Великолепные земляне
– Император и главнокомандующий, ― сказала Церола. ― Вы, мой командир, ужасно прямолинейны. Вы и магом были таким же. А Углас нетипичный для зортеков романтик и экспериментатор. Он виртуоз и себялюб. Углас скорее рискнёт интересами своей Империи, чем откажется от потакания своей прихоти. Если Тимберлитта жива и находится у него, он захочет не уничтожить, а отобрать кристалл Земли.
– Зачем ему кристалл? ― с обидой вскричал Бозо.
– Чтобы с его помощью управлять Тимберлиттой, сделать её игрушкой и продемонстрировать всему миру свою победу над общепризнанным межгалактическим маяком. Мой прогноз: Углас за нами следит и, вероятно, сопровождает, и хочет захватить невредимыми.
– Факт, что на Земле по нашему кораблю противник не произвёл ни единого выстрела, ― сказал Иван. ― А времени у него было достаточно, пока разворачивались зеркала над Сахарой.
– А если Тимберлитта не жива? ― не сдавался Бозо.
– И наша мама тоже? ― тихо сказала Нибара.
– Да какой кристалл?! ― взвилась Юлёна. ― Маш, твой, что ли? А у Джульетты кристалл где? Я своими глазами его видела! Ради простецких кулончиков такая вселенская склока?!
– Нам с тобой, Юль, что‑то важное не договаривают, ― уже с раздражением вмешался Иван. ― Так нечестно, Маш! Сама говорила: мы на войне. Сидя в одном окопе, с боевыми товарищами так не поступают.
– Ванька нам государственный секрет выдал, а ты? ― наступала и Юлёна. ― Или ты в сговоре с этими недоразвитыми?
– Я сама узнала только в мире мавелов, ― сказала Маша. ― Не в сговоре, а в договоре на вере.
– Может быть, уважаемая Церола покажет нам, наконец, что происходит на Мероне? ― спросил Иван.
– Давно показала бы, да, увы: вирусы зортеков заразили весь изобразительный ряд. А увидь, вы, земляне, обрыдались бы все.
– А что именно у вас творится‑то? ― спросила Юлёна. ― Эпидемия, что ли?
– Война, ― прошептала Нибара, подняв умоляющие глаза на Ивана.
– Тотальная война на уничтожение всего живого, ― сказал, набравшись мужества, Бозо.
Иван сжал губы, напрягся и обернулся к Маше:
– Ты знала?
– Да, ― сказала Маша. ― Там кошмар. И Заветный лес их погиб, но ещё не безвозвратно…
– Здрасьте вам! ― воскликнула Юлёна. В мире мавелов она насмотрелась красот и не очень‑то желала лететь в чужую передрягу. ― Я думала: ну там где‑то война, ну подерёмся немного… На Земле в кои веки на три поколения воцарился мир, а вы нас тащите в пекло!
– Земля входит в Союз колыбелей: вы обязаны нам помочь! ― грубо заявил Бозо.
– А мы не обязаны вам верить! ― с непривычной резкостью возразил Иван. ― Через минуту, как вы возникли в нашей жизни, я превратился в уродливое чудовище, остался без казённой аппаратуры и даже без трусов ― всего лишили! У вас враги ― какие‑то неведомые нам зортеки, у нас ― врагами вполне можете оказаться вы. Сейчас мы сильнее: вот арестуем вас и будем с отцом изучать в лаборатории, как разумных морских свинок.
– Нас изучать?! ― воскликнул поражённый этой мыслью Бозо.
– Вас, как пришельцев! Земляне до сих пор не решили, что делать при встрече с пришельцами: поселить у себя дома, исследовать в закрытых лабораториях, поместить в зоопарк, набить чучело или съесть.
– При переходе у землян сила умножилась, у нас ― пропала… ― в полубреду бормотала Нибара.
– Да, Ромео, мы так не договаривались! ― сказала Юлёна и по доброй драконьей привычке вскинула свой крутой зад, чтобы ударить хвостом об пол. ― Лично я собиралась путешествовать. ― Она с надеждой посмотрела на свою подругу. ― Маш, мы ещё в мире карапубздиков не побывали: они милейшие существа! От добра добра не ищут: давай вернёмся! А этих героев из Вероны в плен возьмём ― и конец войне!
– Тогда меня выбросите в космос… ― прошептала Нибара. ― Я такого от вас, Иванечка, не ожидала…
– А почему вы решили, что земляне бросятся вам на шею? ― продолжал жёстко Иван, едва взглянув на Нибару. ― Своих кораблей межгалактического класса земляне не создадут ещё, может быть, полсотни лет. Как мы вернёмся? Предлагаете нам полностью зависеть от вас?
– Я дал слово: этот корабль ваш! ― резко сказал Бозо.
– Разрешите встрять, пока вы не переругались насмерть, ― сказала Церола.
– Пожалуйста, ― разрешила Маша.
– Опять слышу «Пожалуйста»… Мой капитан по неопытности решил, что слово хранителя на Земле имеет такую же ценность, как и на Мероне. Но в любом случае, теперь уже нам не обойтись без помощи земного хранителя и кристалла Седьмой колыбели.
– А при чём тут кристалл? ― спросил Иван.
– Кристалл! ― вдруг вскрикнула Маша. ― В нём живая вода! Лёгкая питьевая вода!
– В твоём камушке? ― протянула Юлёна, сощурившись и выпятив нижнюю губу, что означало высшую степень недоверия.
– Выйдут реки, моря, океаны… ― прошептала Нибара. ― Мы будем жить и любить…
Она сидела на Подлизе, безвольно прислонившись к брату. Большие глаза уже не были голубыми и не блистали, они подёрнулись дымкой и едва приоткрывались.
– Нужно уложить её в форму… ― сказал Бозо. ― Иван, помоги.
– У зортеков нет форм для сна и отдыха, ― сказала Церола. ― Знаешь же: они не спят и не отдыхают.
– На корабле где‑то должны быть формы для пленных людей, ― возразил Бозо.
– Верно! ― удивилась Церола. ― Раненая старушка, похоже, умывает руки… Предупреждаю: мне не хватает энергии…
– Держи! ― сказал Бозо, переваливая сестру на Ивана. ― Я ещё раз попробую открыть схему корабля: найти формы.
Иван присел на корточки, и Нибара упала ему на плечо. Он инстинктивно обнял её за талию, прижал к себе, но старательно отворачивался, чтобы не видеть тусклого измождённого лица.
– Странно: нет схемы… ― бормотал Бозо. ― Её, может быть, ввели в память пилотов? Мы столкнулись с новой для меня полосой секретности…
– Я попробую добыть воду, ― сказала Маша, доставая кулон из кармана джинсов.
– Вряд ли выйдет, ― откликнулась Церола. ― Камень объединённый, а со стороны Мероны хранитель недееспособен. Земной хранитель находится сейчас только в статусе курьера для объединённого камня.
– Всезнайка! ― шикнула Юлёна. ― Давай, Маш, пробуй! Или нужно назад поворачивать: запастись всем, и тогда, как все нормальные люди, лететь ― вот и весь мой совет! Где это видано: лететь в чёрный космос без запасов, без тренировок?
