Доброволец

– Послезавтра в Москве на шествии «Бессмертного полка» будет идти организованная группа от нашего университета. Среди руководства вуза и активистов будет студентка пятого курса Надя Шикина. Ваша задача – найти с ней общий язык, втереться в доверие и попросить за деньги устроить вам встречу с Павленым. Момент передачи денег и саму просьбу зафиксировать на видео. Справитесь?

– А ректор что, с ней… Того?

– Ага, – кивнула Разумова. – Именно. Хорошо бы, чтобы вы с ней еще и вступили в интим, конечно же, зафиксировав все это на видео. Если все сделаете как надо, то все ваши проблемы исчезнут, а взамен получите покровительство моего мужа… и мое!

– Сколько денег давать?

– Не знаю, думайте сами. Ваши деньги, вам и решать!

– Хорошо, организует она мне встречу с ректором. Что дальше? Что мне Павлену говорить?

– Правду. Говорите все как есть.

– В смысле? – не понял я.

– Расскажите о своей проблеме, о своей схеме, все как есть. Что вы не просто левачите с дипломами, а делаете это так, что минимизируете возможность утечки информации, расскажите, сколько каждый месяц заносите Сидорову денег. Вы ведь через Сидорова решаете административный вопрос? Все как есть расскажите, можете и про эту козу Рымову упомянуть.

– Про вас рассказывать? – съязвил я.

– Шутите?! – с укоризной в голосе строго спросила Разумова.

– Шучу. Хорошо, расскажу я все это, но тут же явный криминал. Будет он все это так просто слушать? Нет, я, конечно, понимаю, что от тех денег, что я заношу Сидорову, какая‑то часть уходит наверх к ректору, но нельзя же так открыто об этом говорить.

– Если наедине и без лишних ушей, то почему бы и нет? – улыбнулась женщина. – Не беспокойтесь, там будет кому подготовить ректора к разговору. Вы главное с Шикиной сделайте все как надо. Вот вам небольшая аналитическая записка о привычках Павлена, почитайте, возможно, вам это пригодится в разговоре с ним. Надо сделать все так, чтобы у него осталось о вас самое хорошее впечатление.

– Да уж, – хмыкнул я, беря несколько сложенных вдвое листков, – это по‑нашему: вначале отбарабанить любовницу, а потом втереться в доверие к ее влиятельному любовнику.

– Именно! – мило улыбнулась женщина.

– Я могу идти? – спросил я, вставая с дивана.

– Можете, но не сразу, – совсем уж недвусмысленно улыбнулась Разумова, расстегивая пуговки на своем платье. – У нас с вами есть еще одно дельце. Должна же я понять, что в вас такого, что по вам сохнут все студентки филфака?

– Хорошо, – улыбнулся я в ответ, – я только на пять минут заскочу в ванну.

– Конечно, я буду ждать тебя, Алеша! – промурлыкала Карина Георгиевна.

Я на ходу снял пиджак, повесил его на спинку стула, из кармана брюк вытащил связку с ключами, незаметно клацнул на одну из кнопок на брелке сигнализации и как бы невзначай положил их на стол, так, чтобы торец брелка был направлен на диван. С волками жить – по‑волчьи выть!!!

Вышел я из квартиры Разумовой только через два часа. Ну что вам сказать? Баба – огонь!!! Нет, правда, я в этих делах спец и скажу вам, что она даст сто очков форы любой студентке нашего универа, хоть они моложе ее в два раза.

Ну что ж, а дело‑то не такое уж и гиблое! Если все сложится так, как утверждает Георгиевна, то вполне возможно, что из всей этой передряги я выйду не просто сухим, а в нехилом таком плюсе! Возможно, удастся в ближайшее время перевестись на какую‑нибудь руководящую должность. Вот там уж я развернусь!

Итак, что нам надо сделать? Сегодня сделать кое‑какие дела, подготовиться как следует, найти общих знакомых с этой Шикиной, а утром выдвинуться в Москву.

До самого вечера я выполнял задуманное. Сгонял в банк и снял со своего счета полмиллиона рублей, тут же попросил кассиров, чтобы они наличность расфасовали в тугие пачки, получилось весьма эффектно, как раз то что надо, чтобы совратить строгое женское сердце. Навел справки о студентке истфака Шикиной, оказалось, что девочка прям вся такая из себя положительная: активистка, комсомолка (это не шутка, наш ректор записной коммунист), отличница, победительница различных конкурсов и олимпиад, а еще очень и очень скромная девушка, как говорится в старом пошлом анекдоте: сардельки во рту не державшая! Но у меня на всякое строгое женское сердце всегда найдется болт с резьбой.

К поиску подходов к студентке Шикиной я подключил своего давнего приятеля и моего системного должника Витьку Клюева. Витек был у нас личностью в универе известной и харизматичной, капитан университетской КВН команды, светило театральных подмостков, гений вокала и гитары и так далее по списку. Этот кучерявый недоросток (а росту в нем было полтора метра) знал всех и вся в универе и мог в течение получаса найти общих знакомых не только с очниками, но и с заочниками первого курса на первой сессии. А это, я вам скажу, вообще высший пилотаж.

В целом все было готово к операции… название которой я так и не придумал. Рано утром закинул несколько сумок с вещами на заднее сиденье своего «прадо» и покатил на выезд из города. Несмотря на то, что сейчас была пятница и вроде как еще рабочий день 8 мая, народ активно щемился прочь из города, погоды стояли отличнейшие, так и шепчущие: займи, но на майские сгоняй на природу на пикник.

То ли от этого потайного желания сгонять на шашлыки, то ли просто от сочного весеннего воздуха, но на выезде из города я свернул не туда и покатил по направлению к Куравлевке. А может, все дело было в приближающемся Дне Победы. Все‑таки 9 Мая – особый праздник. Фактически в году всего три праздника, которые празднуют в каждой семье: Новый год, День Победы и 8 Марта.

Опомнился только минут через двадцать, когда до места, где погибли мои родители, осталось чуть меньше километра. Поворачивать не стал и решил, что это знак проведать памятник на обочине. Памятник был на месте, чистенький и ухоженный, но я все равно протер серый мрамор тряпкой и повыдергивал траву возле постамента, потом еще минут десять собирал мусор в округе.

Пять лет назад в этом месте на встречку вылетел грузовой КамАЗ и лоб в лоб столкнулся с «Дастером», в котором мои родители ехали в Куравлевку. Папа и мама погибли на месте, водила КамАЗа отделался парой переломов и условным сроком.

Немного постояв рядом с памятником и мысленно рассказав родителям о своей жизни за последние месяцы, решил, что Москва подождет пару часов, тем более что у меня в запасе больше суток и вполне можно заскочить в Куравлевку, проверить мою фазенду и подогнать подарок дяде Толе к 9 Мая. По пути как раз был сетевой магазин.