Темные боги. Шепот смерти

Ветер уносил мой запах куда‑то в сторону, так что я не стал убегать и скрываться, а просто лег на траву возле очередного куста и начал внимательно следить за путниками. В отличие от встреченного мною мертвеца и гулявшей по деревне собаки, они вели себя абсолютно нормально – о чем‑то разговаривали, поправляли висевшие за спинами мешки и время от времени крутили головами, явно высматривая скрывающихся рядом врагов. Вместе с тем, какого‑то особого страха в их действиях заметно не было – похоже, участники маленького разношерстного отряда считали, что могут справиться с любой внезапной угрозой. Тем более, что наличие собаки позволяло им обойтись даже без выдвинутых вперед разведчиков.

Заметив радостно бегавшую по дороге шавку, я недовольно скривился, после чего снова обратил внимание на людей.

Главную опасность здесь представляли трое одетых в разномастные доспехи воинов. Эта троица сходу навевала мысли о классическом средневековом рыцаре, отправившемся на войну в сопровождении двух верных оруженосцев – экипировка возглавлявшего группу мужчины изобиловала стальными вставками и весело поблескивала на солнце, а его спутники, хоть и выглядели чуть скромнее, все равно казались скорее профессиональными солдатами, чем набранными по деревням ополченцами.

Шедшая вслед за ними девушка смотрелась лишь чуть менее воинственно – висевший у пояса меч и легкие металлические щитки говорили о том, что передо мной оказалась какая‑то воительница или просто благородная особа, решившая своими глазами увидеть поля сражений. Ухоженные светло‑русые волосы незнакомки, горделивая осанка и правильные черты лица намекали на то же самое.

Двигавшаяся в арьергарде группа вызвала у меня гораздо меньше интереса – здесь находилась еще одна молодая, но уже основательно замотанная жизнью женщина, пара тощих стариков, старуха, а также двое подростков лет четырнадцати, тащивших на своих спинах по несколько длинных рогатин. В целом, отряд напоминал группу беженцев или переселенцев, но это впечатление могло быть обманчивым – все же мои познания об этом мире до сих пор мало чем отличались от абсолютного ноля.

Пока я оценивал ситуацию и думал, стоит ли себя выдавать, путники успели пройти мимо моего укрытия. То, что они при этом двигались по направлению к заселенной непонятными существами деревне, вызывало у меня тревогу и желание предупредить об опасности, но инстинкт самосохранения категорически противился любым необдуманным действиям – лезть на рожон вопреки здравому смыслу было не самой лучшей стратегией.

– А вдруг там маги… хотя… блин.

Так и не приняв окончательного решения, я дождался когда отряд отойдет от меня на сотню метров, а затем направился вслед за ним, старательно прячась между кустами и деревьями. Скорость передвижения группы не превышала трех‑четырех километров в час, выдерживать этот темп можно было с легкостью, так что у меня появилось дополнительное время для размышлений.

Если рассуждать с точки зрения классической земной морали, то спасение возможных союзников от грозившей им опасности являлось очень верным и правильным поступком. Однако языковой барьер заметно все усложнял – лепечущего что‑то непонятное человека вполне могли принять за врага и без долгих разбирательств поднять на вилы. Драки с тремя солдатами я не боялся, но даже в случае победы рассчитывать на хорошее отношение со стороны оставшихся в живых путников было чертовски сложно. А для того чтобы выиграть схватку без лишней крови, у меня попросту не хватало навыков.

Единственным беспроигрышным вариантом на этом фоне смотрелась оказанная в нужное время помощь. То есть, мне следовало дождаться того момента, когда отряд встретится с обитателями деревни, оценить реакцию, а затем в случае необходимости броситься им на выручку. Схема выглядела чуточку подленькой, но давала много преимуществ – вряд ли хоть один вменяемый человек стал бы убивать своего недавнего соратника.

– Главное, не сдохнуть в процессе…

По мере приближения к поселку я сократил дистанцию с отрядом метров до пятидесяти и удвоил осторожность, стараясь не попасться на глаза носившейся вокруг людей собаке. К счастью, ветер все еще дул в мою сторону, дворняга не очень ревностно выполняла свои охранные функции, а путники смотрели назад достаточно редко и скрыться от их внимания было относительно лешкой задачей.

Увидев впереди первые хижины, отряд сразу же остановился. Солдаты сдвинулись немного вперед, аристократка достала свой меч, а подростки бросили на землю рогатины и дружно вытянули шеи, пытаясь рассмотреть скромные домишки. Наверное, это был самый лучший момент для знакомства. Во всяком случае, мне так показалось.

Уже абсолютно ни от кого не скрываясь, я выскочил на дорогу, а затем махнул поднятыми вверх руками и крикнул первое, что пришло в голову:

– Эй! Туда нельзя! Стойте!

Мое эффектное появление стало для путников настоящим шоком – старики испуганно обернулась, один из парней кинулся подбирать рогатину, воины схватились за мечи, а собака оглушительно залаяла. Звонкий лай разнесся по округе, долетел до пустынного поселка – и между домами начали возникать человеческие фигуры.

– Там, – снова заорал я, указывая пальцем на деревню. – Опасность! Назад!

Меня явно никто не понял, однако новая угроза все‑таки была замечена и приоритеты наблюдавших за мной людей тут же сменились – послышались резкие отрывистые команды, мужчины вместе с девушкой снова развернулись к деревне, а все остальные начали собирать валявшиеся под ногами палки, настороженно следя за моими действиями. Заткнулась даже исступленно тявкавшая псина.

Провоцировать возможных друзей на необдуманные действия я не собирался, так что демонстративно прошел мимо ощетинившихся рогатинами людей и занял позицию на безопасном удалении от одного из воинов. Тот окинул меня подозрительным взглядом, что‑то сказал, однако понять его реплику мне было не суждено.

– Языка не знаю. Но могу помочь.

– Рагали дон авил, – сообщил в ответ собеседник, кивая на мой меч. – Ахол?

– Понятия не имею. Наверное.

– Ахол?

– Ахол, ахол, черт бы его побрал.

Судя по всему, ответ оказался верным – солдат удовлетворенно кивнул, а затем ткнул острием меча в сторону маячивших вдалеке фигур:

– Шальда!

– Согласен.

Наш диалог отдавал каким‑то бредом, но продолжать его уже не было нужды – обитатели деревни вышли на открытое пространство, а затем целеустремленно двинулись прямо к нам. В их движениях проскальзывала та же самая обманчивая неторопливость, что и у встреченного мною зомби, лица оставались полностью равнодушными, на одежде кое‑где красовались бурые пятна засохшей крови – одним словом, никаких сомнений в том, кем именно они являются, я не испытывал.

– Аррич! Кере!