Заснувшая вода

Пачи оторвалась от стены и открыла глаза. Это был Заам – верхом на своем коне. Внешне брат с сестрой были очень похожи: те же большие карие глаза, густые, с крутым изгибом, брови, тот же овал лица и форма губ, только нос у Заама был крупнее, а также его отличали выдающийся подбородок и широкие скулы. Их часто называли двойней, да и разница в возрасте была мизерной – год с небольшим. При этом Заам был высоким и коренастым, а Пачи – небольшого роста, стройная, как тростинка.

– Как ты подъехал так незаметно? – только и спросила Пачи.

– Не знаю, я специально ни от кого не таился, – ответил Заам, – а вот ты, по‑моему, от кого‑то прячешься!

Пачи не знала, что сказать ему в ответ. Ей на помощь пришла подоспевшая вовремя, Лема.

– Она ждет меня, мы идем к роднику, – вступила она в разговор.

Увидев Лему, Заам, слегка растерялся, смущенно отводя глаза, а затем, обращаясь к Пачи, сказал:

– Ты ведь должна была уже вернуться с родника? Не так ли?

– Я забыла там кое‑что, – глядя на брата, виновато ответила Пачи.

Заам удивленно смотрел на девушек, пытаясь понять происходящее.

– Ну пойдем скорее, что ты стоишь как вкопанная, – потянув Пачи за руку, сказала Лема. – Дома ждут воду, – и она увлекла подругу за собой.

– Только маме ничего не говори, – обернувшись на ходу к Зааму, попросила Пачи – мы скоро вернемся…

– Подождите, я пойду с вами, – немного замешкавшись, прокричал им вслед Заам.

Он спрыгнул с коня и, привязав его к изгороди, побежал за девушками.

– Ты думаешь, я оставлю тебя после вчерашнего приключения? – догнав их, сказал Заам, обращаясь к Пачи.

– Не нужно, правда, не ходи с нами, – просила Пачи брата. Лема молча шла рядом.

– Твои уговоры ни к чему, зря не старайся. Я иду с вами – это решено! – твердо заявил Заам, не сбавляя шага. – Что бы ты там ни натворила, я буду рядом.

– Ослушаешься старшую сестру? – не оставляла попыток остановить брата Пачи.

– Я мужчина, как сказал, так и будет, и хватит уже перечить мне! – ответил Заам.

Лема с восхищением посмотрела на Заама, он поймал ее взгляд. Она одобрительно едва заметно кивнула головой и опустила глаза.

Вскоре все трое были у родника. Кувшин стоял на том же месте, где Пачи оставила его. Она осторожно оглянулась по сторонам, стараясь, чтобы Заам не заметил ее волнения. Лема подошла к подруге и заглянула ей в глаза:

– Успокойся, все хорошо, здесь нет никого. Бери кувшин и пойдем к роднику, – тихо сказала она.

Заам стоял в стороне и внимательно наблюдал за девушками.

– Вы собираетесь наполнять свои кувшины водой или мне это сделать за вас?! – прокричал он.

Девушки послушно спустились к роднику. Заам подошел к ним.

– Так ты оставила здесь свой кувшин? – спросил он у Пачи.

– Да, – не поднимая глаз, ответила она.

– Ты была при этом? – спросил Заам, обращаясь к Леме.

Лема отрицательно покачала головой. Заам еще раз осмотрелся вокруг.

– Ладно, кто бы тебя ни спугнул, я найду его и разберусь с ним по‑мужски, – сказал Заам.

– Он ничего плохого мне не сделал! – встрепенулась Пачи.

– Лучше молчи, – одернула ее Лема. Заам сердито посмотрел на сестру.

– Я лишь узнаю, что ему от тебя нужно, если ты не против! – с укором добавил он. Пачи смиренно опустила глаза.

Молча наполнив кувшины водой под настойчивый говор неугомонной реки и водрузив их на плечи, девушки отошли в сторону. Заам, наклонился к роднику и сделал несколько глотков воды.

– Мы готовы идти, – сказала Лема чуть погодя.

– Да, пора возвращаться, – сказал Заам, утирая капли воды с подбородка, напоследок оглядевшись вокруг еще раз.

Он довел девушек до оживленного места и попросил остановиться.

– Дальше пойдете сами. Я задержусь здесь ненадолго и догоню вас чуть позже, – сказал Заам.

– Не задерживайся, – не смея больше возражать брату, только и сказала Пачи.

– Пойдем, – сказала Лема, разворачивая Пачи за плечо. – Не волнуйся, – Лема обернулась к Зааму, – Пачи будет ждать твоего возвращения дома.

– Спасибо, Лема, – будто извиняясь, ответил Заам. – Будьте осторожны.

И девушки отправились в обратную дорогу. Шли молча. Пачи изредка украдкой поглядывала на Лему, та делала вид, что не замечает ее. Когда впереди показались очертания родного села, Лема вздохнула с облегчением.

– Интересно, зачем Заам остался? – первая заговорила Пачи.

– Вот и спросишь его, когда он вернется, – ответила Лема.

– Да, если смелости наберусь! – заметила Пачи.

Лема удивленно посмотрела на Пачи.

– Судя по твоим последним поступкам, смелости тебе не занимать! – заключила она.

– Ну хватит уже дуться на меня! – умоляя подругу, попросила Пачи. – Молчишь всю дорогу, я ведь знаю, тебе есть что сказать.

Тут Лема резко остановилась, поставила кувшин на землю и развернулась к Пачи.

– Знает она! Ничего ты не знаешь! – не сдерживая гнева, заявила Лема. – Влюбилась в кого‑то, пошла к нему на свидание и ничего не сказала мне – своей лучшей подруге?!

– Что? – не зная куда деваться от возмущения, произнесла Пачи и рывком сняла кувшин с плеч. – С чего это ты взяла, что я влюбилась?

– С того! А то по тебе не видно! – не сомневаясь в своей правоте, сказала Лема. – Ты думаешь, я не узнала того парня с родника, с которого ты глаз не сводила, прячась за деревьями?

– А разве не ты, не стесняясь, увивалась вокруг него? Да еще и песню с намеком пела! – парировала Пачи.

– Посмотрите‑ка на нее, она уже ревнует! – возмутилась Лема.

– Кто – я? Это я ревную? – переспросила Пачи и встала «руки в боки». – Да я даже не знаю его толком.

– При этом доверилась ему настолько, что, не предупредив никого, пошла к нему на встречу? – заметила Лема.

– Он застал меня врасплох: я дала обещание, что приду, и не могла его не сдержать! – оправдывалась Пачи.

– Смотрите, какая честная! Может, ты и замуж за него выйти пообещала? – не отставала Лема.

– Он не просил об этом, а то бы пообещала! – назло подруге ответила Пачи.

– Попросит обязательно, вот увидишь! – заверила Лема. – Надеюсь, хотя бы на свадьбу позовешь.

Пачи изумленно глянула на подругу.

– Да ну тебя, Лем. У тебя одни свадьбы на уме! – отмахнулась от нее Пачи.

– А у тебя разве нет? Вот и сестра твоя двоюродная, Либи, послезавтра замуж выходит. И ты, видно, скоро. Как тут не задуматься?! – посетовала Лема.

– Ох, только не прибедняйся. Будто я не вижу, как вы с Заамом переглядываетесь! – Пачи изобразила томный взгляд.

– Что? Да я его с детства знаю! – стараясь говорить спокойно и не выдать себя, сказала Лема.