Алхимия души

– А мне надоело оберегать, воспитывать и, вообще, быть законопослушным ангелом, – перебивает собеседника Гелий. – Отныне, я буду играть по своим правилам. Хочешь узнать каким? Давай выпьем. Есть у меня на примете один пансионат… Ну же! Соглашайся. Они даже не заметят нашего присутствия.

– Зато заметят утреннее похмелье.

– У меня есть отличный коньяк. И, чего ты переживаешь? Похмелье же будет не у тебя. Если согласишься, у тебя появится шанс отговорить меня от необдуманных поступков.

– На сколько я понял, программа максимум – поговорить? Хотя бы намекни, о чем? Что ты задумал?

– Тебе интересно? Тогда соглашайся на программу минимум. И снова Хайям:

 

«Виночерпий, опять моя чаша пуста!

Чистой влаги иссохшие жаждут уста,

Ибо друга иного у нас не осталось,

У которого совесть была бы чиста».

 

Какие верные слова. Не находишь?

 

Двор Людовика XV 1757 г.

 

Карточная игра была в самом разгаре. Распахнутые окна совсем не спасали от дворцового смрада. Сидящие вокруг стола, обильно политые духами, придворные дамы, всячески пытались отвлечь графа от, происходящего за столом, действия. Их попытки, может быть, и увенчались бы успехом, не будь он графом Сен‑Жермен, по легенде, равнодушным к женским прелестям.

Но даже тошнотворная смесь ароматов духов и дворцовых нечистот, вкупе с напудренной грудью, высоко вздымающейся в глубоком декольте, томными женскими взглядами, призывными улыбками и разнообразием мушек не смогли бы сбить Сен‑Жермена с толку. Он умел абстрагироваться от любых помех. Будь то вонь или женские прелести.

– Ах граф, какой же вы, право, бука, – надула губки одна из дам, сидящая за столом. – А, ведь, говорят, что вы прекрасный собеседник и искусный рассказчик.

– Это так, маркиза, и я тотчас бы доказал вам это, дабы не игра. Ваши прелести слишком очевидны, ваши глаза сверкают, как бриллианты на пряжках моих башмаков. Я, непременно, поддался бы вашему очарованию, но, к сожалению, я очень не люблю проигрывать.

– А еще говорят, что вы почти колдун. Увлекаетесь алхимией. И действуете на женщин совсем магически. Так что в блефе мы на равных, – маркиза выложила карты на стол.

– К моим достоинствам, мадам, вы забыли добавить, мою непревзойденную игру в карты, – граф сделал паузу, выложил на стол свой расклад, сгреб выигрыш и вышел из‑за стола.

В зале было не протолкнутся, но графа мучила жажда. Он поискал было взглядом лакея, как вдруг заметил свежее женское лицо. Испод парика выбился рыжий локон.

«Цвет этого локона совсем такой же, как волосы моей Иромии» – грустно улыбнулся граф. – «Моей возлюбленной из прошлой жизни. Как же давно это было! В Италии, в пятнадцатом веке. Она получила разрешение перевоплотиться? Я уже думал, что не дождусь этого».

Чем дольше Сен‑Жермен смотрел на маленькие ушки, грациозную шею и трогательные плечи девушки, тем сильнее становилась его уверенность в том, что его возлюбленная переродилась в этом прекрасном теле. Судьба опять столкнула их вместе. Граф был счастлив. Он глупо улыбался, глядя ей вслед.

«Но, что она делает в Версале?» – эта мысль согнала улыбку с его лица.

– Новая фаворитка, – вдруг услышал граф услужливую подсказку, подошедшей, маркизы.

– Неожиданный цвет волос для французского двора, – заметил Сен‑Жермен и подумал: «Фаворитка? Ну, это мы еще посмотрим!»

– Кажется она из Италии. И по слухам, страшная неряха.

«Кто бы говорил!» – подумал граф и приложил к носу надушенный платок.

 

Университетская лаборатория

 

– Серега, о чем думаешь? – Антон пихнул в бок приятеля, мечтательно уставившегося в потолок.

– О нобелевской премии, конечно, – ответил тот.

– Ну‑ну! Давай, все‑таки, ближе к реалиям.

– Вот тебе реалии. Последнее время, Антон, происходят некоторые странности. Ко мне на работу повадился один тип. С виду – бандит. Все вынюхивает, выспрашивает о делах лаборатории. Не докопался бы.

– Это тот плешивый старикашка в дорогом костюме, которого я видел на днях в кабинете твоего завлаба? Похоже, я его знаю. Представляешь, он прослушал курс лекций профессора Табачникова о существовании души. Я видел его в аудитории.

– Интересно. Но я наводил о нем справки. У него криминальное прошлое. Кличка – Кислый. Помешан на вечной жизни. Очень боится умереть. Ищет способы продлить свою бандитскую жизнь. Правильное питание, гимнастика, восточная медицина, амулеты, обереги, ведуньи, бабки и, даже, алхимия. Он спонсирует нашу лабораторию.

– Причем здесь мы и его вечная жизнь? – развел руками Антон.

– Ты что, правда, не понимаешь?

Антон отрицательно помотал головой.

– Ты, вроде, учишься на философском факультете. Че такой несообразительный? – поддел друга Сергей, но увидев выражение его лица, добавил: – Ладно, ладно. Давай вместе. И так. Наше средство позволяет… – он сделал паузу и выжидательно уставился на Антона.

– Выйти душе из тела.

– Молодец. И‑и‑и…

– Беспрепятственно войти в другое.

– Бинго! – воскликнул Сергей, ударив друга ладонью по колену.

– Я, кажется, понял, о чем ты. Но молодое, здоровое тело, которое могло бы старикашке пригодиться, как правило…, да нет, всегда, занято.

– И что?

– Нестыковочка получается.

– Отнюдь. Вот ты драться умеешь?

– Ага. Черный пояс по каратэ.

– Че, правда? – Серега распахнул глаза от восхищения. – А душа? Душа твоя умеет?