B. F. G. Орк

– Жалко, – не соглашался монстр, тряся огромной грудью у того прямо перед глазами, но человек не обращал на это внимание.

– Тогда… – Мышкин задумался. – Я под расширение бизнеса снял склад на окраине, рядом дом – я планировал, что мы туда переедем. И там есть неплохой подвал. Переоборудуем его под тюрьму, и можно будет сделать из этого бандита спарринг‑партнера для тебя. Вспомнишь и наработаешь былые навыки.

– Мне нравится, – зеленая девушка разулыбалась. – А то, где это видано, человек – и упал только после третьего удара. Теряю форму.

– Именно! – парень поднял палец. – Тренировки – наше все.

Тут он заметил взгляд Ковальски, кивнул зеленой, и та с улыбкой отправилась к нему, потирая кулаки. А ведь каждый из них был размером чуть ли не с его голову… Удар, и снова темнота и долгожданный покой. Иногда мечты сбываются, правда, совсем не тем образом!

 

Глава 2

 

Савик уже месяц почти не спал. Его тихий мирный район, где банды и корпорации давно все поделили, продолжал стоять на ушах. Сначала убийство работников «Счастья», потом тот подстреленный бандит в новой парикмахерской. Это можно было бы считать случайностью, но потом в отделение пришел поверенный от «Красных фонарей» и оставил заявление на пропажу одного из лучших боевиков банды. Юранд Ковальски – это уже не зеленый юнец, это человек, прошедший армию и успевший повоевать и на Ближнем Востоке, и даже в осколке.

Стало очевидно, что в районе появилась какая‑то новая, пока предпочитающая держаться в тени банда. «Красные фонари» взяли паузу, готовясь к войне. Начальник Савика накручивал отделение каждый понедельник, но пока затишье перед бурей все затягивалось. Иногда Савик смотрел на Луну и думал, что обойдется, но весь его опыт кричал, что так не бывает. Чем дольше тишина, тем сильнее потом разразится буря.

 

* * *

 

После успеха с парикмахерской ко мне потянулись люди. Тут были и раньше отказавшие мне гордые мастера женской стрижки, теперь не имеющие ничего против тоже поработать в «Не пищи», и арендодатели, мечтающие втюхать за миллионы какой‑нибудь купленный за копейки подвал, и просто авантюристы, готовые продать Луну и звезды за сущую мелочь в виде доли от прибыли. Не было только новых гостей от банд. Кажется, нас решили оставить в покое, и я собирался использовать это время по максимуму.

Время летело, мы открывали по две‑три точки в месяц. Мужские «Не пищи», женские «Серая шубка», а вскоре я расширил ассортимент кондитерскими и кофейнями. Мои условия были лучше того, что предлагала корпорация «Счастье», которая как раз и занималась подобными вещами по всему миру, а людей придуманные мной фишки вели не меньше, чем реклама по центральному телевидению. Взять те же бесплатные конфеты в кофейне – сколько они мне стоят в месяц, а сколько людей улыбается, хватая их со стойки и приходя каждый день перед работой за чашкой чего‑нибудь согревающего?

Параллельно продолжали скрипеть запущенные мной сервера, загружая в себя всю собранную мной информацию. Гигабайты электронных библиотек, кэш форумов на самых разных языках, до которых только смогли дотянуться мои загребущие руки. И, кажется, первую границу на этом пути я преодолел. Количество перешло в качество, и моя нейросеть стала выгодно отличаться от местных аналогов.

Я вытащил телефон и прямо на ходу провел привычную проверку:

– Закончи фразу. Шла Саша по шоссе и сосала…

Раньше мой ИИ работал последовательно, подбирая каждое следующее слово на основе предыдущего, опираясь на самый распространенный из виденных им вариантов. Сегодня он смог оценить фразу целиком и ответить не так пошло, как обычно.

– Сушку.

– Мышкин, Александр… – пожилая дама с крысиным хвостиком на затылке назвала мое имя, и я поспешил встать.

Сегодня меня вызвали в приемную губернатора Москвы, чтобы дать пояснения по сети созданных мной заведений. Да, чуть не забыл. В этом мире все обычные люди работают на корпорации, не потому что идиоты, а потому что по‑другому нельзя. Что‑то связанное с появлением суперсилы, я не особо разбирался. Главное, либо ты трудишься на дядю, либо в лучшем случае на себя самого. Мелкий и средний бизнес – в пролете. И вот пришло время проверить, сработают ли все те предосторожности, что я задумал на этот случай.

– Добрый день, ваше сиятельство, – я зашел в кабинет и вежливо склонил голову перед огромным мужиком, стоящим перед окном.

Сиятельство – потому что в Российской империи было принято оставлять Москву под присмотром одном из старших членов семьи Романовых. Так что передо мной сейчас не просто чиновник высшего ранга, а еще и дядя самого царя, Константин Николаевич Романов.

– Хм… – из угла кабинета донеслось покашливание.

Я посмотрел в ту сторону – там, прижав к коленям кожаный дипломат, сидел невысокий мужчина с залысинами на висках. Его я тоже узнал. Бывший граф Орлов, лишенный титула, но зато сделавший неплохую карьеру на стезе закона. Поверенный корпорации «Счастье» – что ж, я и раньше догадывался, кому наступил на хвост, но теперь исчезли последние сомнения.

– Итак, Александр Сергеевич, – князь назвал меня по имени‑отчеству, – вас обвиняют в нарушении Договора. Прежде чем передавать подобное дело в суд, я обычно даю сторонам возможность договориться, не доводя до крайностей.

– Мы готовы снять обвинения, если господин Мышкин передаст корпорации «Счастье» все связанные с нашей деятельностью направления своего бизнеса.

То есть просто все, закончил я мысленно про себя. Требования корпорации выглядели нагло, но, что радовало, князь явно недолюбливал Орлова, и это играло мне на руку.

– Прежде чем мы начнем спешить, – я вытащил стопку документов и протянул ее Константину Николаевичу, – хочу показать образцы всех заключенных мной договоров и движения денег по счетам.

– Мы же не будем в этом копаться, – поморщился Орлов. – Если вы настаиваете, то пусть суд, конечно, все изучает…

Он оборвал себя на полуслове, поймав взгляд князя. Кажется, кое‑кто отвык работать с теми, у кого власти будет побольше не только, чем у него, но и у корпорации‑покровителя.

– Читать мы не будем, но расскажи нам в двух словах, – князь подбодрил меня.

– Созданная мной компания «Горизонт», объединяющая все открытые нашей семьей точки, не является инструментом для извлечения прибыли. Она получает свою долю от каждой сделки, но сто процентов этой суммы вкладывается исключительно в развитие.