Я приду с дождём
Ах, если бы дело было в работе…
– Иди спать, жаворонок. Я тоже скоро присоединюсь.
Брат развел руками и потянул на себя оконные створки. Мгновенное засыпание после контакта с подушкой было одной из лучших особенностей Тэхёна.
Но сейчас Минне было одиноко.
«Даже поделиться не с кем. Тэхён ему шею свернет, и остаток жизни я потрачу на то, чтобы вытащить его из тюрьмы. А от Джиён я скрываю, что Юнхо – брат Ли Хёна. Мама? Без комментариев…»
Минна не догадывалась, что Юнхо сидел на соседней крыше, обняв согнутые в коленях ноги, и наблюдал за ней. Его пальцы нервно дрожали, но он пытался удержать самообладание, сжав их в кулаки.
«Поцелуй Правды должен был показать прошлое, а показал будущее. Очень странное будущее, – размышлял он. – Все тело горит. Ён Сихван предупреждал о последствиях физического контакта с людьми».
* * *
Минна настолько углубилась в рассуждения, что посчитала град из крошек шифера чем‑то обыденным. Когда она сняла с макушки клочок мха, рядом с кедами брякнулась глиняная чешуйка. Девушка отскочила назад и посмотрела на крышу – ничего.
«Совсем обветшала. Завтра попрошу госпожу Пак Набом вызвать мастера. А то так и до черепно‑мозговой травмы недалеко».
Вернувшись в квартиру, Минна обняла диван. Как никак, он стал родным и видел все: от слез до утренних слюней. Она потрясла телефон, будто рассчитывала, что из него выпадет конверт.
«Ну, пожалуйста! Хоть один ответ на резюме! В Сеуле сетевые сбои?»
С приходом темноты зрение сильно село. Рука машинально потянулась к очкам, но нащупала надкусанный пончик. Очки выдали себя хрустом оправы под коленом, и Минна нацепила их на нос.
«Тэхён же убрал пончики. Или у меня ранняя деменция?»
Девушка поплелась в ванную, чтобы отмыть руки от липкой шоколадной глазури, и замерла, встретив свое отражение в овальном зеркале. Из‑за постоянного мониторинга электронной почты вокруг глаз образовались коричневые круги. Губы побледнели, а прическа походила на швабру после уборки машинного масла.
«И такой я предстала перед Ли Юнхо? Просто убейте меня!»
Экстренно запрыгнув в ванну, Минна включила душ. Вскоре шум воды прорвал грохот. Девушка обмоталась полотенцем и направилась в туалет, решив, что с полки упали моющие средства. Это часто случалось из‑за сломанной щеколды. Включив свет, она заверещала, хватаясь то за веник, то за прикрывающее наготу полотенце.
– А‑а‑а! Это самая сильная галлюцинация за вечер!
На унитазе, в белом пиджаке и спущенных по колено брюках, листал журнал Ли Хён.
– А‑а‑а! – отреагировал айдол, забравшись с ботинками на сливной бачок. – Спокойно, это всего лишь я!
– Всего лишь? Господин Ли Хён?
Минна бросила веник и отвернулась.
– Встречай нового квартиранта! – просиял гость, натягивая штаны. – Извини, Фанатка номер один. Не знал, что ты настолько впечатлительная. Понимаю, не всякому дано по‑свойски поболтать со звездой.
– Я не ваша фана… Как вы вошли?
– Через подъезд. У меня есть ключ от внутренней двери. Кто ходит домой по пожарной лестнице?
– Я!
– Кстати, уже можешь смотреть.
Минна глянула на айдола сквозь раздвинутые пальцы.
– Вам что, скучно жить?
– Эм‑м, мне непривычно вести диалог с девушкой в туалете, – блогер открыл дверь и пропустил Минну вперед. – А ты стройнее, чем казалась в мешке, который нацепила на мероприятие.
– Отвернитесь! Мне нужно одеться!
Ли Хён продемонстрировал спину и прогулялся по комнате, с деловым видом оценивая перспективы.
– Здесь жуткая дыра. Как насчет ремонта? Я все оплачу.
– Было бы потрясающе.
Надев пижаму в ускоренном режиме, Минна вжалась в угол дивана, опасливо следуя взглядом за передвижениями нового соседа. На столике она нащупала пачку таблеток от аллергии и снотворное, и, разворачивая инструкцию, пробормотала:
– В побочных эффектах наверняка указаны галлюцинации. Ли Юнхо не мог так глубоко проникнуть в мозг, чтобы мне мерещилось все, связанное с ним.
Но Ли Хён был настоящим и освоился на новом месте за полчаса, сходив на чердак и заглянув в холодильник.
– Нда‑а… Негусто. А кто это спит наверху?
– Мой брат.
– А… – Блондин потрепал подбородок и присел рядом с Минной. – Не волнуйся, соседство временное и вынужденное.
По мере того, как парень подвигался ближе, Минна отползала назад.
– Почему именно эта квартира?
– Я все объясню позже. У меня неприятности.
– И вы хотите, чтобы они были у нас обоих?
– Не думай о прессе и репортерах.
– У вас ведь GPS отключен?
– Нет! – Хён с перепугу запустил телефоном в стену. Осознав, что натворил, он протер лоб носовым платком. – Ладно, у меня есть запасной. Понимаешь, с братом у меня что‑то наподобие игры «убегай‑догоняй». Он требует возглавить… м‑м, крупную корпорацию, которая переходит мне по наследству. Взгляни на это тело! Оно создано вдохновлять, а не управлять!
– Так откажитесь. Должность – не воинская присяга. Я, например, уехала в Сеул, хотя маме нужна была моя помощь в гостинице. Это единственное, что я сделала вопреки своим принципам, потому что есть решения, от которых зависит наша судьба.
– С Юнхо так просто не договориться.
– Он сегодня внезапно объявился, сделал нечто странное и… сбежал без объяснений.
– Знаю, я был неподалеку.
– Вы все видели? Стыд‑то какой! У богатых свои причуды, да?
– Мой брат… социопат, рос без родителей. Быстро заводится и выбирает нестандартные способы успокоиться.
– Что? А я здесь при чем?
