Добро пожаловать в чудо

Кажется, на сей раз мешок проявил благосклонность и, вздрогнув, порядочно увеличился в размерах. И потяжелел, как мгновенно понял Саша, когда попытался его толкнуть. С трудом, но Дубков опрокинул‑таки мешок на землю. Из горловины тут же посыпался ворох факелов с толстыми деревянными ручками.

– До чего техника дошла! – радостно прошептал он, разглядывая добычу. – Получилось!

– Смотрю, ты тут опять чудесами балуешься, Дубков?

– Спокойно. Не надо оваций! Ты лучше скажи, у тебя спички есть, Гош? Или зажигалка? – поинтересовался майор, не поднимая головы. Словно боялся, что стоит ему отвернуться – и чудо исчезнет.

– В Греции всё есть. Но ты же помнишь: кто людям помогает – тот тратит время зря. У нас хорошими делами прославиться так вообще не реально.

– Спички давай, философ, – отмахнулся от него Саша.

 

Вскоре вся толпа выживших собралась вокруг Дубкова и факелов. Наколдовать ещё и путеводный клубок не вышло. Но чем богаты, тем и рады. Люди с опаской разглядывали новое чудо, не спеша пускать в дело. Единственными горящими факелами были те, что держали майор и Георгий Иванович.

– А я тебя предупреждал про хорошие дела и людей, – проворчал вполголоса Жора.

– Я не хочу вечно таскаться по темноте. И собираюсь сегодня отсюда выйти.

– Неплохой план на день, одобряю.

– Выглядят как обычные, – наконец изрёк один из изучавших факелы предводителей. – И горят вроде как положено. Огнём. А не каким‑то там волшебным светом.

– А они безопасны? – поинтересовался кто‑то из толпы. – Или как с лампой?

– Так а вы не засыпайте с факелами в руках – и будет вам счастье! – выкрикнул Гога.

– Думаю, можно рискнуть, – подвёл итог вожак. – Факелов у нас достаточно. Есть добровольцы?

Люди зашептались, переглядываясь.

– Неужто нет смелых? – подзадорил Гоша.

Из толпы выдвинулись несколько мужчин, неуверенно оглянулись на своих спутников и сделали ещё шаг вперёд.

– Отлично. Факелоносцы есть. У всех полчаса на сборы. Время пошло!

 

Алиса ни в какую не желала просыпаться. Она капризничала, хныкала, что хочет есть и спать.

– Гога, будь другом, понеси факел?

– Ага, так я и знал! – констатировал Гоша. – Создатель боится собственной магии!

Несколько людей испуганно оглянулись на них.

– Иногда мне хочется завязать тебе язык узлом!

– Тебя я понял, умолкаю! Не то по шее получу и подвиг свой не совершу!

Дубков закутал в куртку дремавшую Алису.

– Давай, светоч, освещай заблудшим путь.

– Это откуда? – поинтересовался Гога, когда они пристроились в конце колонны измученных людей.

–Это тебе от меня лично, на долгую память.

Наколдованных мешком факелов хватило с лихвой, так что теперь темноты бояться не стоило. Правда, одна особенность всё же обнаружилась одна. Горящих положенным рыжим пламенем оказалось ровно три штуки. Все остальные факелы предпочли избрать другие цвета. И теперь под сводами тоннеля гуляли разноцветные всполохи. Завороженные таким зрелищем детишки прыгали вокруг и наперебой выкрикивали цвета. Взрослые же с подозрением поглядывали на цветастое пламя – и с ещё большим подозрением на Дубкова.

– Синий, жёлтый, голубой – выбирай себе любой, – пропел Гога, обменивая свой обычный факел на фиолетовый. – А знаешь, это даже как‑то символично.

– Фиолетовый – цвет твоей жизненной философии? – предположил Дубков.

– Вот всё‑то ты знаешь, майор!

 

Детям быстро надоел цветной огонь, и они притихли. Разговоры тоже сами собой угасли. Это путешествие измотало всех, но куда хуже было отсутствие уверенности, что всё не напрасно, что их усилия окупятся.

Когда под ногами захлюпало, путники и вовсе пали духом. Вода – вот она, рядом, но поди утоли ей жажду. Несколько человек, обезумев, упали в грязный поток на четвереньки и принялись жадно лакать, но остальные быстро схватили их и оттащили прочь. Ребятишки, напуганные произошедшим, расплакались, самых маленьких пришлось нести на руках. Настроение не поднялось и когда они оставили затопленный неведомой водой участок позади. Мрачное молчание нависло над небольшим отрядом, и только факелы продолжали жизнерадостно разгонять тьму своим многоцветием.

– Слушай, они что, бесконечные? – поинтересовался мужчина, несущий, как и Дубков, ребёнка на руках.

– Не знаю, – честно признался майор. – Я могу убедить мешок сотворить чудо, но я совершенно не знаю, как оно работает.

Рядом возник вездесущий Гоша.

– Майор, тебе тяжело? Давай я понесу Алису, а ты возьми меня. А то здоровье‑то моё не очень. То лапы ломит, то хвост отваливается.

– А на днях линять начал?

– Трепло ты, Гоша, – откликнулся мужчина рядом.

– И вовсе не трепло! Я оратор.

– Оратор, помоги вон женщине ребёнка нести, совсем уж сил выбилась, – крикнули из передних рядов. – А что хвост отвалится, так оно и лучше даже. Дело ли мужику с хвостом!

В толпе поднялся смех, ненадолго подняв настроение скитальцам.

– А что, а я могу. За мной дело не станет! – гордо заявил Гоша и ломанулся вперёд.

– Дядя Саша, – Алиса тихонько потянула его за воротник, – ты же понимаешь, что они блуждают тут из‑за тебя?

Майор пару раз моргнул, пытаясь переварить услышанное, и уставился на нахохлившуюся малышку.

– Нет, не понимаю. Почему из‑за меня? При чём тут я?

– Ну а с кем вдруг начали случаться всякие чудеса? Можешь сам у них спросить, есть ли ещё такие.

Нет, спрашивать совсем необязательно. Майор Дубков знал ответ, хоть и боялся себе в этом признаться. Вокруг творилась какая‑то чертовщина. И творилась она, к великому сожалению, всё время вокруг него одного – права была Алиска.

– Я не меньше других устал от этих блужданий. И очень‑очень хочу найти выход. Только не знаю, что для этого нужно сделать.

– Они подскажут, – заверила Алиса и устроила голову у него на плече.

– Кто они?