Академия счастья 2, или Пирожные всегда в цене!

Мне показалось, что это самое безопасное место в Академии. Рядом журчит вода, элементаль бдит – я видела два любопытных глаза, когда подошла, и подслушать в такой обстановке разговор трудно.

– А теперь рассказывай ты, – Ларри сложила руки на груди и многозначительно замолчала.

– Что говорить‑то? Влипла я… – вздохнула, не скрывая грусти.

– То есть влюбилась? – подругу было не сбить с толку, она явно настроилась выпытать правду, но говорить, пусть даже и лучшей подруге, то, что на сердце, оказалось нелегко.

– Сама не пойму, – я коснулась пальчиками воды и решилась, – Он мне нравился поначалу. Взрослый, серьезный. Ухаживал ненавязчиво, я даже не сразу и поняла, что нравлюсь. Сильный, красивый. Умный…

– Слушай, да ты втрескалась по уши! – вскричала Ларри.

– Тсс, – я обернулась, но вокруг все так же было – ни души, – Говорю же, поначалу. А потом он нас предал. Ну, то есть он обманул директора, и вроде как нас потом спас…

Я запуталась в объяснениях, но решила договорить до конца:

– И в этот момент в душе что‑то перевернулось. Образ светлого рыцаря померк…

– Куда уж светлее, – фыркнула подруга, – Чуть не съел.

– Нет, он хорошо контролирует себя. Поэтому наместник его и оставил.

– Да ты его защищаешь, – подколола Ларри, сделав хитрющие глаза.

– И ничего не защищаю! Я тебе правду рассказываю, – я не на шутку рассердилась, – Он не плохой, ведь мог убить нас всех, когда мы обессилили, скорее, наоборот – спас от Диммока, но его желание жениться – ни в какие ворота не лезет.

– А вы целовались? – задала ни в тему вопрос подруга, и мне пришлось даже обрызгать ее.

– Это тут еще причем?

– Ну, тебе понравилось? Да хватит брызгаться, я серьезно!

– Ну и что, если понравилось? – я вызывающе зачерпнула полную ладонь воды и пригрозила: – Мы итак опаздываем на пары. Хочешь пойти в комнату переодеться?

– Бука ты! – притворно обиделась Ларри, – Будешь так себя вести, ничего не скажу.

– О чем ты? – я помедлила, потому что откровенно поливать подругу не хотела. Так, припугнуть, чтобы не докапывалась до ненужного. А поцелуи с бывшим куратором, а теперь директором – это явно ненужное.

– Почему Винсент к тебе прилип, – Ларри показала мне язык и демонстративно отвернулась.

– Да ты шутишь, – я выпустила капельки из ладони и сама протерла себе лоб. Мысль, что я сейчас узнаю причину моего заточения, почему‑то вызывала учащенное сердцебиение. Этак я и инфаркт схлопочу. Интересно, у фей бывает инфаркт? Вроде мы должны жить вечно…

– На самом деле есть несколько вариантов, – подруга у меня попалась отходчивая, что мне безумно в ней нравилось. Вот и сейчас с маниакальным блеском в глазах она наклонилась ближе и сказала:

– Во‑первых, каждый поцелуй феи помнят.

– То есть? – опешила я.

– Ну, это как отпечаток на ауре, на токе энергий. То есть то, что ты стала закрепленным напарником Джуна, твое тело будет помнить семь лет.

– И? – я ужаснулась, что у моего тела есть память, но решила на этом не заострять внимание.

– И если фея обладает огромной силой, то впечатление от поцелуя усиливается. То есть, если поцелуй приятный, хочется повторить его снова. Кстати, дорогая, может, объяснишь, почему ты сияешь, как брильянт? Что я пропустила, пока лежала в коме?

– Ооо, Ларри, – я не могла скрыть чувства вины и пожала ей руку, – Прости, что не смогла помочь тебе.

– Ты прислала мне помощь, я знаю, – подруга встряхнула волосами, будто отгоняя грустные воспоминания и снова спросила: – Так что с тобой, Лика?

– Ты не поверишь… – протянула я.

– Начало заманчивое. Давай, жги! – подбодрила Ларри и сделала страшное лицо, будто испугалась меня.

– Я – чистокровная фея. Мои родители… Они вроде как из королевской семьи… И Гюрон – двоюродный брат.

– А Вий? – сразу же среагировала Ларри, не слишком удивившись.

– Племянник.

– Ну, дела… – она некоторое время обдумывала услышанное, – Но у нас браки между двоюродными разрешаются, – поспешила заверить она, – На Земле, я слышала – по‑другому. А так – фей слишком мало, и все мы, в разной степени состоим друг с другом в родстве. А феоши тоже нечасто попадают в наше Царство, так что…

– Ах, ты сводница! – рассердилась я и пригрозила подруге: – Будешь навязывать мне Гюрона, я тебя…

– Нет, он опасен, – стала серьезной Ларри, – Я не знаю, как он смог остановить тьму. В Академии только об этом и говорят. Ну, и еще о вашей свадьбе. Вроде как наместник вмешался, но я не понимаю, причем тут он.

– Лар, давай по делу, – тут я вспомнила, что мне приказали учиться, и от этого стала нервничать, – Первая версия, что наши поцелуи произвели на куратора неизгладимое впечатление – не засчитывается. Будешь смеяться, но я не очень хорошо целуюсь. Если честно, это мой первый поцелуй. Блин… – тут я осознала, что вообще произошло: – Свои первые поцелуи я подарила чудовищу! Это ужасно!

– Вторая версия была про интим, но раз у вас ничего никуда не зашло… – подруга выразительно посмотрела, но я судорожно замотала головой, – Тогда отпадает. А вот королевская кровь…

– Что с ней? – содрогнулась я.

Почему‑то не было у меня уверенности, что королевское родство мне поможет. Сыграет злую шутку– вполне себе понятный сценарий. А вот становление из бедной феоши в королеву – нет, увольте, такое только в книжках бывает. А мне уже столько всего пришлось хлебнуть…

– Думаю, либо усиление энергетического потенциала, либо… – Ларри замолчала, пораженная догадкой.

– Ну, что там со вторым либо? – дернула ее за платье.

Но подруга не успела ответить, потому что вдруг замахала руками и едва удержалась, чтобы не упасть в фонтан.

– Прогуливаем? – раздался холодный голос и медленной вальяжной походкой из‑за угла к нам вышел наместник.

Я совсем не ожидала его увидеть и не нашлась, что ответить. У подруги же буквально отвисла челюсть, и она оторопело рассматривала самую известную личность в Царстве.

– Что вы тут делаете? – поняв, что от подруги подмоги не дождешься, я первая встала и с вызовом посмотрела на мужчину.

Ну, и что, что он – наместник, почти что царь в Царстве. И фиг с ним, что он такой большой и могучий. И симпатичный притом. А подслушивать‑то зачем надо?

Хотя я и не была уверена, что с того угла было хоть что‑то слышно – все‑таки журчал фонтан, но приказала себе не сдавать праведного гнева, а встать руки в боки и взывать к чувствам совести.

– Подслушиваете? – уличила его я.

– Отнюдь, – мужчина позволил себе улыбнуться, – Пришел вернуть двух прогульщиц в аудиторию.