В прицеле ад

Г Л А В А 2

Город. Тот же день.

 

– Вот мы и встретились, господин Платов, – в комнату, где я сидел уже два часа, вошел невысокий крепыш с черной густой шевелюрой на голове и проницательными, глубоко посаженными глазами.

– Чем обязан такому знакомству? – полюбопытствовал я, откидываясь на спинку жесткого неудобного стула.

– Как, разве вам ничего не сказали? – с деланным удивлением на лице спросил знакомый незнакомец.

– Представьте себе, нет. Люди вашего учреждения не отличаются воспитанностью. Меня грубо схватили в аэропорту, укололи какой‑то дрянью по дороге, ни слова не сообщив о причине ареста. Я не знаю, где нахожусь и с кем имею честь беседовать.

– Зовите меня Джекоб, – сообщил пришедший, устраиваясь напротив меня.

– Располагайтесь, Джекоб, – с обворожительной улыбкой предложил я. – Может, хотите стакан холодного апельсинового сока или красный «Данхил»? Прошу вас, не стесняйтесь.

– А вы, как я вижу, парень не промах, – констатировал мой новый знакомый. – Информация о вас полностью соответствует действительности.

– Не верьте тому, что пишут обо мне газеты.

– Я не читаю газет, за исключением раздела некрологов. Но пока о вас там нет ни слова. Уверен, что это не будет продолжаться очень долго. Все ваше личное дело свидетельствует о том, что по характеру вы наглы, упорны в достижении цели, смелы, быстро принимаете решения, причем порой очень рискованные.

– Весьма польщен за данную вашей службой оценку, но зачем было тратить время на такую незначительную персону, как я? Кто‑то из древних мыслителей сказал – «его недостатки полностью скрывают его достоинства».

– Фраза Цицерона звучала несколько иначе – «свои недостатки он поразительнейшим образом превращает в достоинства». Это, знаете ли, талант.

«Ну вот, очередной эрудит на мою голову», – мелькнула мысль, прерванная появлением в комнате одного из подручных, поставившего на стол поднос со стаканом сока, сигаретами и пепельницей.

– Прошу, – предложил Джекоб, молчаливо наблюдая, пока я сделал добрый глоток.

С имеющимся на столе боезапасом можно было вести светскую беседу еще пару суток, но энциклопедист решил повернуть разговор в нужное ему русло.

– Итак, господин Платов, что привело вас в наш город? – задал он свой первый вопрос.

– Желание отдохнуть. Посмотреть новые места.

– По нашим сведениям, вы, нарушая все законы, прибыли сюда с целью сбыта предметов, собранных вами в зоне, и являетесь одним из самых удачливых и, я бы добавил, гениальных сталкеров Евро‑Азии.

– Я хочу задать один вопрос.

– Слушаю вас.

– Это допрос?

– Пока только беседа.

– Знаете, Джекоб, вы производите впечатление разумного человека. Все, что вы сейчас тут наговорили, должно быть соответствующим образом доказано. Я готов забыть об этом, если вы проводите меня к выходу, а ваши люди вернут изъятые у меня вещи.

В ответ мой собеседник весело рассмеялся.

– Ваша характеристика абсолютно точна. Вы наглый и самоуверенный тип. Неужели вы думаете, что у меня нет доказательств вашей преступной деятельности на территории США?

– Если они у вас есть, то пригласите моего адвоката и предъявите эти ваши доказательства.

Джекоб несколько поскучнел лицом, но и зоновскому ежу было понятно, что он играет.

– Видите ли, в чем дело, господин Платов. Пока вы не арестованы и не задержаны. Вас вообще нет в этом помещении. Вы по‑прежнему находитесь на свободе и гуляете где‑то по нашему прекрасному городу. Сотня людей подтвердит под присягой, что вас видели то здесь, то там, в любой нужный мне период времени, до тех пор, пока мы тут беседуем.

– Хорошо, будем временно считать, что вы меня убедили. Мы сейчас сидим в баре и ведем светскую беседу, но я не услышал ничего, что меня могло бы заинтересовать.

– Ну что вы. Пятнадцать лет тюрьмы за убийство в обмен на сотрудничество, думаю, не слабый мотив для заинтересованности.

– Ваши люди тоже что‑то говорили в аэропорту о каком‑то убийстве, но я не придал этому никакого значения. Да и столкновение моей печени с кулаком одного из них, видимо, несколько отвлекло мое внимание. Не будете ли вы столь любезны пояснить, каким образом чья‑то преждевременная кончина связана со мной.

– Паола Андерсен. Вам что‑нибудь говорит это имя?

– Ни в малейшей степени, если только это не моя дальняя родственница, оставившая наследство, о котором до настоящего момента я ничего не знал.

– Я вам напомню. Это та женщина, с которой вы танцевали сегодня в ресторане отеля, где остановились.

– Представьте себе, я не спросил ее имя. Значит, она умерла. Жаль. И как же это произошло?

– Вы ее отравили.

– Напомните мне, с какой целью и как я это сделал?

– Все очень просто – обман заказчика. Получив деньги за товар, вы убили женщину, а хабар не передали покупателю. Андерсен погибла вот от этого, – Джекоб вынул из кармана и положил перед собой на стол мою зажигалку. – Узнаете?

Это было уже серьезно. Не зря я беспокоился о пропаже. О том, что эта игрушка с секретом, знало всего два человека, одним из которых был я. Сейчас не было времени забивать себе голову вопросом – что случилось с Юнем, изготовившем ее мне.

– У меня точно такая, – невозмутимо ответил я.

– Это ваша зажигалка, обнаруженная рядом с телом убитой Андерсен.

– Поздравляю вас, Джекоб. Ваши люди прекрасно работают. Определить хозяина предмета так быстро. У вас уже есть заключения дактилоскопической и генетической экспертиз, что вы так бесцеремонно обращаетесь с вещественными доказательствами?

– Доказательства у меня сейчас появятся, – демонстративно сдвигая камень на боковой части зажигалки и кладя большой палец на ее педаль, сообщил мой новый знакомый. – Прикуривайте, Платов, – он вытянул руку в мою сторону, видя, что я держу в пальцах незажженную сигарету.

Такой подход к делу меня несколько насторожил. Заканчивать жизнь именно сегодня не было ни малейшего желания.

«К чему тогда был весь этот шум с моим задержанием?» – мелькнуло у меня в голове. – «Нет, ты нужен им живой», – нашептывала логика, анализируя события сегодняшнего вечера.