Чужая жизнь

Не немцы это, наверное, а финны, что для меня песец полный. Они же местные, всё здесь в округе знают. Я лопушок городской по сравнению с ними и знания мои в этом сосновом лесу ни хрена мне не помогут. Нет, я, конечно, рыбак и лес вижу не впервые, но умения несопоставимы.

Часть действительно сваливает, собирается, по крайней мере. Около машин какая‑то суета нездоровая, но мне от этого не легче, у моста явно кто‑то останется и стопудово не с пустыми руками.

Мосты здесь основательные, построенные на века из строевого леса. Это я за прошлые дни нормально разглядел. Нет, нападать на стоянку в три грузовика и в сотню рыл я, конечно, не собирался. Дурных нема, я вам не рэмба какая. Немцам я на семь секунд, да и то если живым взять захотят. Ну, завалю одного издали, и вся война. Для меня. Немцы‑то дальше отправятся, а я здесь останусь, зверушек местных прикармливать. Мне такой вариант не сильно подходит. Но поглядеть на них издали стоило. Я так понимаю, мне на ту сторону реки, а мост здесь один.

Купаться в речке я буду только в крайнем случае и явно не сегодня. На сегодня купаний мне достаточно. Хорошенького понемножку. Да и понять надо, будут эти рыла беспредельные меня искать или пожрут и дальше поедут. Что‑то мне совсем не улыбается скакать по лесу от загонщиков.

Просочился дальше в лес метров на пять‑шесть и тихой сапой от дерева к дереву двинулся к стоянке. Близко подходить не стал, метров за пятьсот расположился.

Ждать пришлось долго, часа два где‑то. Немцы посуетились и притихли, как будто ждут чего‑то, а потом сзади из‑за поворота послышалось тарахтенье, и на дороге нарисовался мотоциклист. Мотоциклов оказалось два, оба с колясками и по два человека на каждом. Не доехав до меня с полкилометра, оба мотоцикла остановились уступом, и пулемётчики навели на лес стволы пулемётов. На мою сторону, что характерно.

Спасло меня чудо, ну или моя привычка не суетиться. Место для наблюдения я выбрал не в лесу, а у небольшого камня. Ну как небольшого? Это для местных камней небольшого, а по меркам Подмосковья огромного. Камень этот меня от леса закрывал напрочь, а со стороны дороги стояла обломанная сосна. В общем, по этому признаку я место и выбрал. Вроде закрыт со всех сторон.

С чего они поутру лес решили прочесать, я так и не понял, но краем глаза движение засёк и медленно повернул голову. Загонщиков было двое, но явно ребята не простые. У ближнего ко мне немецкий автомат, что само по себе уже на невесёлые мысли наталкивало. Второй шёл метрах в пяти глубже в лес, с винтовкой.

Ходко так эти ребятки шли по лесу. Практически бесшумно – профи. Но по лесу именно, а не по перелеску у дороги, и меня они попросту пропустили. Я прямо от ужаса застыл, казалось, в мох врос. У загонщиков с мотоциклистами связи не было. Видно, по времени договаривались или через определённое расстояние разведчики выходили из леса.

Пройдя мимо меня, метрах в десяти эта пара чуть сдвинулась к дороге и остановилась, а мотоциклисты как стояли уступом, дальше по дороге двинулись. Они уже мимо меня проезжали, когда автоматчик стал оборачиваться, видно почуял мой взгляд, уж и не поймёшь отчего, и взглядами мы с ним встретились.

Удивился он прямо смертельно. Автомат только поднимался, но ствол моей винтовки ему прямо в грудь смотрел. Мне только на курок нажать и сразу обе гранаты кинуть, я их прямо перед собой выложил, когда располагался. А что? В карманах неудобно, а на поясе держать… Вдруг соскочат, пока лежу? Гранатные сумки на ремне вообще штука неудобная. Пока из неё гранату достанешь, на небе окажешься.

В общем, кольца крест‑накрест сдёрнул и первую с правой руки во второго лесовика запустил. Граната чуть дальше него пролетела, на метр приблизительно, и сразу вторую – в мотоциклы. Они уже метров на пятнадцать вперёд прокатились, тоже удачно легла – перед последним мотоциклом. Казалось, вжаться в землю было уже дальше некуда, но мне, похоже, это удалось, не зацепило меня. Грохнуло неожиданно громко, потом ещё раз.

Первый взгляд – на мотоциклы. Второму досталось неслабо, оба мотоциклиста в минус, а вот передний мотоцикл уцелел, и мотоциклист просто поддал газу. Ну а я мешок в руки – и к лесовикам. Винтарь даже подхватывать не стал, эта слега только на болоте хороша да махаться в рукопашной. Мне автомат нужен.

Подскочил. Оба холодные. В смысле обоих осколками посекло. Каждому по десятку осколков точно прилетело. Что говорить? Граната – штука такая, не всегда ласковая.

На колени плюхнулся, сидор развязал. Автомат, подсумки с ремнём, документы, гранаты две, немецкие, которые с длинными рукоятками. Это я удачно зашёл! У второго не винтовка, карабин, он покороче. Подсумки с ремнём, документы, гранаты две, по карманам прошёлся. Зажигалка, стоп‑часы на руке у автоматчика.

О, ранец! Всё своё ношу с собой? Спасибо тебе, добрый фей! И ноги, ноги отсюда. Автомат за спину через голову. Тяжёлый зараза! Сидор завязать, тоже на спину его, две гранаты – за ремень спереди, карабин – в руки, ранец за лямку на левое плечо. Мул, блин.

Если бы побежал в лес или в сторону от стоянки, сразу меня бы загнали, но у стоянки они меня не ждут. Вот я в лес и наискосок в сторону стоянки и ломанулся. У моста вопли какие‑то слышны. Походу, комитет по встрече будет нехилый. Видно, не нравится ответку получать. У моста залаял пулемёт, коротко прострекотали автоматы. Через пару минут подключился второй пулемёт, но уже другой, судя по звуку. Что‑то служивые излишне возбудились, но мне поклонники без надобности, я к мужскому вниманию не приучен.

Метров четыреста по лесу с ходу отмахал на адреналине, опять в горку, кстати. Потом чуть притормозил и небыстро потрусил дальше, дыхание восстанавливая. Стрельба переместилась от моста к тому месту, откуда я свалил. Ну, это понятно, пока они перелесок очередями не причешут, в лес не сунутся.

Позже анализируя, я так и не понял, что они в лесу вдвоём делали. Кого‑то искали – это понятно. Окруженцев по лесам сейчас полно бродит. Думаю, что следы смотрели, где дорогу в ночь переходили и загонщиков наводили, а пулемётчики – это так, группа поддержки. Эти орлы, видно, из охраны моста были, а вот те на грузовиках, что нашу группу вчера задавили, загонщики.

Теперь понятно, почему часть с места не трогалась. Разведку ждали, чтобы по лесу впустую не шариться. И я – осёл безрогий. Понаблюдал, блин. Пока думал, с километр где‑то отмахал.

То, что за мной пойдут, я не сомневался, но фора небольшая у меня есть. Надо левее уходить к речке, там меня в последнюю очередь искать примутся. Наверное, они загонщиков на машинах по дороге дальше закинут и широким охватом гнать к реке примутся, а я уже тут. Глядишь, и придумаю что‑нибудь к тому времени, как основная веселуха подтянется.

Минут ещё через пятнадцать остановился передохнуть, да и переложить имущество надо, а то напихал всё в сидор валом. Рухнул на мягкий мох, губами поймал ягоду не сильно зрелой черники – водянистая. Смахнул ещё десяток: пить хочется. У меня две фляги, и обе с водкой.

Озёрный край, а воды набрать не удосужился, баран толстолобый, мучайся теперь.

Сгрузил всё рядом. Бежал всего ничего, а форма сухая уже. Голову не перевязывал, разбередить боялся, да и забыл, если честно, с такими‑то волнениями. Не кровит, и ладно. Вчера меня, видно, за убитого приняли, вот и не теребили сильно.