Таблеточку, Ваше Темнейшество?

Больше подросток со мной не пререкался, не шипел, более того – безропотно помог мне с уборкой, словно так и нужно было. Ная вошла как раз тогда, когда мы привели комнату в относительный порядок.

– Есть готово, – сказала девчушка своим нежным голоском, добавив: – Пойдемте жрать.

Обед проходил на удивление бодро и оживленно. Не в плане поглощения еды, а в плане беседы. Мик, кажется, стал намного лучше ко мне относиться. По крайней мере, я получила развернутые ответы на все свои вопросы без исключения.

Я узнала, где травник брал травы: из‑за магической жилы недалеко от леса произрастало множество растений разных видов. Причем даже те, которым совершенно несвойственно произрастание в таких условиях. Теперь я поняла, почему у травника было столько разнообразного сырья. Мик рассказал, где можно было прикупить спирт и еще чего покрепче, а также про то, что вода, оказывается, частично обеззараживается магией, поэтому из‑за нее невозможно заболеть. Я уже довольно потирала ручки, понимая, что пусть не все, но кое‑что в таких условиях сделать можно. Да и то, что передняя комната раньше использовалась для торговли, порадовало. По словам Ная, если там все прибрать, то вполне можно будет торговать.

– Но придут ли сюда люди? – вздохнула я, отчетливо осознавая, что не являюсь таким же гением маркетинга, как травник.

– Придут, придут. Сначала от любопытства, а потом как работать будешь. В любом случае, Светлейшие – постоянные гости травников. На них всякие штуки действуют намного сильнее, чем на обычных людей, – невнятно пробормотал Мик, пытаясь прожевать огромный кусок булки, который запихал себе в рот.

Я заметила, что Най и Ная вполне успешно копируют его поведение. К счастью, наглости они еще не подхватили, но кто знает, кто знает…

Я поела раньше детей – сравним ли мой аппетит с таковым у растущих организмов? И четко поняла, что во время завтрака кое‑кто поскромничал. Пока все трое моих невольных гостей продолжали есть как хомяки, я обдумывала сложившуюся ситуацию и маленькими глотками пила травяной чай.

Здешних людей не знаю, готовить не умею и навряд ли быстро научусь, тяжести таскать не слишком люблю. Только всякие травяные лекарства могу сделать и продать их – тут мне мои знания ботаники и бухгалтерские книги травника в помощь. Но этого явно недостаточно. Да еще и подготовить помещение для торговли надо. И нынче трое оголодавших ребятишек прибилось. Так почему бы не совместить благородство с некоторой корыстью и хитростью?

– Мик, дело есть, – сказала я, подпирая подбородок ладонью и внимательно глядя на подростка. – Ты же работу ищешь? Думаю, я могу тебе кое‑что предложить, что не потребует слишком больших усилий, но принесет деньги…

– Я не люблю девушек постарше, даже не надейся, – тут же сказал Мик, отчего я подавилась импровизированным чаем, который едва не вышел у меня через нос.

Да, это было более неожиданно, чем мужчина, искавший когда‑то в аптеке вантуз для младенцев. Еще никто на моей памяти так оригинально молокоотсос не называл. Невозмутимое выражение лица мне далось не без труда, но я ответила:

– То есть я могу не надеяться, что ты поможешь мне с подготовкой помещения для торговли, сбором трав и перетаскиванием воды за определенную плату, верно? И все твои слова о том, что ты ищешь достойную оплачиваемую работу, были враньем?

*Инфундирка – сосуд из фарфора (или другого устойчивого материала), который закрывается. Используется для приготовления отваров и настоев из лекарственного растительного сырья.

Глава 6

Мог ли Мик отказаться от подобного предложения? Да ни за что! Его сияющие глаза и довольная улыбка очень четко сказали мне – я получила надежного подчиненного, который будет за работу держаться.

Жизнь в новом мире постепенно налаживалась. Частично благодаря трем моим новым помощникам, двое из которых работали за еду и жилье в самом прямом смысле этого слова. Ная и Най взяли на себя готовку и уборку. Сначала я боялась оставлять их без присмотра – все‑таки дети, но Мик глянул на меня укоризненно, поржал над моей наивностью и подробно перечислил, что умеют эти детки. Скажем так, если бы мы все одновременно попали на необитаемый остров, то Най и Ная выжили бы с куда большей вероятностью, чем я.

Кстати, они оказались не такими маленькими, как я думала. Нае и Наю было по восемь лет, просто они выглядели чуть младше. Почему они выглядели младше, я догадывалась, но не позволяла себе задумываться. Навряд ли выйдет что‑то хорошее, если я начну жалеть их, потому что они где‑то недоедали или жили не в самых хороших условиях.

Я и сама не святая: заботилась о детях не просто так. Можно было даже говорить, какая я нехорошая и эксплуатирую их, но уж больно довольно выглядело трио детишек для эксплуатируемых. Как я поняла по случайно брошенным фразам, детей не раз забирали к себе, но потом отправляли обратно в приют. Мое предложение работы выглядело намного более надежным, чем лицемерная доброта жителей, которые то принимали, то возвращали детей.

Хотя осмелюсь предположить, что надежной я им казалась после того случая, как попыталась приготовить завтрак, разбила кучу посуды, превратила кашу в угли и едва не устроила пожар на кухне. Детишки, которые проспали и которых я постеснялась разбудить, застали меня на кухне, когда я пила чай и ела полусырой хлеб. Ная вчера тесто сделала, я думала, что тут ничего сложного – в форму положить, в печь впихнуть. Только почему‑то он у меня вообще не пропекся.

– Что? – сказала я, когда Ная деловито проверила недопеченный пирог. – Мне нравится сырое тесто.

– Крупу тоже сырой можешь попробовать съесть, – поржал Мик, глядя на угли в котелке, где должна была быть каша. – На твой вкус как раз будет.

– Мик, будь добрее, – укоризненно сказал Най. – Ты не должен так разговаривать с Лерией. Она очень хорошая и надежная.

Какой же милый ребенок этот Най! Знакомы так мало, но он уже понимает, какой я человек. Приятно, что ни скажи.

– И чем же она хорошая и надежная? – фыркнул Мик.

– Тем, что не избавится от нас, потому что иначе сдохнет с голоду с ее способностями к готовке, – невинно похлопал глазами Най. – Где мы еще такую найдем?

Я подавилась сырой булочкой, которую из моей руки тут же вытянула Ная.

– Потерпи чуть‑чуть, я сейчас приготовлю нормальное. Тебе надо было нас разбудить, а не рисковать своей жизнью, – совершенно серьезно сказала малышка.

Вот уж кто был истинным ангелочком. Если бы не употреблял слова, подхваченные у Мика, который нередко сквернословил. Ну, не все сразу. Даже месяца не прошло, а я хочу, чтобы дети, работающие у меня, стали примером для подражания? Так быстро даже разрекламированные одной небезызвестной женщиной, ведущей программу здоровья, препараты не продаются. Я и без этого немало добилась в построении отношений с детьми. Например, Мик, который под вечер куда‑то уходил (подозреваю, совсем не погулять по городским улочкам и подышать воздухом), теперь оставался в доме.

– Разбудить, да? – вздохнула я, задумчиво глядя в маленькое окошко, где только‑только брезжил рассвет.