В утробе тьмы

Но Они мудры и милосердны, я умолял Их разрешить мне стать Их почитателем и Драконы согласились. Я прошел церемонию под землей, в самых недрах тьмы. В тех местах находился источник, наделивший меня Великим Благословением. Отныне и вовеки веков я буду создавать из грязи воду, а из камня хлеб. Мы не будем голодать, но будем помогать тем, кто в этом нуждается, во славу Драконов.

Мое откровение, которое дали мне Они, чтобы показать рабам Своим, чему надлежит быть вскоре, и которое Они дали как знамение, послав меня – Пророка Своего на землю обетованную.

Будет блажен ты, Нртвиндст, ибо ты первый читающий слова этого пророчества и надеюсь в будущем, ты примкнешь ко мне, к Пророку. С этой самой поры Пророк есть имя мое. Первое слово на новом языке в новом мире, которому я тебя обучу, как обучу и другому.

С этого момента отсчет времени Наш более не верен, и так сегодня не 13 ноября 3401 года от зарождения первого сознания, а двенадцатый день по календарю Райзека – Верховного Дракона – 13877 года. Мир, куда древнее, чем мы думали, и это первая истина, которую я дарую тебе и коих я открою еще немало и буду писать тебе до тех пор, пока я, Пророк, выполню миссию, возложенную на меня. Скоро я сойду на землю в северной части города Окниприс и отправлюсь к тебе на юг, пройдя горный хребет Нкнраф. Буду идти пока не встречу тебя лично.

***

Ронни с трудом разбирал, что там написано – все названия не имеют ничего общего с теми, которые существуют сейчас, по крайней мере из известных. Однако он заметил, что дворец Нарглака, судя по всему, находился в пустыне Неприл. Горный хребет Нкнраф, скорее всего это горы Ородрим Еоул и если посидеть и поразбираться, то возможно, эта книга расскажет ему предысторию существ, ранее живших на Талак, однако насколько это ‘ранее’ сказать невозможно, ибо никаких дат, соотносящихся с календарем людей нет. Интересно, какой расы тот, кто пишет все это. Почерк же, к слову, тоже оставлял желать лучшего, как и слог. Обе эти причины объясняют почему чтение происходило так медленно, что в действительности плохо, постольку поскольку разработчики (если отталкиваться оттого, что они не знают о его даре языка) могут понять, что он на самом деле читает, а не просто листает страницы.

Тогда Ронни открыл ИЛС, зашел на аукцион и, не жалея большую сумму своих накоплений, скупил все книги. Открыть их и полистать он не успел. Прошло уже два часа и Иллисех вернулся в игру, собрал свою палатку из полиэфирной ткани и поприветствовал друга. О своих покупках Ронни решил пока не сообщать.

Не тратя время напрасно, они зашли в открытые врата и направились вперед по дороге. Новый тоннель оказался куда больше предыдущих. Круглый, широкий. Если представить тут рельса, то тут вполне могли бы поместить и ездить поезда, впрочем, скорее всего через год, когда этот поход будет вспоминаться, как страшный сон, эту идею кто‑то, да и воплотит в жизнь.

Пространство вокруг освещали магические белые кольца, установленные друг от друга на расстоянии в десять метров и расположенные вдоль всей оси тоннеля. Они направляли путников к маленькой горящей звездочке впереди, подобно незримым ангелам летающих в кольцах эмпирея, с той лишь разницей, что этому свету победить тьму вряд ли под силу.

Маленькой звездочкой оказался цветок похожий на ромашку. Его лепестки сияли ярче прожектора на маяке. Он потянулся на встречу путникам.

– ИИ.

– Слушаю Вас.

– Ты знаешь, что это за растение и какие у него свойства?

– Да, – ответила ИИ, – Вы можете создать отдельный канал связи с персонажем Иллисех и разрешить мне голосовой доступ, я расскажу вам обоим.

Ронни произвел настройку и они услышали женский голос:

– Цветок называется «Лач Мерил», в переводе означает «Пламенеющая Роза». Впервые, его заметили рядом с озером Та'эсель. Очевидец утверждал, что перед тем, как цветок вырос и обрел свое ослепительное сияние, в этом месте кружили существа похожие на гарпий бело‑металлического цвета, а когда они улетели за облака, лепестки распустились. Когда же очевидец сорвал Пламенеющую Розу, локация озера в радиусе нескольких километров погрузилась во тьму на две недели, а потом «Лач Мерил» вырос снова и свет вернулся в те края. Больше цветок никто не срывал. Пламенеющая Роза символизирует конец света, буквально, за которым следует одна только тьма.

– Ну понятно, – сказал Иллисех. – А целебные свойства какие‑нибудь у него нашли?

– На данный момент единственный экземпляр находится в главной лаборатории в Отроне в алхимическом районе и принадлежит гильдии Мастиф. Кроме его свойства ярко‑светить, находясь в земле, никто ничего более не обнаружил.

– Что думаешь? – спросил Иллисех безразличным, тихим и монотонным голосом, сверля взглядом цветок.

Ронни закрыл голосовой канал связи и ответил:

– Засуну себе в рюкзак, может и пригодится.

– Слышал притчу про осла на дороге?

– Нет.

– Точно не скажу, но сюжет был такой. Едет мужик на повозке, встречает на пути осла, слабого такого. Останавливается и думает, взять не взять с собой. «Пригодиться, наверно», – сказал он и взял осла. Через год он возвращается на этот же путь и оставляет осла на том же самом месте со словами: «Не пригодился». Ты понимаешь к чему я веду?

– Да, – ответил Ронни и сплюнул и сел на корточки и сорвал цветок и все тут же заполонила чернота, густая, точно смола. Лепестки «Лач Мерила» потухли одновременно с кольцами, которые освещали тоннель до этого. Стебель, оставшийся в земле, сгнил и рассыпался. Оба застыли, слушая, как шуршат их ботинки по каменистой поверхности дороги.

– Ну ебана, – выругался Иллисех.

– С нас не убудет, все равно я к темноте уже привык.

Иллисех использовал призыв световой сферы и отправил ее им обоим за спину и сказал, когда они направились вперед:

– Я тут вот о чем еще подумал, у доппельгангера, который оставил тебя в живых в лесу был такой же амулет, как и у тебя, верно?

– Похож, но не один в один.

Иллисех пощелкал пальцами погрузился в раздумья. На потолке, по мере продвижения, обнажались из тьмы сталактиты, и чем дальше они шли, тем большие их становилось. Их белая и острая форма напоминала дьявольские клыки, которые в этой жуткой черноте вот‑вот схлопнутся и проглотят свою добычу. Всё вокруг, казалось, несло в себе угрозу и неровен час, как тьма распахнет незримые ворота ада кромешного и оттуда, без предупреждения, выползет наружу самый страшный кошмар, что можно себе представить и вот он, возьмет, да и лишит этих двух путников, утонувших в водах неотвеченных вопросов и непонимании мира, жизни. Ибо на то природа и существует, дабы напомнить человеку, что он мал и слаб, а все его прогнозы сбываются лишь в периоды затишья.

– Монстры начали к тебе относиться иначе, как только у тебя появился амулет, так?

– Только сознательные, в бестиарии их раса называется «Орки», в которую входит еще несколько подрас.