Властелины Сущего. Часть 1

– Блин, кажется, мне что‑то подмешали! – проворчал я.

– Ты уверен? – спросила Сэм с усмешкой.

– А дюжина голых девчат перед тобой тут не при делах? – спросила Настя провокационно, и раскрыла моему взгляду свою промежность ещё больше. Ещё и пальчиками развела, открывая вход во влагалище. Я в первый раз отчётливо увидел настоящую девственность.

– Настя, как так можно? – возмутился я, явно краснея.

Прочитать ей мораль не позволила сорвавшаяся с места Сэм: она соскочила со своего лежака и кинулась ко мне. Остальные тоже приподнялись, готовые сорваться с места, но Сэм загородила от меня всех, подбежав ко мне и прижав к своей шикарной груди. Остальные возмутились, но Сэм была настойчивой и просто повалила меня на мой лежак, а потом буквально запрыгнула на мой член, и тут же вскрикнула от боли. Я тоже почувствовал преодоление какой‑то преграды, которая пропала, и я увидел на члене кровь. Кажется, Сэм была девственницей.

– Ты врала о том, что у тебя были парни?! – возмутился я.

– Ничуть! – морщась, ответила она, – Кажется, с этим языком нам не только прочистили мозги, но и всем девчатам восстановили девственность! Продолжаем!..

Под действием неведомой инопланетной Виагры мне пришлось продолжать до тех пор, пока в нашей камере не закончились девственницы. На втором или даже третьем круге после очередного семяизвержения я почувствовал, что член начал опадать. Я лежал на своём лежаке, а девчата сменялись на моём члене.

– Девчата, я всё! – признался я, когда Сэм, которая уже была на мне в третий раз, попыталась сползти с меня, но я решил не отпускать её.

– Спасибо, Серёжа! – сказала, кажется, Настя, – Я третьего такого подхода уже не вынесу!

– Кое‑кто из нас уже спит, – хихикнув, сказала Юля.

– Я бы поспала по‑настоящему, но свет мешает, – сказала Галя, – И он не выключится, пока Сэм не вернётся на своё место: тут освещение работает только тогда, когда все лежат на своих изголовьях…

Внезапно свет потух.

– Кажется, не факт, – ответила Настя, – Можно и пожелать этого…

– Ничего подобного! – вяло возразила Сэм, – Нужно, чтобы все лежали головой на изголовьях. Я и Серёжа лежим головами на одном изголовье.

Пока Галя объясняла, Сэм сползла с меня, и мы с некоторым трудом улеглись на узком, шириной метр, лежаке. Лежали и обнимали друг друга. Сэм поцеловала меня и сказала:

– Давайте поспим!

– Не возражаем, – ответили почти все…

 

Для меня началась весёлая жизнь, о которой я мечтал в сексуальных мечтах: все двенадцать девчат были готовы трахаться в любое время. Неведомые надзиратели подмешивали мне какую‑то неведомую Виагру так, что я был готов трахать своих девчат практически в любое время. Да и девчатам явно тоже что‑то подмешивали из этого же рода – они тоже были готовы трахаться в любое время. После семяизвержения проходило едва ли пять‑десять минут, как я опять был готов трахать следующую девушку. И при этом держался от получаса до полутора часов, доводя трёх‑пяти девушек до полуобморочного состояния. Правда, через полчаса после пробуждения нам устраивали мойку: кровати исчезали в стене, а на нас лился поток тёплой воды. Для девушек за ширмами туалетов появились зеркала и расчёски. По моим внутренним часам так прошло около недели. За эту неделю я каждую свою сокамерницу выебал не меньше тридцати раз. Если после первого раза они ещё пытались как‑то проявлять ревность и даже плакали, то через субъективные трое суток стали весёлыми, а на пятые сутки даже устраивали для меня и прочих лесбийские шоу. Мы даже боялись представить себе, что нас могут разлучить. И через условную неделю это произошло.

Я уснул в этот раз в одиночестве, с трудом добравшись до своего лежака от лежака Насти. Стоило мне прилечь на свой лежак, как свет потух.

– Спим! – с облегчением сказала Ханна, – После сна я буду первой!

– Как скажешь, – ответила Сэм из противоположного от меня угла, и я начал погружаться в сон…

 

Глава 3.

 

Мне опять снилась какая‑то иная реальность. В этот раз я уловил, что есть некоторое огромное здание или корабль, на котором больше сотни ярко‑выраженных серых образов, пара мутно‑светлых, дюжина мутновато‑серых и порядка десяти тысяч призрачных образов. Сперва около меня был лишь один мутно‑светлый образ, один мутно‑серый и десять призрачных. Мутно‑серым образом был образ Сэм. Я метнулся к светлому образу, который был на месте Насти, но невольно отпрянул – около Насти начал формироваться тёмный образ. И не настолько мутные, как прочие, а ярко‑выраженный! Что называется, переведя дыхание, я начал искать остальных сокамерниц, и тоже увидел около них формирующиеся образы. Только у остальных десяти сокамерниц были такие же призрачные образы. Лишь у Сэм никого не было.

Я попытался понять, куда перенесло Вову и Лёху, и кто окружает их. Почти сразу же наткнулся на Вову, в котором был светлый образ. Если у Насти был какой‑то мутно‑светлый образ, то у Вовы был сияющий образ. И я уловил признаки пола у этих сущностей – у Вовы был несколько иной оттенок, чем у моих сокамерниц. Вова был в компании с одной девушкой, которая имела оттенок призрака. Нашёл и Лёху Васильева – тот имел оттенок призрака, и около него был лишь один призрачный образ. Проверил здание или корабль. На десять с лишним тысяч сущностей было лишь пять мужских образов, считая меня, которые были людьми. Все остальные были женскими образами. Все ярко‑выраженные серые образы были женского пола, но несколько иной внешности – вместо фигур типичных землянок я видел нечто рафинированно‑красивое. Кажется, их внешность была копией ангелов в женском обличии: высокие красивые девушки с огромными крыльями (от пяток и до метра над головой в сложенном состоянии). Только цвет волос и оперения крыльев был какой‑то серый. Кажется, эти наши похитительницы были ещё и выше нас – не ниже двух метров. Впрочем, у одного из этих ярко‑серых образов была рафинированная Серость. Более яркая, чем у остальных. Эта Серость была даже ярче Света Вовы.

Произошло какое‑то моё перемещение, и я остался, как понимаю, в камере с одним Серым образом, а вместо остальных появились иные призрачные образы. Из прежних около меня была лишь Сэм. Изменилось моё окружение: вместо остальных одиннадцати прежних девчат было только пять новых. Невольно отследил изменения около остальных девчат. Девчата из нашей камеры попали в отдельную камеру без всяких дополнений и исключений.

Всё оборвалось визгом девушки, которая разбудила меня.

– Что случилось? – спросил другой голос по‑русски, как мне показалось, с места Шу.

– Вы чего?! – возмутился сонный голос Сэм по‑русски.

Только голос Сэм прозвучал не из противоположного угла, а с соседнего лежака, где спала Ханна.

– Вы кто? – раздался девичий голос тоже по‑русски.