В утробе тьмы

Внизу он увидел игрока, возглавляющего рейтинг военной победы – WildDron (уровень: 27, 32%). Он, руки в боки, стоял прямо под ними с поднятой кверху головой и рассматривал с улыбкой на лице новоприбывших гостей. Когда Ронни встретился с ним взглядом, к лидеру гильдии 666 подошел Fremaho (23 уровень 97%, место в военном рейтинге 14, с недавних пор входит в должность первого заместителя).

Уровни растут, как на дрожжах.

– Вам помочь спуститься вниз? – спросил Fremaho на повышенных тонах.

– Да, – ответил Иллисех.

Маг вытянул руки перед собой и произнес заклинание «Уменьшение гравитации».

Когда Иллисех и Ронни слетели на платформу, вокруг них столпились солдаты, одетые в военную форму с ДП‑27 в руках. Самый маленький уровень, который смог найти Ронни был двадцать первый.

– Давно не виделись, боец, – сказала Xenonna (23 уровень, 97%, место в военном рейтинге 12).

Ронни повернулся в ее сторону и качнул головой в знак приветствия.

– Вы что здесь делаете? – спросил Fremaho.

Иллисех осмотрел игроков вокруг. Все перестали заниматься своими делами, стояли напряженные, указательные пальцы на курках, а со стороны, где сидел менестрель началась песня под бренчание укулеле:

Тьма плыла в места, неведомые нам

 

И там она, в незримой и неведомой дали,

 

У моря полного смолы, о коем знать мы не могли,

 

Из черных туч густого мрака, извергла ливнем страшным, кровавые тела.

 

 

 

Я сел на камне, присмотрелся,

 

В тот дальний и жестокий мир,

 

В чьих водах мрака, крови, гнили, дорогу проложили,

 

Для тех кто праведен, но слеп, погибшие в обжорстве лжецари.

– У нас тот же вопрос, – ответил Иллисех. – Не говорите мне, что не слышали об Альянсе гильдий, которые собирались прямо перед единственным входом в это подземелье.

– Ты кого‑нибудь видел перед входом, Denzie? – спросил WildDron делая акцент на букве “о” и “р”.

– Нет.

– А ты, Fremaho?

– Никто мне путь не преграждал.

– Мы нарушили какие‑то правила? – спросил WildDron. – ИИ меня ни о чем таком не предупреждал.

– Я говорю о правилах не игровых, а правилах этических. Последние два месяца мы собирали сильных игроков, обучали новичков с нуля, тратили свое время ради того, чтобы зайти в это подземелье и выбраться по ту сторону гор. А вы, зная, что вас никто не потревожит, в периоды сборов, спокойно пробрались сюда, поднимали уровни, проводили исследования и ни с кем ничем не делились. Не знаю, как в вашем мире, но в моем, если кто‑то старается поступать правильно, на благо всех остальных, ему стоит помогать, а не пользоваться его добротой, особенно если этот «кто‑то» работает в правительстве и имеет власть куда больше, чем вы можете себе представить. Народу такое не понравится, когда они об этом узнают.

Игроки насторожились еще сильнее и стали приближаться к незваным гостям с угрожающим видом, но дула никто еще не поднял. Ронни расправил плечи и встал полубоком и плавно положил левую руку на кобуру с пистолетом. Fremaho сощурился и почувствовал, как у Иллисеха мана, наполняющая воздух, начала собираться во всех частях его тела и преобразовываться в свет.

– Мы игровые новости не читаем, – сказал Denzie (23 уровень, 97%, 13 место в рейтинге военной победы), – нам это за ненадобностью. И здесь мы базу основали полгода назад. К тому же ты вряд ли можешь предугадать, как народ отреагирует. Игрокам нравятся смелые поступки, так что если решишь о нас рассказать, то вперед и с песней.

– Если кто‑то из вас поднимет на меня или на моего товарища оружие, здесь начнется бойня. Но она ведь никому из нас не нужна, верно? – спросил Иллисех.

Игроки остановились. Напряжение росло. Из толпы вышел игрок с псевдонимом «Могильный камень» (уровень 22, 17%, 103 место в рейтинге военной победы) и киркой на плече (в рукояти которой светились ярко‑синим цветом четыре руны), в шахтерской одежде и с сажей на лице. Говорил он быстрым, четким и бесстрашным голосом.

– Есть правило. Когда правительство или любой представитель верховного эшелона говорит нам что делать или как думать, я делаю совершенно наоборот. Потому что на самом деле добро, которое вы якобы делаете для народа, на самом деле работает исключительно на ваши нужды. И как только ваша цель будет достигнута, все о ком вы якобы заботитесь оказываются выброшенными на произвол судьбы.

Иллисех повернулся к нему и ответил:

– Офицеров на Талак выбирают игроки, которые им доверяют, а мы в свою очередь делаем все, дабы их не подвести. Сам прекрасно понимаешь почему. Но если кто‑то из офицеров нынешних или прошлых поступил с тобой несправедливо, он понесёт за это ответственность. Не расскажешь, что случилось?

Все ждали ответа Могильного камня. Ронни видел, как его зубы стиснулись, губы побелели.

Едва сдерживает эмоции?

– Вы вторгаетесь на нашу личную территорию, бросаетесь обвинениями, а потом угрожаете бойней? Как‑то не по офицерски, не думаешь?

– Если бы 666 не играли в темную, ничего бы из этого не случилось.

Кирка Могильного Камня загорелась фиолетовым цветом. Игроки все чаще начали переглядываться между собой. WildDron и Fremaho стояли с каменными выражениями лиц, а затем лидер гильдии засмеялся, словно Санта Клаус, раздающий детям подарки на празднике и крикнул:

– Расслабьте булки, мужики! Какие‑то мы здесь уж слишком напряженные! Давайте все успокоимся, переведем дух. Иллисех, Ронни, идем в нашу палатку, там выпьем водки и поговорим, как нормальные, сдержанные люди. Окей? Окей.

Могильный камень сплюнул и ушел. Остальные, как один, поставили ДП‑27 обратно на предохранитель, синхронно развернулись – каждый в свою сторону – и ленивой походкой отправились обратно по своим делам, словно сломанные НПС, которых система перезагрузила и отправила на первоначальную точку, выявив в них критическую ошибку.

Xenonna подошла к Ронни и уставилась на его снайперскую винтовку и сказала: