Артефакт

Может, они даже тайно наблюдали за девушкой, и теперь вот, убедившись в ее беспечности, отправили «ученого» показаться ей. Но ты, Лисовой, тоже хорош! Послал девчонку искать офис! Чем думал вообще? Да ее из квартиры с такими раскладами выпускать нельзя!

Ехать до «Второго неба» было минут десять, за это время отправил Кэйтлин несколько сообщений, убеждаясь, что с ней все в порядке. Она исправно отвечала: стою, жду, никуда не хожу. Наконец, такси остановилось на парковке торгового центра, я сунул водителю «пятерку» и, не дожидаясь сдачи, рванул внутрь, где с облегчением заметил девушку, сидящую за столиком кафе.

– Ты в порядке? – уточнил я зачем‑то, хотя прекрасно видел, что с ней все нормально и никакого нападения не было.

– В порядке, – немного обиженно буркнула Кэйтлин. – Он туда пошел.

Я посмотрел в указанном ею направлении, быстро прикинул внутреннюю планировку хорошо мне знакомого торгового центра и сказал:

– Пошел в район закусочных. Точно тебя не видел?

– Да он тут с какой‑то женщиной, вообще по сторонам не смотрел!

– Это ничего не значит. Пойдем, пройдемся.

С одной стороны, я был абсолютно прав, предполагая, что появление Черноборода могло быть спланировано заговорщиками‑экспериментаторами, а с другой – было бы полезно за ним проследить, вдруг он случайно на глаза недавней своей жертве попался?

Девушка взяла меня под руку, и мы неспешно направились на второй этаж центра, туда, где располагались небольшие едальни. Прошествовали по коридору, оглядываясь по сторонам, как парочка, которая ищет, где бы ей сесть. В какой‑то момент Кэйтлин страшным шёпотом сообщила, что видит нашего подозреваемого.

– Вон он в «Блинной» стоит, второй от кассы!

– Да тише ты! Хочешь что‑то сказать, наклонись к уху и говори! – с нежной улыбкой ответил я. – Веди себя естественно!

Сам же уставился на крупную вывеску «Блинной», на которой красовались дежурные блюда – блины с различными начинками, как несложно догадаться, боковым зрением рассматривая мужчину со спутницей, стоящего в очереди. Обычный пожилой дядька, лет пятидесяти, интеллигентный такой. Волосы темные, без следа седины – красит, что ли? Рост сто семьдесят два, телосложение худощавое, лицо удлиненной формы, носит очки в массивной оправе. Одет в дорогой костюм‑тройку темно‑зеленого цвета.

Его спутница ему совсем не подходила. Лет тридцати, красивая статная женщина возвышалась над ученым на голову. Средней длины светло‑русые волосы распущены по спине, синее платье, одновременно консервативно длинное, но при этом провокационно облегающее стройную фигуру. Настолько, что я даже сбился немного, фиксируя приметы этой парочки.

– Давай сядем здесь, – предложил я Кэйтлин, указывая на вывеску «Казачьего подворья», которое не только располагалось напротив «Блинной», но и было оформлено под «станицу», а значит, имело перегородки между столиками в виде плетня. То есть давало возможность вести наблюдение скрытно.

– Будем следить?

Кэйтлин уже вошла в роль, задавая вопрос, она прижалась к моему плечу.

– Будем, ага. Заодно поедим, я сегодня без обеда.

 

Глава 5

 

Было похоже, что Чернобород зашел сюда именно поесть. Правда, внешний вид «ученого» и его спутницы, одетой словно на прием, плохо сочетался с забегаловкой, на которой они остановили свой выбор, но это ничего не значило. Может, блины любят. Есть же люди, которые любят блины? Я вот к ним без восторга отношусь, но это же вопрос вкуса, да?

В общем, они оплатили заказ на кассе и присели ждать его готовности за столик. Мы с Кэйтлин тоже изучали меню, не выпуская эту парочку из вида. Сели удачно, прикрытые «плетнем», мы были для них почти незаметны, они же все время оставались у нас перед глазами.

– Думаю, случайно все же, – высказался я, когда выбрал себе в качестве обеда борщ с пампушками и тарелку с салом. – Не похоже, что они тебя провоцируют. Слишком увлечены друг другом. Общаются, будто сто лет друг друга не видели.

– Я тебе сразу сказала – случайно! – не преминула напомнить девушка. – У‑у, ловелас престарелый!

– Ну, пятьдесят лет еще не возраст, – я начал было защищать «ученого» по многолетней привычке всегда в споре принимать сторону мужчин, но вовремя вспомнил, как на него реагирует девушка. – Хотя, да. Спутница у него… как бы не его полета. Но и встреча явно не деловая, такие обычно в ресторанах назначают, а не в забегаловках торговых центров.

Кэйтлин заказала себе салат, в отличие от меня она успела поесть. Некоторое время она крутила между ладонями солонку, наблюдая за парочкой через коридор, затем вдруг спросила:

– А тебе не кажется, что они похожи?

– В смысле? – не сообразил я.

– Ощущение… Ну, лица у обоих продолговатые и… вот смотри, она так же голову держит, как он, когда слушает. Чуть назад откидывает и наклоняет вправо.

– И не похожи на любовников, – когда Кэйтлин обратила на это внимание, я тоже заметил. И укорил себя – как же так, Лисовой! Девчонка увидела сходство, а ты проморгал. Следователь!

– Возраст тут вряд ли что‑то значит… – со значением протянула девушка. Не удержала серьезную мину на лице, прыснула. – Это отец с дочерью, Антон. Ты что, не видишь?

Отец с дочерью… а что, вполне может быть и так. Сходство есть, возраст подходящий, встреча в забегаловке – просто гуляли и зашли поесть. Не могут же злодеи круглые сутки зловещие планы вынашивать, надо им когда‑то и время на семью находить. Так что вполне‑вполне! И это хорошо. Это значит, что экспериментаторы не обнаружили Кэйтлин и не наблюдают за ней.

– Надо за ними проследить! – кровожадно потребовала девушка.

– Хорошо! – легко согласился я. – А потом?

– Потом схватить и допросить! Узнать, на кого он работает!

– Просто выбить из него всю дурь, да? Прижать к стенке, и он нам все расскажет!

– Почему у меня такое ощущение, Антон, что ты надо мной издеваешься? – нахмурилась Кэйтлин.

– Потому что так и есть. Ты забыла кое‑что. Я больше не в полиции, а значит, уже не могу просто так, по подозрению в чем‑то задерживать людей.

– А тебе что, надо все по закону сделать?