Таблеточку, Ваше Темнейшество?

Но надо признать, что все было не так плохо. Меня не вышвырнули на улицу, не дали пинка под зад. С помощью магии встроили понимание местного языка, дали книгу об этом мире, даже кошель с деньгами подарили, чтобы не умерла от голода в первые пару месяцев. Но не это было самым главным! Мне дали дом на границе. Если верить свитку, который и удостоверял мое право на дом, то там раньше жил травник, но сгинул, когда пошел на темную сторону. И дом уже как год стоял бесхозный и никому не нужный. Разумеется, давали мне его не просто так и не навсегда. Если я за три месяца не открою аптеку и не докажу, что мое дело полезное, то дом заберут, а меня отправят куда‑нибудь. Куда – не уточнялось. Надеюсь, не к темным, где сгинул травник.

Я передернула плечами от этой мысли, но дальше размышлять мне не дали.

– Приехали! – сказал кучер.

Я открыла дверцу дилижанса и ступила на булыжную мостовую, чтобы осмотреть свои будущие владения. Хотя владения, пожалуй, слишком громко сказано.

Глава 3

Передо мной был средних размеров деревянный дом. Не ветхий и не покосившийся, как я боялась. Низенький заборчик перед домом и заросшая травой и непонятными цветами дорожка говорили о том, что в доме давно никто не жил. Пока я осматривала будущие владения, сзади извозчик настойчиво покхекал.

Понятно, сделать вид, что совершенно случайно забыла свою таблеточную машину, не получится. Я вспомнила, как меня учили перемещать эту бандуру, и аккуратно вытащила ее из дилижанса.

Извозчик требовательно посмотрел на меня. Я вспомнила, что забыла сумку. Вытащила. Однако он не уезжал и продолжал сверлить меня взглядом, потом закатил глаза и пробормотал:

– Попаданки… А дорожные мои?

– Эм, какие дорожные? – растерялась я. – Вам же заплатили, разве нет?

Извозчик вздохнул так, словно я сказала сущую глупость. Но потом‑таки снизошел до пояснений:

– А за то, что вы ехали не по ухабам? Добрались вовремя? Дилижанс чистый? Разве вы не хотите поблагодарить меня?

– Спасибо большое, – совершенно искренне поблагодарила я.

Нет, вы не подумайте, что я не догадалась, на что он намекает. Но можно же быть как‑то повежливее и без закатывания глаз мне объяснить? Если хочется, то, конечно. Но, видимо, не хочется. Значит, и я вправе притвориться не очень умной и понимающей.

Наглость извозчика я недооценила.

– Деньги будут лучшим выражением благодарности, – бесцеремонно заявил он.

– Какие? – спросила я совершенно невинно, глядя честными и растерянными глазами на этого нахала.

– Те, которые вам выдали на первое время, – настойчиво повторил извозчик. – Вы же понимаете, что мир большой, а извозчиков не так и много? Кто захочет возить клиента, который даже не может оценить комфорт.

Мне… угрожали? Нет, вымогали. И как бы мне ни хотелось послать этого извозчика в дальние дали, я понимала, что так делать не следует. Я ничего об этом мире не знаю, мало ли чем обернется? А деньги… деньги наживное. Со своей профессией я точно нигде не пропаду – ни в том мире, ни в этом.

Вздохнув, я вытащила мешочек на завязках, который здесь звали кошельком. Развязала и внимательно посмотрела. Так, вот эти крупные золотистые наверняка самые ценные, есть серебряные покрупнее или серебряные помельче. Что взять?

Видя, что я никак не могу определиться, извозчик сказал:

– Серебряная маленькая монетка. Я честный человек, я лишнее брать не буду. Как все.

Я послушно всунула монеты в протянутую руку, чудом сдержав желание высказаться по поводу невероятной честности этого мужчины. Извозчик тут же вернулся на свое место и тронул дилижанс, заставив меня закашляться от поднятой пыли. Странно, откуда столько пыли, если мостовая булыжная?

Я глянула вслед умчавшемуся дилижансу, мысленно сетуя. Что за мир‑то такой – одни домогаются, другие вымогают. А дальше какие сюрпризы будут?

А дальше… у меня прямо из рук какой‑то высоченный подросток выхватил кошелек и побежал!

Я замерла лишь на секунду, прежде чем кинуться следом за парнем, который бежал как гепард. Да что это такое?! Что за светлые задницы тут, что один пристает, второй вымогает, а третий вообще грабит средь бела дня?!

Нет, я не могла сказать, что в моем мире намного лучше: в аптеке всякое встречала, но чтобы за одни сутки сразу все три события разом?! И, самое главное, схватил ведь именно кошелек, где все мои средства. И почему я не подумала сразу его спрятать?!

Я гналась за парнем на всех парах. Боже, я так не бегала никогда. Даже за мужиком! Нет, не своим предполагаемым парнем, разумеется, а за другим. За тем чудным товарищем, который шел мимо окна для разгрузки товара, а потом подбежал к машине, зачем‑то схватил коробку (между прочим, со средствами для потенции!) и… побежал! Мы с грузчиком похлопали глазами, побледнели. Особенно я, потому что документы о приемке товара я‑то подписала заранее! Ничего другого, кроме как вылезать в окно приемки и бежать за товарищем, мне не оставалась. Благо аптека была заранее закрыта.

Догнала, коробку отобрала, несмотря на крики мужчины, что это его изначально. Ага, сорок упаковок таблеток для радостных моментов – это его. Я все понимаю, честно. Каждый человек стесняется покупать средства для потенции по‑разному. Кто‑то ходит два часа по аптеке, дожидаясь, когда никого не будет. Кто‑то покупает эти таблетки для соседа, друга, дедушки в деревне. Да что говорить? Бабушке в деревне небезызвестные препараты тоже брали. А кто‑то и для собаки. Зачем? Затем, что ветеринар прописал, правда, дозировку не указал. Но собака такая большая, килограмм под девяносто, вот именно на этот вес нужна доза.

Но, извините, хватать коробку с таблетками мужской силы – ну перебор это, перебор по скромности. Благо я все‑таки бегаю хорошо, поэтому товар в аптеку вернула.

Теперь бы вернуть свой кошелек с деньгами! Следовало признать – мы с грабителем были равны по скорости. Он мчался вперед по улице, где почти не было людей, а я за ним. Я‑то быстрая, но выносливость у меня средняя. Если не догнала сейчас, то потом точно не догоню.

Что же. Оставалось лишь импровизировать.

– А‑а‑а‑а‑а, – заорала я на всю улицу так громко, как у меня в аптеке никогда ни один ребенок не орал, которому отказали в покупке конфетки, продаваемой втридорога. – Помогите! Грабят!

На улице, конечно, я почти никого не видела – время‑то близилось к вечеру. Но в домах кое‑где горел свет. И я весьма надеялась, что люди высунутся хотя бы из любопытства. Увы, не сработало.

Ладно, второй вариант.

– А‑а‑а‑а, помогите! Украли нижнее белье! Исподнее украли! – закричала я еще громче.

Грабитель, бежавший впереди, неожиданно споткнулся, но, к моему величайшему сожалению, не упал.