Amarie

Было принято решение отправлять девочку с третьей волной переселенцев. Дан лично контролировал эвакуацию и ничто не могло укрыться от его взгляда. Он скользил глазами по толпе, хищно сощурив глаза, словно коршун, выслеживающий добычу. Так оно и было – у него оставалась слабая надежда на то, что убийца выдаст себя. Но ничего подобного не случилось и Хели была вынуждена отправиться в Узон под конвоем нескольких солдат, предупрежденных о том, что девчонка может выкинуть какой‑нибудь фортель. Дан знал, что убийца не отправится в кальдеру, из которой нет выхода, поэтому после переселения Архелии в Узон надобность в страже отпадала. Девчонка также не смогла бы сбежать из каменного гнезда, поэтому одной морокой становилось меньше.

Хели с ужасом смотрела на приближающие склоны горы, под которую они должны были войти. Она ненавидела это место и не могла даже представить – каково это будет – провести несколько часов, будучи со всех сторон зажатой камнем. И чем ближе становилась гора, тем больше она замедляла шаг, пока солдат, ведущий ее, не ткнул ей в спину кулаком. Хели прошипела в ответ что‑то ругательное и прикрыла глаза, стараясь не видеть потолок.

Здесь было прохладно и очень темно – если бы не факелы в руках толпы, здесь и вовсе было бы ничего не разглядеть. Каждый шаг под поверхностью горы давался Хели с трудом. Она с отчаянием продумывала план побега, точнее, возврата в Кандир, который теперь казался ей самым чудесным местом на земле.

 

Каган

 

В конце концов она решила попробовать – Дана здесь не было, а со стражами в случае провала можно будет договориться. Она стала идти, как можно ближе прижимаясь к людям, идущим впереди. Стражи подпирали ее сзади. Она попросила факел, чадящий так, что она закашлялась.

Ее голова была замотана в платок, так что она могла не опасаться опалить волосы в процессе побега. В какой‑то момент Хели наклонила факел пылающей частью назад и ткнула ею наугад, попытавшись сделать вид, будто не удержала его. Позади нее шел стражник, которому факел ткнулся в грудь и подпалил бороду, обронив целую кучу искр, которые ослепили всех, кто шел за Хели. Девочка тут же села и затем, когда пропала из поля зрения стражей, занятых тушением товарища, нырнула в толпу. Стражи принялись кричать и требовать немедленно остановить поток людей, чтобы обыскать их и найти Архелию.

Саму Хели кто‑то вдруг схватил за руку и потащил далеко вперед, в то время как стражи обыскивали коридор позади них.

– Каган, – ахнула она, узнав в своем спутнике ночного визитера.

Тот задорно улыбнулся ей, обнажив белоснежные зубы, и продолжил тащить ее.

– Стой, нам не туда!

– Я уверен, что туда, – ответил он и нахлобучил ей на голову здоровенный мешок, наполненный каким‑то тряпьем. – Маскируйся.

Эта нехитрая маскировка вполне устроила ее. Она перестала различать дорогу, так как в лицо постоянно тыкались спины и локти. Более высокий Каган, очевидно, видел куда идет. Впрочем, в одном потоке людей было сложно заблудиться и потерять направление.

– Ты с ума сошел, – Хели наконец надоело идти на поводке, и она взбрыкнула. – Мне не нужно в Узон.

– А я уверен, что нужно, – Каган снова белозубо улыбнулся.

– Нет! – она дернула руку, пытаясь высвободить ее.

– Ты же никогда не была в Узоне.

– Оттуда нельзя сбежать! Я навсегда там останусь!

Каган бесшумно рассмеялся.

– Ты просто не знаешь, как оттуда сбежать.

– А ты знаешь?

– Разумеется, иначе не тащил бы тебя туда. Ты ведь хочешь сбежать из Кандира? Тогда следуй за мной и не задавай лишних вопросов.

Хели не стала колебаться – выхода у нее было. Путь назад был закрыт – там вовсю бесновались стражники, потерявшие девчонку, и теперь они разделились и собирались двигаться вперед. Конечно, скорей всего в Узоне ее найдут, ибо в одной деревне надолго спрятаться невозможно, но какое‑то время она побудет на свободе. Девушка широко улыбнулась, понимая, что снова затевает авантюру, да еще с непонятным пареньком.

Они шли по каменной кишке довольно долго, все это время не размыкая рук. Когда впереди забрезжил свет, Каган натянул платок Хели на половину лица, прикрывая глаза. Она была благодарна за этот жест, ибо солнце, внезапно открывшееся им, ослепило привыкшие ко мраку глаза.

Щурясь, Хели продолжала медленно идти за Каганом, полностью полагаясь на него. Когда она, наконец, смогла разглядеть открывшуюся картину, они уже отошли на приличное расстояние от толпы.

Ноги Хели едва не подкосились от пейзажа, открывшегося перед ней. Это был другой мир. Хели никогда раньше не видела такое количество зеленых деревьев, цветов и лугов, покрытых сочной травой. То есть, зеленую траву она раньше вообще никогда не видела. А здесь она устилала все вплоть до возвышающихся вдалеке краев кальдеры.

Архелия ошеломленно присела и погладила рукой мягкую траву у своих ног. Каган молча наблюдал за ней. Где‑то рядом тонко пропела птица. Хели скинула с головы платок, затем сорвала цветок и поднесла к лицу. Каган заметил слезы на ее щеках.

– Почему ты плачешь? – удивился он.

Та всхлипнула.

– Я никогда такого не видела! Это самое потрясающее место на земле! – Хели неожиданно сорвалась с места и как ветер понеслась по траве.

– Стой! – воскликнул Каган и побежал за ней.

А Хели бежала, смеясь и плача от восторга. Остановилась только у берега большого озера с голубой, совершенно прозрачной водой. Она растерянно замерла, глядя на водную гладь.

– Что с тобой? – засмеялся Каган. – Ты никогда не видела озер?

Та помотала головой. Хели всю жизнь прожила в крепости, построенной в скалах, у подножия которых была лишь голая степь. Единственным местом, где была вода – это лохань в общей с Карой комнате. И теперь она была поражена видом раскинувшейся перед ней глади.

– Там можно купаться? – спросила она у Кагана.

– Конечно, можно.

– А раздеваться нужно?

Каган в ответ на это повалился на траву и совершенно неприличным образом рассмеялся.

– Что такого? – нахмурилась Хели.

– Ты просто удивительна, – он улыбнулся и пристально посмотрел на нее, отчего ей стало не по себе, и она отвернулась. – Если хочешь, раздевайся.