Ученица черного мага

Вот сейчас Маша точно готова была сорваться. И все же подавила желание размазать этого заносчивого типа по стенке. Нет, надо действовать тоньше. Перебрала мысленно, что же выдать ему еще. Левитация, преобразование пространства, водный хлыст? Может, просто поджарить его? Потом вспомнила, как он кривился, когда она сказала, что тренируется на мечах.

Значит, будут мечи.

Улыбнулась одними губами и проговорила:

– Встаньте в центр зала, в мозаичный круг. Пожалуйста.

Секунду он смотрел на нее, потом произнес:

– Что ж, если вам так будет удобнее.

Медленно прошел в центр зала. Встал на один из символов мозаичного круга и замер, сложив руки на груди.

– Ну, я жду.

Маша замерла напротив. Подняла вверх правую руку, материализуя в ней золотой родовой меч. Мужчина проводил меч взглядом и прищурился.

В следующий миг меч был уже у его груди и упирался во вскинутую им ладонь.

– Неплохо, – проговорила Маша.

– В самом деле, – хмыкнул он. – Что дальше?

Ах дальше? Маша подумала, что ничего страшного не будет, если она немного пустит ему кровь. Однако меч уперся в его ладонь и не стронулся дальше. Она попыталась еще раз, а у него на лице обозначилось снисходительное выражение. Потом он сделал одно неуловимое движение кистью, каким‑то образом перехватил ее меч и отбросил в сторону.

Маша подалась вперед и огорченно ахнула, у нее даже слезы на глаза навернулись. И все же выпрямилась и замерла, сжав кулаки. Было невыносимо обидно, но она не хотела показать.

Однако он понял. Мужчина больше не улыбался.

– Прошу извинить, если вас расстроила демонстрация, – проговорил он сухо. – Но в этом и есть особенности той магии, которую я буду вам преподавать.

Было трудно перебороть себя, но Маша кивнула:

– Я поняла.

Чувство, что она проиграла, никуда не исчезло, оно просто отложилось в подсознании, помогая выстроить границу. Вспомнились слова дяди Захри, сколько раз он говорил ей, что нельзя очертя голову бросаться в бой. Особенно если не знаешь противника. Теперь она знала, и от этого было еще досаднее.

– У вас хорошие способности, – продолжал он говорить. – Но для того, чтобы определиться окончательно, мне нужна капля вашей крови.

– Капля крови? – пожала она плечами и пошла поднимать меч.

– Подойдите к столу, – проговорил мужчина, прошел первым и показал на гладкую мраморную столешницу. – Сюда, пожалуйста.

Наверное, надо было осторожнее, но Маша была расстроена и пропорола палец гораздо сильнее, чем нужно.

 

***

Зейраш пришел в ужас. Кровь закапала на столешницу, а он тут же выхватил из кармана платок.

– Ну что же вы так неосторожно! – проговорил сердито и замотал ей руку платком. – Держите так и поднимите кисть кверху!

И сразу отодвинулся. Но немного крови попало ему на руку, видимо просто испачкался. Он механически потянул палец в рот.

Ему показалось, что из него вышибли весь воздух, а глаза моментально налились чернотой.

 

Глава 7

 

 

ЧТО это было?! Зейраш Архан знал про свою проклятую кровь, она просыпалась очень редко, и он давно научился легко обуздывать все порывы. А тут его накрыло с головой! Как будто кровь этой девушки обнажила и вырвала на поверхность все, что он тщательно от всех прятал.

Он еще пытался осознать, что с ним творится, а уже в следующий миг древняя каменная дверь чуть не слетела с петель. В зал вихрем ворвался громадный Черный Наг в полной боевой трансформации. За его спиной раздувался капюшон, как у гигантской кобры, когти словно кинжалы. Глава клана ДалгетХан Умранов. За ним еще двое, Черно‑бронзовый и Белый.

Одно неуловимое движение, и Черный Наг мгновенно оказался в центре зала. Из‑за его спины выдвинулся Черно‑бронзовый Наг, в котором Зейраш узнал Захри, а с другого бока уже стоял третий брат, Саха, Белый Наг с яркими голубыми глазами. И следом за ними в зал стали набиваться еще другие Наги.

А Зейраш со странной отрешенностью понимал, что вляпался, но думал только об одном – как скрыть от них свое состояние, иначе ему точно конец. Но его, как назло, не отпускало.

Глава клана смотрел на него молча. А Черно‑бронзовый Захри прошипел:

– Шшшто зсссдессс происссходитссс?

Звучало жутко, они все еще к нему подались. Зейраш напрягся и приготовился биться насмерть. Но тут вперед вышла эта девица и затараторила, небрежно махнув перевязанной рукой:

– Ой, ничего страшного, дядя Захри! Дядя Саха! Я просто была неосторожна и поранилась, а господин Архан был так любезен, что одолжил мне свой платок. Ну правда, папа!

Некоторое время слышалось только тяжелое дыхание, наконец глава клана спросил:

– Поранилась?

– Да, папа, случайно.

ДалгетХан Умранов смерил Зейраша таким странным взглядом, что он поневоле занервничал снова. На память пришли слова его кровной клятвы. Ведь он ничего не нарушил и никакого вреда ей не причинял. И тут вспомнилось совсем другое.

«Девушка просватана. Влюбишься в нее или соблазнишь – лишишься головы».

Зейраш похолодел. Ему вроде бы удалось собраться и погасить реакцию, которую вызвала кровь девушки. Но что если они расценят это как‑то иначе? Это ведь совсем не то, что имел в виду Гаруд Амар. Он был уверен, что совсем не то.

Он понял, что дальше тянуть нельзя, пора брать ситуацию в свои руки.

Оторвался от стола и максимально спокойно произнес:

– Это моя вина. Я должен был внимательнее следить за тем, как девушка обращается с мечом.

Брови главы клана едва заметно шевельнулись, он перевел вопросительный взгляд на дочь. Потом проговорил, обращаясь к Зейрашу: