Дикий, дикий Запад

– Родителям? Нет. Я был молод. Вспыльчив. Зол и обижен на весь мир. Я не желал понимать их резоны, как и они не слишком желали объяснять что‑либо. Отец лишь обмолвился, что это хороший урок, что впредь я буду более осторожен и не стану связывать себя ненужными узами.

Скрипнули зубы, то ли Эдди, то ли самого Сассекса.

– Мы никогда и не были близки. Это не принято. На Островах детей отдают на воспитание прислуге. И к своей няньке я был привязан куда сильнее, чем к матери. Думаю, будь она жива к тому времени, она бы предупредила.

– И что вы сделали?

– Я? Сперва запил. И пил много. Стал устраивать пирушки. Обзавелся свитой таких же бездельников. В общем, ничего нового или выдающегося. Когда пить надоело, ввязался в войну, благо Острова всегда воюют. Отличился даже, а мой старший брат в это время заключил весьма выгодный брачный союз с девушкой из одного старого доброго семейства. Отец также отписал, что подыскал и мне невесту. Не скажу, чтобы я обрадовался, но… война меня несколько отрезвила. А может, я просто повзрослел.

Ветер взвыл стаей голодных волков.

И несмотря на защиту, стало вдруг неуютно. Показалось, что еще немного, и захрустит жалкая деревянная оболочка, развалится.

– Ветрено сегодня, – светским тоном заметил Сассекс. – Вы вовремя успели.

– Старались, – отозвался Эдди, ковыряясь в зубах кончиком ножа. Заметив укоризненный взгляд сестры, смутился и нож убрал.

– И хорошо. В общем, невеста моя оказалась милой девушкой. Как и супруга брата, происходила она из древнего рода. Была образована. Воспитана. Одарена. И нет, любви ко мне она не испытывала, но это и лишнее. В целом, думаю, в обстоятельствах иных мы бы неплохо поладили.

– Не вышло?

– Не сразу. У моего брата родился сын. И умер, не прожив трех дней. Конечно, нельзя сказать, что подобное случается часто. Не в наших кругах. Но случается. Брат был расстроен. Его супруга, само собой, тоже. Я поддерживал их как умел.

Уильям замолчал ненадолго: то ли воспоминания были не из приятных, то ли не желал перекрикивать бурю. А та разыгралась не на шутку. По крыше дома что‑то стучало, гремело, вспышки молний ослепляли, несмотря на щиты.

– Мою свадьбу пришлось отложить ввиду траура, но это тоже никого не смутило. Все‑таки помолвка состоялась, а свадьба… Спустя год супруга моего брата вновь понесла.

Он сделал глубокий вдох.

– Погибли оба. Роды начались до срока, и дитя… так уж вышло, что я увидел это дитя. Мне не показали моего собственного сына, а тут… это существо лишь отдаленно походило на человека. И нет, мне уже случалось видеть человеческих младенцев, а потому я с полной ответственностью могу заявить, что данный плод был порочен. Брат мой, лишь взглянув на него, поморщился и бросил, что, мол, снова не получилось. Тогда‑то, пожалуй, во мне и проснулся интерес. Болезненный. Безумный. И та дорога, на которую я ступил… Я попытался выяснить, что происходит. И кое‑что узнал. Наша родовая Сила, столь тщательно лелеемая, воспитываемая, подарившая роду Сассексов могущество, его и убивает. Тело младенца просто не способно вместить эту Силу, которая изменяет его. Кровь матери должна защищать дитя, потому и важно, чтобы мать обладала Даром. Однако если в прошлые годы этого было достаточно, то… – Уильям развел руками. – Мой брат потребовал у меня уступить ему невесту.

– И вы уступили?

– Я побеседовал с ней. Если бы она сказала, что не желает расторгать помолвку, я бы отказал брату. Но и она, и родители ее лишь обрадовались. Одно дело выйти замуж за графа, и совсем другое – за герцога. Титул в глазах их стоил риска. А я предупредил девушку об опасности, но она была молода, здорова и Даром обладала куда более выраженным, чем та, что до нее.

Он потер щеку.

– А вы…

– Мне было все равно. Я не любил Эдит. И от души пожелал, чтобы у них все получилось, но…

– Не вышло?

– Отчего же. Брат получил наследника, а Эдит… она прожила еще полгода после родов. И о ней хорошо заботились. Моему же брату предложили в жены младшую сестру Эдит.

– И он согласился? – мрачно поинтересовался Эдди, который в зубах ковырять перестал, но нож не убрал: верно, успокаивала его этакая близость холодной стали.

– Почему же нет? Наследник – это хорошо, но лучше, когда наследников несколько. Но эта история позволила мне удалиться. Я покинул Лондиниум, сказав, что желаю уединения. Отец к этому времени окончательно убедился в моей бесполезности, а война, где мои таланты могли бы принести пользу стране и роду, завершилась. Потому и позволили мне проживать в замке Шеффилд. Некогда он принадлежал моей прабабке, происходившей из славного шотландского рода. Замок этот был стар. Тесен. И не представлял уже особого интереса. А главное, находился в землях столь дальних, что никто чужой без нужды в такую глушь не добирался. Там‑то я и проводил свои изыскания. Сперва на животных. На свиньях. Построил для этого даже ферму, обеспечив всех окрестных оборванцев мясом, что снискало мне немалое признание. Я воздействовал на свиней Силой, а после смотрел, как она изменяет развитие зародышей. Выводы получились интересными. Я понял, что мне отчаянно не хватает образования. И пригласил одного весьма увлеченного человека.

 

Глава 9,

где чужие тайны не доставляют удовольствия

 

Сила так и норовила выплеснуться, и мне приходилось прикладывать немало усилий, чтобы удержать ее. Особенно Силу тянуло к человеку, который рассказывал о делах прошлых таким же скучным тоном, каким мэр Уиллоуби рассказывает, почему он не может прямо сейчас выдать награду за привезенные Эдди головы.

Я поерзала.

Но на меня никто внимания не обратил. И налить не налили. Не то чтобы так уж хотелось, но все одно обидно.

– Несколько лет мы потратили на то, чтобы понять, как вообще идет развитие младенца в утробе. И в этом плане свиной плод мало отличается от человеческого. На первых порах. Нам удалось установить, что поначалу Сила не оказывает сколько‑нибудь серьезного воздействия. Более того, она вовсе не влияет на животных. Какому бы серьезному воздействию ни подвергались те же свиньи, детеныши их появлялись на свет обыкновенными. Возможно, обладающими некоторой способностью ощущать Силу, и только. Они стремились к ее источнику и, даже выпущенные на волю, норовили поселиться там, где уровень Силы максимально высок. Так мы даже отыскали пару‑тройку малых источников. Но вот люди… с людьми все куда сложнее. И интереснее.

– Вы проводили опыты на людях? – тихо произнес Чарльз. И что‑то такое послышалось в словах его, что я поежилась.