Академия Драконесс

Найли зевнула и поправила закутанные в полотенце волосы.

– А еще халат жесткий. Из шкафа не берите. Возьмите те, что в купальне, они мягче.

Мы с Лейлой ничего не ответили. Наскоро помыли руки в предоставленной слугами глубокой чаше, полив друг другу из кувшина, и сели за стол. Его пришлось немного подвинуть к кровати. Стульев‑то было два, а нас трое.

Ужин оказался хоть и простым, картошка с мясом и квас, но очень вкусным. Хлеб, явно приготовленный самой хозяйкой в деревенской печи, пах просто изумительно и оказался очень вкусным и хрустящим. Квас на черных корках мы выпили с удовольствием. Дома у нас его не делали. Но помнится, как‑то на ярмарке, что приезжала по весне, был точно такой же, в деревянных бочках. Темный, с запахом хлеба и едва уловимой горчинкой.

– Что‑то мне подсказывает, что в академии нас так кормить не будут. Поэтому наедаемся, девочки, – подмигнула нам Лейла.

– Вот и хорошо, – отодвинула от себя тарелку Найли. – Девушке не пристало много жрать.

– Фу, – поморщилась Лейла. – Это ты у своих недалеких кавалеров научилась так выражаться.

– Это смотря на тебя у меня вырвалось, – парировала сестра.

– Я, может, и не красавица, – усмехнулась Лейла, – зато у меня с мозгами все в порядке.

– Это смотря с какой стороны посмотреть, – кинула язвительно Найли.

– Девочки! – строго произнесла я.

Лейла с Найли переглянулись.

– Ты полегче, – сказала Лейла. – После того как в тебе появилась Тень, становится страшно, если ты раздражена.

Я стушевалась и промолчала. Я и сама себя пугала. Некоторое время в комнате была тишина.

– Ая, – вдруг попросила Найли, – а можно я у тебя в комнате переночую?

Мы с Лейлой быстро переглянулись.

– А что не так с твоей комнатой? – полюбопытствовала я.

Найли потупила взгляд.

– С моей все прекрасно. Но… Там балкона нет.

– А ты уже куда‑то намылилась? – нахмурилась Лейла. – Через балкон решила бежать? Куда? Неужели успела увидеть в этом селе интересного парня?

Найли закатила глаза.

– И это ты себя ассоциируешь с умной? У тебя о себе завышенное самомнение.

Лейла решила пропустить колкость сестры мимо ушей.

– Так зачем тебе балкон? – повторила она вопрос.

Найли потупилась.

– Я хотела кое с кем связаться. А вы же знаете, для дальних ментальных сообщений нужно открытое пространство. А у меня комнатка два на два.

Мы с Лейлой глаза округлили. Найли, конечно, была кокетка, и парней за ней много увивалось, которых она не оставляла без своего внимания. Но при всей своей любви к хорошеньким мальчикам она еще никогда не была в отношениях. Иначе мы бы об этом знали. Или все‑таки не знали?

– Кому? – изумилась Лейла. – Кто этот несчастный?

Нашему удивлению не было предела.

– Так, – строго начала я. – Или ты все рассказываешь, или ночуешь у себя.

Найли посмотрела на меня и отчаянно покраснела.

– Стэн.

– Что Стэн? – нахмурилась я.

– Какой Стэн? – растерялась Лейла и тут же выпучила глаза. – Герцогский сынок! Ты когда успела с ним снюхаться?

– На балу, – невозмутимо ответила Найли. – Я обещала с ним связаться. Он переживал, как мы будем добираться.

– Переживал?! – вместе вскрикнули мы с Лейлой.

– Что ты ему наобещала? – вскочила со стула сестра.

– У вас что‑то было, Найли? – испугалась я за честь девушки.

Та глаза закатила.

– О чем вы? – надула губы. – Ничего такого у меня с ним не было. Ну позволила поцеловать себя. Всего один раз.

– Что? – от нашего совместного с Лейлой крика звякнули статуэтки на полке.

Найли на нас ошарашенно посмотрела.

– Девочки, вы чего? Я же в щеку!

Лейла с размаху села на кровать.

Я облегченно выдохнула, но с остатками подозрений спросила:

– Точно?

Найли нахмурилась.

– Ну не думаете же вы, что я буду целоваться с парнем, которого знаю всего один вечер! – на меня с прищуром посмотрела. – Или думаете?

– Не думаем, – торопливо ответила я. – Просто испугались.

– За что испугались? – недоверчиво поинтересовалась Найли.

– Да за тебя, дуреху! – выдала Лейла. – Кто знает, что в твоей башке. Может, тебя герцогский сын речами очаровал, и ты пустилась во все тяжкие.

– Ага, значит, все‑таки думаете, что я совсем ветреная и без царя в голове! – усмехнулась Найли.

– Прекрати, – вспыхнула я. – Я верю, что ничего предосудительного ты не делала.

– А если делала? – с прищуром посмотрела на нас сестрица.

– Что? – взревели мы с Лейлой вновь.

Найли рассмеялась.

– Видели бы вы сейчас свои лица. Успокойтесь. Ничего я не делала. Легкий поцелуй в щеку. Это все, что я позволила. Я, может, и глупышка, но в делах амурных получше вас соображаю. И уж точно не позволю ничего лишнего, пока не буду уверена в своем партнере. Я не верю во все эти бла‑бла‑бла, что так любят навешивать нам мужчины. Действия, вот что характеризует отношения парня к тебе. И пока я не увижу, что меня и правда любят и ценят, большее, что могут получить, мою улыбку и поцелуй в щеку.

Лейла облегченно усмехнулась.

– Не такая уж ты и глупышка, сестренка.

Махнула нам рукой и направилась к выходу.

– Я спать, хватит сегодня потрясений. Стэну от меня привет. Всем доброй ночи.

И вышла. А в комнату вошел мальчик‑слуга.

– Я могу убрать со стола? – не поднимая на нас взгляд, спросил он.

– Да, конечно, – кивнула я, вставая и обращаясь уже к Найли. – Оставайся в моей комнате. Мне все равно, где спать. Только долго не переговаривайтесь. Утром вставать рано.