Зигзаг будущего. Виток первый. Хорошая девочка Лида
«Видимо, это место для содержания преступников, – догадалась незадачливая туристка. – Только бы туда не посадили! Ничего страшного, если разобраться, но вот само слово «заключенная»… Бр‑р‑р!»
Из мебели в помещении были установлены письменный стол; стул с сиденьем, обтянутым кожзамом; фанерный двустворчатый шкаф да жесткая деревянная табуретка перед столом – для «посетителей». На нее полицейский и усадил Лиду, а сам расположился напротив. Положил перед собой фуражку, достал из ящика под столешницей лист бумаги, ручку и представился:
– Сержант полиции Николай Весельчаков! Нарушаем?! Как зовут, где проживаем?
Лида сидела, хлопая глазами, растерянно взирая на юного сержанта. Его темно‑русые волосы были коротко подстрижены, выразительные карие глаза сидели глубоко, отчего крупный нос с горбинкой казался еще больше и сильнее контрастировал с пушистыми ресницами, мягкими очертаниями ярко‑розовых, почти девчачьих губ и аккуратным треугольным подбородком.
– Ну что молчишь, правонарушитель? Имя есть у тебя? – снова спросил полицейский.
– Лидия Уткина, ж‑живу на улице Малышева, – запинаясь, отозвалась девочка.
– А как ты прошла в метро, Лидия Уткина? Тетя Фро… То есть дежурная у эскалатора видела, что у тебя не было карточки.
– Честное слово, не знаю, товарищ сержант полиции! Турникет как‑то сам открылся. Или он был открыт? Я и сама не поняла: прошла – и всё! Я не специально, поверьте!.. – Девчонке приходилось напропалую врать, чтобы сохранить тайну.
– Ладно. Ясно, что ничего не ясно, – подытожил полицейский. – Но это, в конце концов, неважно. Важно – что ты раскаялась и готова оплатить штраф. Верно?
– Это безусловно! Я готова! Только у меня денег нет. С собой…
– Понятненько… И куда мы направляемся зайцем и без денег?
– Я в университет поступаю. И там же живу рядом, у родственников. На «Юго‑Западной». Мне бы домой попасть, товарищ сержант…
– Хм… Поступаешь, значит… А как дальше собираешься передвигаться по Москве без средств?..
– Так у меня с собой нет. А вообще очень даже есть!.. Так получилось, товарищ сержант…
– Ну что же, Лидия Уткина, обстоятельства твои мне понятны. И то, что без денег оказалась, – сам студентом был, знаю, дело обычное. Поэтому я на первый раз делаю тебе предупреждение. Только больше не нарушай! Обещаешь?
– Обещаю!
– Ну, тогда я как лицо, уполномоченное властью, решаю тебя… отпустить. Свободна! – Сержант убрал обратно в ящик чистый листок и ручку. – Проводить тебя на улицу?
– Извините, Николай Весельчаков, но мне бы в метро… – робко проговорила девочка.
Сержант полиции Весельчаков расхохотался:
– Дяденька, дайте попить, а то так есть хочется, аж переночевать негде! – Поднявшись, он нахлобучил на голову, почти до горбатой переносицы, фуражку и указал на входную дверь: – Прошу! После вас!
Лида не стала ждать, пока ее будут упрашивать, и выскочила из зеленой комнаты, но потом ей пришлось пропустить сержанта вперед: не стоило показывать, что она хорошо ориентируется в потаенных коридорах метрополитена благодаря загруженным в память картам местности и геолокации. А добрый полицейский проводил свою подопечную по служебным проходам прямо на платформу, до поезда в сторону метро «Университет». Оказав таким образом помощь, сержант попрощался и, улыбаясь, удалился. Тут как раз подошел состав. Лида вошла в вагон, отзвучало традиционное: «Осторожно, двери закрываются…» Тронулись!
«Следующая станция – „Охотный ряд“. Правильной дорогой идем – вернее, едем!»
Что такое руфинг?
Внутри вагона было уютно и чисто. Мягкие сиденья, много поручней, чтобы держаться. Во внутренней отделке салона были использованы негорючие материалы: пластик, металл, стекло. Лиде это нравилось. Как и информационные табло типа «бегущая строка», и электронная схема маршрута движения поезда над дверьми, и экраны с трансляцией новостей мегаполиса. Всё было продуманно и технологично. Вагон двигался плавно, но быстро. За окном проносились серые стены и мелькали огни каких‑то ламп.
Всё это было необычно для девочки из двадцать второго века, ведь в будущем по туннелям метро людей со скоростью пули доставляли на нужную станцию комфортабельные индивидуальные кабины. Окон в них не делали – за ненадобностью: высочайшая скорость движения всё равно не позволила бы что‑либо разглядеть. На каждой станции пассажиров ожидали одновременно сотни капсул. Встал в такую, произнес название станции назначения или выбрал ее на сенсорном экране – и за считаные секунды оказался в нужном месте. А если едешь с компанией, на помощь приходит открытое в конце двадцать первого века четвертое пространственное измерение, расширяющее капсулу до нужной вместимости. Путешествие из Петербурга в Москву занимало теперь пятнадцать минут. Ведь метро превратилось в новую систему передвижения, вследствие чего были соединены между собой чуть ли не все города земного шара. Конечно, веток и станций пересадок никто не отменял, но благодаря тому, что перемещения стали чрезвычайно быстрыми, была полностью решена проблема загруженности этого нового метрополитена. На платформах задерживались только туристы, которые, как и сто лет назад, приезжали полюбоваться красотами вокзалов и станций метро.
С Лидой ехало довольно много пассажиров, некоторые оставляли на полу лужицы: это были те, кто только что спустился с поверхности, где шел дождь.
Девочка вздрогнула, когда кто‑то крикнул прямо у нее над ухом! Хорошо, что рефлексы не сработали на самооборону! Иначе бы несдобровать этому высокому темноволосому юноше лет семнадцати‑восемнадцати на вид.
«Первая инструкция!.. – тут же возникло в голове Лиды. – Да ясно, ясно, пошутить нельзя… Говорит, хочет познакомиться. Собственная важность тут явно в приоритете! Сообщил, что его имя – Максим».
– Я – Лида.
– Редкое имя!
– Да, про твое такого не скажешь!
– А ты колючка! Чем занимаешься?
– Да разными вещами. В метро вот еду.
– А я…
– Да я не спрашивала!
Но парня уже было не остановить! Лиде пришлось выслушать, что он спасает животных (на каком‑то там сайте в интернете есть информация), что в этом году он поступил по результатам ЕГЭ аж в три вуза («А‑бал‑деть!»), в том числе в МГУ, на факультет вычислительной математики и кибернетики. («Хм…»)
– Только в последнее время некогда думать про учебу: всерьез увлекся руфингом…
«Такой деловой!» – отметила Лида про себя, а вслух притворилась удивленной:
– Это что за чудище?!
