Темные боги. Шепот смерти

Вне зависимости от того, куда конкретно меня отправила богиня, самой первой моей целью должен был стать контакт с обычными людьми. В качестве главной неприятности здесь выступал языковой барьер, однако полученный еще во время первоначального обучения навык слегка выравнивал ситуацию – адаптация к чужой речи могла занять достаточно много времени, все это время мне наверняка пришлось бы изображать из себя глухонемого или вообще юродивого, но в целом проблема являлась однозначно решаемой. Значит, думать следовало в первую очередь о том, как добраться до обитаемых земель. Наверное, в этой ситуации проще всего было найти какую‑нибудь речку и двинуться вниз по ее течению, высматривая расположенные вдоль берегов деревни. Такая стратегия полностью соответствовала полученным еще на школьных уроках выживания рекомендациям и казалась безошибочной, однако для ее воплощения требовался хотя бы маленький ручеек. Пока что ничего такого в окрестностях своего дерева я не заметил.

Из глубин леса прилетел тревожный скрип, заставивший меня вздрогнуть и открыть глаза. Еще через минуту до ушей донесся тонкий заливистый вой – внезапно начавшийся и столь же внезапно оборвавшийся. А затем на чащу снова опустилась тишина, прерываемая лишь мирным шелестом листвы.

Убедившись что никакой опасности рядом нет, я накрылся краешком одеяла, после чего опять смежил веки. Расслабиться удалось далеко не сразу, пришедший сон оказался неглубоким и прерывистым, но к тому моменту, когда поднявшееся над горизонтом солнце окончательно растормошило меня своими назойливыми лучами, кое‑как отдохнуть мне все же удалось. Плата за это счастье пришла в виде затекших от неудобной позы конечностей, однако в целом ночевка оказалась вполне терпимой.

Первые несколько минут после пробуждения мой разум упорно отказывался воспринимать новую действительность, всеми силами убеждая меня в том, что дело происходит во сне, а за его иллюзорными границами таятся зима, слякоть и населенная магическими тварями Рахалла. Затем объективная реальность взяла свое – выпутавшись из одеяла и развязав куртку, я осторожно потянулся, зевнул, а потом выпрямился во весь рост, внимательно изучая окутанные легкой утренней дымкой заросли.

На первый взгляд лес выглядел совершенно безопасным, но это впечатление могло быть обманчивым. Требовалась хоть какая‑то разведка.

– Блин.

Еще раз зевнув, я достал бурдюк с водой, утолил жажду, после чего отправился штурмовать вершину дерева. Никаких сложностей это восхождение не доставило, торчавшие во все стороны ветки образовывали удобную лесенку, так что через несколько минут у меня получилось выбраться на более‑менее открытое пространство и как следует осмотреться. К сожалению, ничего особенно интересного я не заметил – вокруг по‑прежнему был не очень густой и достаточно светлый лес, чуть поодаль виднелась широкая и длинная прогалина, а за ней снова маячили кроны деревьев. С другой стороны наблюдалась примерно такая же картина – реки, озера и города в поле зрения отсутствовали.

– Спасибо тебе, Лакарсис. Удружила, блин.

Мне захотелось как можно скорее собрать свои вещи и двинуться куда глаза глядят в расчете на обычное везение, но когда я спустился на землю, то обнаружил там весьма неприятный сюрприз – у основания ствола красовались глубокие отпечатки чьих‑то когтистых лап, а из ближайших кустов доносился резкий запах дерьма.

Хищники в этих краях совершенно точно были, один из них решил со мной познакомиться, но не захотел карабкаться по дереву и ушел восвояси. Наверное, ушел.

– Так…

Следующие две или три минуты я простоял в неподвижности, тщетно пытаясь услышать шаги приближающегося зверя, но затем чуточку расслабился, убрал вытащенный из ножен меч и начал спешно менять уже сформированные планы – прежде чем куда‑то идти, следовало разобраться с тем, что досталось мне от погибшей в Рахалле тени.

На данный момент меня больше всего интересовала внезапно открывшаяся “восприимчивость к магии”. О том, что это умение означало на практике, я не имел ни малейшего понятия, но оно возникло в списке моих навыков и его требовалось освоить. Причем срочно.

– Легко сказать…

Попытка рассмотреть ближайшее дерево в магическом диапазоне с треском провалилась. Я очень долго таращился на заскорузлый ствол, щурился, жмурился и даже старался расфокусировать взгляд, но каких‑то новых деталей не увидел – похожее на дуб растение наотрез отказывалось демонстрировать свою внутреннюю сущность. Впрочем, первая неудача меня не остановила – сообразив, что в обычной деревяшке может не найтись вообще ничего магического, я чуточку пораскинул мозгами, вспомнил о трофейном ноже и вытащил его из рюкзака.

При ярком дневном свете клинок показался мне еще более красивым, чем раньше. Прямое черное лезвие выглядело очень прочным и острым, покрытая тонкой насечкой костяная рукоять отлично лежала в руке, массивная гарда надежно защищала пальцы от соскальзывания на режущую кромку, а таинственные розоватые прожилки невольно притягивали взгляд. Если уж где‑то рядом со мной и скрывалась магия, то именно здесь.

Вдоволь налюбовавшись своей добычей, я срубил пару небольших веточек, оценил идеально ровные срезы, после чего внимательно уставился на оружие, надеясь увидеть в нам хоть что‑нибудь особенное.

– Да чтоб тебя… включайся, твою мать!

Слова абсолютно не помогли делу – клинок остался точно таким же, как и раньше. Я сосредоточился, нахмурился, широко раскрыл глаза – но опять ничего не добился.

– Сука.

Пытаясь решить неожиданно сложную задачу, я снова глянул в информационную табличку, яростно почесал макушку, а затем продолжил изучать черное лезвие. В голове промелькнула нехорошая мысль о том, что мой трофей вовсе не обязан иметь магическую основу, следом на ум пришел мастер Каннеро с его рассказами о пронизывающей все вокруг энергии… а еще через мгновение розовые прожилки засияли недобрым багрянцем, вынудив меня испуганно разжать пальцы.

Нож упал на землю, снова превратившись в красивый кусок железа.

– Так…

Вернуть мимолетное ощущение удалось с третьей или четвертой попытки. Я в очередной раз напрягся, приказал самому себе рассмотреть таинственное сияние – и действительно его увидел. Всего на пару секунд, но даже этого с лихвой хватило для формирования базовой ассоциативной цепочки.

Следующие четверть часа мне пришлось заниматься созданием устойчивого психологического якоря, связывая воедино полученное в храме умение, собственные чувства и обычное прищуривание глаз – по задумке, в итоге должен был возникнуть условный рефлекс, благодаря которому я смог бы легко переключать картину мира с обычной на энергетическую. Вот только добиться этого рефлекса оказалось весьма непросто.

– Ну, давай, блин!