднесла существу передник, в который сложила монеты, но оно отмахнулось. Почему оно такое гордое? Неужели в ее руках монетам передалась проказа или бессмертное существо боится, что земная девушка может заразить его смертностью?

Через миг снова раздался звон, и деревце опять дало золотые плоды, то есть монетки. Вот в чем дело! Оно неистощимо. Житель полей не хотел делиться золотом только с феями. Очевидно, эти нахалки давно облетали поле в поисках легкой наживы.

Существо запрыгнуло на верхушку деревца и начало обдирать с него монетки, а Саманта поспешила назад в карету. Передник, полный монет, она сняла и связала его концы в узел, а узел спрятала под сиденьем. Теперь у нее есть средства на крайний случай. Спасибо черным полям и их обитателям!

 

Платья от феи

 

Саманта приехала в Ивилор на закате. Хоть стражники, дежурившие у входа во дворец, ее пропустили, придворные дамы подняли ее на смех.

Такого поворота дел и следовало ожидать. Светские львицы увидели растрепанную Саманту, восседавшую на козлах и неумело державшую вожжи в руках. Сплетни стали громкими, как хор. Деревенщина приехала в экипаже, которым управляла сама, да еще и напевала по дороге.

– До всего же людям есть дело! – пробурчала Саманта, спрыгивая с козел.

Хорошо, что молодой конюх, подбежавший к ней, оказался вежливым. Он увел коней, чтобы накормить и вычистить. Саманта мстительно подумала, что теперь в королевских конюшнях хоть кто‑то намучается с непокорными скакунами не меньше, чем она.

– Смотри, какой у нее удивленный вид! Наверняка, она собиралась увести лошадей вместо стойла ночевать к себе в спальню, – ехидно смеялась одна дама, прикрывавшаяся веером. Саманта сделала вид, что ее не слышит. Не ввязываться же ей в споры с целой толпой. С одной дамой еще можно было бы поспорить, но с большинством, естественно, проиграешь.

– А мне бы не хватало в Ивилоре личного ручного беса, чтобы запустить его на всю эту склочную и ядовитую компанию, – бурчала Саманта себе под нос, когда слышала очередные ехидные комментарии. – Кроме беса этих ехидин никто не усмирит!

Она ошиблась! Все ехидины мигом замолчали при виде короля, который как раз вышел на прогулку. Дамы, будто по команде, присели в реверансах. Мужчины низко кланялись. Лишь Саманта стояла столбом. Король оказался таким молодым и таким красивым, что у нее задрожали коленки. Сделать реверанс она не смогла. Благо, что юный король Серпин не обратил на бестактность никакого внимания. Он нашептывал что‑то странной зверушке, которая сидела у него на плече. Кажется, это мартышка. Но разве бывают мартышки угольно‑черного цвета? Наверное, это какая‑то особая порода с тропических островов, где солнце такое знойное, что у местных жителей становится черной и кожа, и шерсть. Саманта остановилась на таком предположении, потому что обезьянка ее не слишком волновала. Главным, на что стоило посмотреть, был сам король. У него были изящные черты лица, золотистые брови и ресницы, голубые глаза и светлые кудри, кончики которых вились, достигая воротника. Одет король Серпин был роскошно, но небрежно. Дорогой бархатный камзол был распахнут на шее, корона чуть съехала на лоб, а на плечах ткань была порвана, будто чьи‑то когти по ней прошлись. Тем не менее, король был самым симпатичным парнем, какого Саманта когда‑либо видела.

Проходя мимо нее, Серпин глянул на ее порванное платье и вместо того, чтобы выказать пренебрежение, вдруг ей подмигнул.

Тут же с плеча короля раздалось недовольное фырканье. Кажется, мартышка его величества чем‑то недовольна. Король Серпин так быстро прошел в сад, что Саманта не успела разглядеть зверька. Кажется, король спешил отнести его в апельсиновую рощу, где зверек сможет полакомиться фруктами.

Едва король скрылся из вида, как придворные сплетницы снова начали перемывать косточки Саманте:

– Взгляните, как неряшливо она одета!

– У нее дурной вкус!

– А какое старомодное платье! Еще моя бабушка носила такой фасон.

Саманта демонстративно задрала подбородок и с гордым видом прошла мимо сплетниц. Пусть они и дальше упражняются в злословии. Вероятно, однажды вывернут себе языки. Конечно, нехорошо желать людям дурного, но если люди сами дурные…

Дворецкий проводил Саманту в ее покои. По его поведению и замечаниям девушка составила мнение, что ее тут не особо ждали и покои ей отвели далеко не лучшие, но ее и это устраивало. Она так устала с дороги, что смогла бы выспаться и в сарае. Был бы лишь стог сена, а тут есть даже мягкая кровать с пуховой периной. Как ни как, это королевский дворец! Тут всё роскошное! Вот только люди здесь злые! Натравить бы беса на них на всех! Жаль, что она не сумела договориться с ним тогда на дороге о взаимовыгодном сотрудничестве. А теперь назад уже не повернешь.