Белый Сокол

Рю никогда не думал, что ему будет тяжело покидать Гирин. У него почти не было хороших воспоминаний о доме, и он был уверен, что ничто не роднит его с этой страной. Но сейчас, глядя на стремительно удаляющийся берег, он чувствовал тоску, которую до конца не понимал. Вся его жизнь прошла на этой земле, все, что он видел, знал и помнил, было связано с этой землей, и теперь, покидая ее, Рю впервые осознал, что как сильно он ни ненавидел бы свою родину, ее глупые традиции и законы, она навсегда останется его частью.

От этих меланхолических размышлений Рю отвлекла громкая ругань. Он не сразу понял, откуда доносились крики – шум волн и скрип такелажа мешали сосредоточиться, – но в конце концов ему удалось найти глазами Альфонсо, который стоял под одной из мачт и что‑то кричал на альбийском, махая кулаком в сторону нижней реи. Вокруг него уже собралась небольшая группа любопытных матросов, явно очень заинтересованных странным поведением капитана.

Рю остался стоять, не будучи уверенным, будет ли вежливым тоже подойти и посмотреть, что же явилось причиной недовольства Альфонсо. Но неожиданно кто‑то подхватил его под руку, и заговорщический голос Клода у него над ухом произнес:

– Пойдем скорее посмотрим, что же так разозлило нашего дорогого капитана! Это обещает быть интересно.

Не дождавшись ответа, ученый потянул юношу за собой в сторону капитана. Впрочем, Рю и не сопротивлялся, ему самому было ужасно любопытно, что же послужило причиной такой сцены.

Когда они приблизились, выкрики Альфонсо стали более различимыми, но знания альбийского Рю пока хватало только на то, чтобы узнать в его речи ругательства, которых капитан никогда не жалел, говоря на родном языке.

– Что он говорит? – спросил он у Клода, стараясь говорить как можно тише, чтобы его не услышали остальные.

– О, он пытается прогнать своими криками птицу, и судя по всему, у него не очень хорошо получается.

– Птицу?

– Да, видишь, вон там на самом краю реи какая‑то белая птица, но явно не чайка.

Рю пригляделся. И правда, на рее довольно удобно устроилась снежно‑белая птица. С такого расстояния было довольно сложно сказать наверняка, но Рю был почти уверен, что это ястреб или сокол, хотя ему никогда не доводилось видеть птиц такого окраса раньше. В ярком солнечном свете казалось, что птица светится изнутри.

– Но почему капитан хочет прогнать эту птицу? – удивился Рю, которого наличие на корабле птицы никак не беспокоило.

– О, это плохая примета – везти с собой «сухопутную» птицу на корабле. Моряки верят, что это дурной знак, свидетельствующий о том, что плавание будет трудным.

Клод сделал паузу, прислушиваясь к новой тираде капитана.

– Кроме того, если мы уйдем достаточно далеко в море, птица не сможет вернуться обратно и, скорее всего, умрет где‑то по пути от изнеможения. Поэтому всем нам было бы лучше, если бы этот белый красавец скорее полетел домой. Увы, но он с этим, кажется, не согласен.

Рю удивило печальное выражение лица Клода, когда тот говорил о смерти птицы. Юноша с удивлением понял, что всегда жизнерадостный и полный жизни ученый только что в красках представил, как эта красивая гордая птица из последних сил пытается добраться до берега, но в изнеможении падает в море и тонет в темных волнах.

– Может, нам помочь капитану? – осторожно спросил он.

– Не нужно, этим уже занялись без нас. – Клод указал рукой на матроса, который уже бодро взбирался по ванту.

Матросу удалось подобраться к птице достаточно близко, снизу казалось, что он вполне может достать до нее рукой, но птицу это не испугало. Легко взмахнув крыльями, она перелетела на уровень выше, туда, где ее бы точно не удалось достать никому из назойливых людишек.

Внизу Альфонсо рассыпался проклятиями, сплюнул себе под ноги и направился назад на мостик.

– Нам с тобой выпала честь наблюдать историческое событие! – с напускной торжественностью провозгласил Клод. – Птица размером чуть больше кулака победила нашего великого капитана!

И ученый расхохотался настолько заразительно, что Рю сам не заметил, как начал смеяться вместе с ним.

 

* * *

 

Тяжелый деревянный трап ударился о пирс, открывая Рю дорогу в будущее. Последние несколько часов юноша провел на носу корабля, не в силах отвести взгляд от приближающейся суши. Сперва Континент был не более чем темной полосой на горизонте, но постепенно из дымки начали проступать очертания Парта, ключевого порта Альбии, куда и направлялась «Дорога к мечте». Рю поразило, насколько город отличался от всего, что ему доводилось видеть в Гирине. Вместо невысоких, но ярко раскрашенных деревянных строений его родины, Альбия встречала угрюмыми серо‑коричневыми каменными зданиями, стеной возвышающимися над набережной. Чем ближе к берегу подходил корабль, тем яснее проступали на домах темные следы влажности и плесени, которые жители даже не пытались скрыть или закрасить. Тяжелые темные тучи, висящие так низко, что казалось, едва ли не касавшиеся остроконечных крыш домов, лишь усиливали то тяжелое, гнетущее ощущение, которое производил Парт.

Все это вселило в Рю чувство дискомфорта: прекрасная страна, о которой он мечтал с детства, оказалась совсем не такой гостеприимной, как ему представлялось. Когда пришла пора сходить на берег, он вдруг заколебался, не в силах отогнать мысли о том, что в этом мрачном чужом краю его не ждет ничего хорошего и все это путешествие было ошибкой.

Вдруг он почувствовал на плече чью‑то руку и, оглянувшись, увидел Клода, который глядел на него со своей обычной дружелюбной улыбкой:

– Что‑то не так? Я думал, едва мы причалим, ты побежишь разглядывать город.

– Я… – смутился Рю. – Я не так представлял себе Альбию. Все такое…

– Серое?

– Да…

– Не переживай, к этому быстро привыкаешь! Уверяю тебя, наша страна не так уж и плоха, если узнать ее получше. Пойдем! – И Клод слегка подтолкнул Рю вперед, заставляя того сделать первый шаг к новой жизни.

Вокруг них уже начала бурлить обычная портовая жизнь: матросы суетились, закрепляя швартовы и устанавливая грузовые трапы, а капитан Альфонсо уже о чем‑то горячо спорил с неприметным мужчиной в форме, вероятно, клерком.

– Альфонсо! – окликнул Клод, отвлекая своего друга от спора. – Мы пошли.

Капитан резко замолчал и отвернулся от клерка, явно шокированного такой переменой.

– Так скоро? Я думал, вы поможете нам с разгрузкой! – воскликнул Альфонсо и раскатисто рассмеялся, еще больше распаляя оставленного без внимания клерка.

– Уверен, твои ребята справятся и без нас.

– Капитан Астардо! – вдруг почти закричал клерк.

Это было единственное, что Рю понял из его тирады, но было очевидно, что портовый работник глубоко возмущен чем‑то в поведении капитана.

– Кажется, у тебя проблемы, Альфонсо! Жду тебя завтра на ужин! До встречи!

Капитан лишь коротко кивнул и вернулся к своей перепалке.