SWRRF. 20?? (воспоминания из будущего). Кн. 6. Часть 1

Но всё это время ты должен был быть готов к их появлению, должен был максимально внимателен, собран, сконцентрирован. Ты находился в колоссальном напряжении. Стандартное дежурство длилось два с половиной часа: три «захода» в Центр контроля по полчаса с получасовыми перерывами. В этом режиме ты работал пару месяцев, а потом получал двухмесячный «отпуск»…

Когда же ты выступал в роли «настройщика», тоже требовались и терпение, и выдержка. Вначале тебе приходилось «как дитю малому» разжёвывать «элементарные вещи». А когда обучаемая система переходила из детского в подростковый возраст, начинала конструировать свои алгоритмы, создавать свои модели и сценарии, то приходилось бороться с «подростковыми синдромами» безаппеляционности, бескомпромиссности, склонностью упрощать проблемы и их решения… Бороться с этим лучше было тем же способом, что с обычными, человеческими, подростками: в целом, контролировать ситуацию, но «отойти в сторону», пока обучаемая система сама на начнёт вырубаться, зависать, наткнувшись на «стоп‑точку» или «красную линию»…

И в любой ситуации ты должен был быть предельно корректен и доброжелателен, потому что, даже, те системы начального интеллектуального уровня, как быстро выяснилось, очень легко перенимали стиль общения. Во все эти системы, их нейроинтерфейсы в качестве основного обучающего «механизма» включались подсистемы «нейронных сетей», моделирующие работы «зеркальных нейронов». Эти системы, как и люди, быстрее схватывали всякие отрицательные качества: агрессивность, грубость, самоуверенность… А надо было выстраивать с ними позитивную систему взаимодействий…

Все эти проблемы стали намного сложнее, когда перешли к созданию по‑настоящему автономных систем, которые должны были работать в многофакторных, динамически меняющихся условиях, на непредсказуемо меняющихся сценах действий, с неопределённым кругом объектов, с неопределёнными моделями их поведения, к созданию многоуровневых и многоагентных робототехнических комплексов, в которых каждый робот способен и к индивидуальному выполнению задач, и к групповому взаимодействию с другими роботами, и к взаимодействию «на равных» с людьми… самостоятельно строить процессы сенсомоторной координации в условиях высокой степени неопределенности окружающего мира, адекватно реагируя на его изменения…

Первые попытки создания таких полностью автономных, миварных, систем, которые стали предприниматься ещё с начала двадцатых, ожидаемого эффекта быстро не принесли. Требовались более глубокое обучение и отладка таких систем… Да и ещё оставалось много нерешённых технологических проблем. Компактная, но при этом достаточно мощная «безкремневая электроника» только стала появляться. Были проблемы с защищённостью систем связи, по которым проходил обмен данными между роботами. Источники питания ещё не обеспечивали достаточно длительный срок автономности…

Ко времени, о котором идёт речь, такие вполне надёжные полностью автономные комплексы удалось создать для транспортных систем, систем доставки товаров…

Интеллектуальные системы управления фуры‑автопилота, автономного железнодорожного транспортного модуля, транспортных автономных дронов, благодаря конструкторам алгоритмов, построения межсетевого взаимодействия, создания временных локальных сетей между устройствами, позволявших синхронизировать работу друг с другом, легко «договаривались» с автоматизированными погрузочно‑разгрузочными комплексами, те, в свою очередь, – с системами дронов и ботов доставки, а те – с домашними системами получения‑отгрузки «последнего метра», или с системами загрузки товаров магазинов‑автопилотов, систем приёмки товаров и загрузки автоматизированных стеллажей магазинов и торговых комплексов… И, само собой, с системами управления аэропортов, автомобильных и железных дорог, системами управления движения населённых пунктов…

В целом, в «технологически развитых регионах» сложилась глобальная интеллектуальная система управление перемещения товаров и людей, на которую когда‑то замахивался МонстрПрограммирования. Только она была не централизованной, контролируемой «одним хозяином», а системой взаимодействия автономных транспортных и вспомогательных комплексов. В этой системе легко просчитывались перемещения на любые мыслимые расстояния, с любым мыслимым числом посредствующих звеньев на любое мыслимую в пределах человеческой жизни (и даже, за её пределами) время…

Успешность быстрого создания автономных транспортных систем во многом определялась тем, что при в их создании широко использовались «наработки военных».

Первыми заказчиками автономных систем, конечно же, были военные. Управляемые и контролируемые операторами боевые дроны и роботы применялись уже давно, ещё с начала двадцатых, хотя и не очень широко из‑за своей тогда ещё не очень большой надёжности и относительной дороговизны. Но надёжных автономных боевых комплексов долго не удавалось создать.

Прежде всего, из‑за тех же проблем с обучаемостью.

С распознаванием образов – целей. Гражданские объекты принимались за военные, а хорошо замаскированные военные – не распознавались.

С причинно‑следственными связями. Штурмовой дрон, например, получив задание уничтожит взлётно‑посадочный комплекс с самолётами и дронами противника, сопровождаемое предписанием не спутать ВПП с проходящей рядом автострадой, которую предполагалось использовать для развития наступления, уничтожал большую часть дронов противника и превращал в груды щебня взлётно‑посадочный комплекс, с которого они взлетали. Но когда сохранившиеся дроны противника садились на находившуюся рядом автостраду вместо уничтоженной ВПП, этот штурмовой дрон переставал их атаковать, потому что это неминуемо привело бы к повреждению автострады… Такой ж штурмовой дрон мог, вдруг, уничтожить «своего» наземного собрата, бота огневой поддержки. Просто потому что тот, выходя на новый огневой рубеж, агрессивно, с точки зрения дрона, развернул своё вооружение и лучом системы обнаружения цели краем зацепил этот дрон. А через мгновение по дрону был нанесён удар. Он удар отражал или от него уворачивался, но, нанеся ответный удар по месту, откуда он был атакован, заодно «мочил» и «свой» наземный бот. Дрон не соображал, что «после этого», не обязательно означает «вследствие этого». Мало что бот опознаётся как «свой», но засветка цели с его стороны была? Была. Может, он «засланные казачок». Лучше «загасить»…

Что уж говорить о не соизмеримых по мощности ударах… Этим‑то и многие бравые вояки‑люди не очень‑то заморачивались…