Все эти миры

– Они попытаются закрыть этот проект, – еле слышно буркнул Винни, хотя и обещал молчать.

– Винни, если они не будут прибегать к насилию, то практически ничего не могут сделать. Их власть основана на мнимом авторитете, угрозах и давлении со стороны общества.

– То есть их мы игнорируем, – кивнул Кел.

– А если они начнут стрелять? – спросила Джина. – Я от тебя не отстану, даже не думай. Ты готов открыть огонь по ним?

– Если до этого дойдет, то да, – ответил я. – Самое мощное оружие до сих пор у меня. Но они это знают – как и то, что я могу уничтожить все их объекты в космосе.

Йоши мрачно посмотрел на меня.

– Зачем тебе это, Марк?

– И ты еще спрашиваешь! Мы предполагали, что человечество начнет с чистого листа, без всей доисторической хрени. А вместо этого правительство пытается вернуть нас в прошлое. Я хочу вырвать ему зубы. – Я махнул рукой в сторону Гелия. – Я просто даю людям способ проголосовать ногами.

 

* * *

 

Убеждать никого не пришлось; все с радостью поднялись в Гелий и принялись расхаживать по нему и смотреть через прозрачный купол.

– Зданий тут маловато, – улыбнулся Кел.

– Я не уверен, так ли они нам нужны, – ответил я. – Благодаря куполу мы получаем полный контроль над климатом – никакого дождя, холода и снега. Да, людям понадобится личное пространство, но в целом можно просто жить «аль фреско». – Я топнул по голой металлической поверхности. – Положим слой почвы, тогда везде будет расти трава.

Кел кивнул. К разговору подключилась Тина.

– Марк, у тебя тут просто каркас, неплохой опытный образец, но ему кое‑чего не хватает – грузовых отсеков, посадочных площадок и гаражей для летунов, аварийно‑спасательного оборудования, орудийных площадок, кладовых для провизии, кухонь…

– Ну вот, ее прорвало, – рассмеялся Кел.

– Ну да, такая у меня работа.

– Все нормально, – сказал я. – Джина права: полностью пригодный для жилья город должен обладать инфраструктурой. Поэтому я готов выслушать ваши предложения и с вашей помощью сделать вторую версию Гелия, в которую уже можно переезжать. И конечно, она будет больше: для того чтобы жители могли не только жить, но и работать, нужно место.

Кел кивнул.

– А кого мы пригласим?

– О, вот это уже совсем другой разговор. – Я ждал, что кто‑то поднимет эту тему. – У меня есть кое‑какие заметки…

 

* * *

 

Джина взяла из холодильника Кела пару банок пива и снова села на диван. Одну она протянула Винни, вторую вскрыла сама и, кивнув в мою сторону, сказала:

– Марк, если ты дашь доступ всем, то фактически пригласишь в город шпионов Совета.

– Джина, мне плевать. Более того, я собираюсь отправить план проекта в соответствующие департаменты правительства.

– Только не жди, что тебе выдадут разрешение на строительство, – ухмыльнулся Кел.

– Нет, я не рассчитываю на то, что они будут действовать быстро, – усмехнулся я. – Но моя цель – сделать проект как можно более прозрачным. Никаких тайн, никакого шпионажа, все на виду. Каждый сможет получить информацию о проекте. Тем самым мы нейтрализуем действия Совета.

– А диверсии? – спросила Джина.

– Ого! – Я нахмурился. – Но ведь диверсии будут уже после того, когда в городе появятся люди. Может, я наивен, но я не думаю, что Совет готов убивать.

– Ты прав, – сказала Джина.

– Ну вот, – улыбнулся я.

– Ты действительно наивен, – улыбнулась она.

Я закатил глаза; Винни и Кел рассмеялись.

– Ну ладно, – продолжил я. – Но если до этого дойдет, значит, начнется война.

– Вот и я об этом, – сказал Винни. – Вив ля революсьон.

Я снова вздохнул. Не знаю почему, но происходящее сильно меня утомляло.

– Повторяю: мне бы хотелось полностью этого избежать. Послушайте, мы же не делаем ничего плохого – не взрываем бомбы, не устраиваем забастовок, не штурмуем Бастилию и даже не уплываем на запад. Люди будут и дальше работать, производить продовольствие, промышленные товары и так далее. Просто у них будет другой почтовый адрес.

– Что это еще за фигня – «почтовый адрес»? – спросил Винни.

Я ухмыльнулся.

– Извини. Это из прошлого, когда тебя еще не было. Я хотел сказать, что они будут жить в другом месте. Смысл в чем: никаких минусов у проекта для Совета нет – на экономику это никак не повлияет. Да, мы покажем им нос, и они, наверное, будут ворчать. Но стрелять? Убивать людей? – Я покачал головой. – Я не утверждаю, что это невозможно, но после такого Совет полностью утратит доверие.

Джина закатила глаза.

– Марк, ты одиночка, и, судя по твоим словам, ты всегда был таким. И ты никогда не стремился к власти. Но есть люди, которым она нужна. Забрав у Совета его подданных – а ты делаешь именно это, – ты объявишь ему войну.

– Ты такая оптимистка, – ухмыльнулся я. – Обожаю твою картину мира.

– Марк, кроме шуток. Когда я говорю «война», я имею в виду, что они первым делом постараются тебя ликвидировать. Ты не обладаешь неуязвимостью, нападать на тебя не запрещено. А если лет через двадцать тут появятся Бобы, их поставят перед свершившимся фактом.

– Ты слегка сгущаешь краски, да?

Джина наклонила голову набок.

– Марк, если противники не разделяют твою точку зрения, это не значит, что они тупы. Они понимают, что ты можешь представлять опасность для них. И они знают, что ты на нашей стороне – хотя бы из‑за всего этого… – Джина обвела рукой вокруг себя. – Им придется сделать тебя одной из главных целей.

Я потрясенно уставился на Джину. Логика подтверждала ее правоту. А я ни от кого не скрывал своих перемещений, того, чем я занимаюсь и так далее. Мне придется полностью пересмотреть свое поведение.